Как легко сидя дома представлять себя непоколебимой и смелой героиней какой-нибудь заварушки. И как же обидно и быстро тебя предает чувство собственного достоинства, когда под угрозой жизнь и когда разум оцепенел от боли, страха и безысходности.
Читая рассказы в которых девушки часто представляют себя в роли изнасилованной, растерзанной жертвы, при этом обязательно получая удовольствие и испытывая оргазм, невольно усмехаюсь. Может я не нормальная, а может они…
Итак, начнем с меня. На тот момент мне было 25. Не много, но и не мало. Довольно заурядная внешность. После рождения сына тело уже не было в идеальном состоянии. Конечно, при умении оголить красивое и прикрыть недостатки довольно симпатичная и стройная фигурка. Лицо…. тоже ничего особого. Таких тысячи. Зеленые глаза, крупный нос и маленький рот. И это при широких то скулах. Матушка пропорциональность явно была занята в момент моего создания.
И вот с такой внешностью я ни как не могла представить, что кто-либо может избрать меня объектом своих сексуальных похождений.
Работала я до 6-ти. Летом это было неплохо, но зимой возвращалась домой уже в кромешной тьме. В тот день муж забрал ребенка из сада. Поэтому, закрыв дверь своего кабинета и бодро сказав охраннику до свидания, я поплотнее закуталась в полушубок и поспешила на остановку. С утра шел снег, и сугробы намело по пояс. Дааа, погодка не ахти. Кое-как добравшись сквозь сугробы к остановке, я сразу же поняла, что мне придется померзнуть пару километров пешочком. Дорожные снегоочистители не добрались до единственного промышленного района нашего городка. Эх, вот те и на. И нафиг мы платим налоги.
Я вышла на протоптанную рабочими тропинку на некогда бывшем тротуаре и поскрипела сапогами по снегу в сторону центра, надеясь благополучно уехать оттуда домой. Людей – никого, темень. Страшновато. Вскоре к моим шагам присоединилась еще пара ног. Бррррр. Я оглянулась. Сзади ну явно мужская фигура, лица не видно под капюшоном пуховика. Жуть какая. Я немного ускорила шаг. Это, скорее всего, еще один трудяга, задержавшийся на работе.
Мимо проплывают стены завода, складов и других промышленных помещений. Слушая участившиеся шаги сзади, я еще немного прибавила темп, все еще надеясь на что-то хорошее. Либо ему тоже страшно идти одному и он не хочет отставать, либо… Я уже бежала, и топот сзади заставлял мое сердце трепыхаться в груди. Хотя бежала это сильно сказано – на так то просто бегать по сугробам. Еще пол квартала и я окажусь на одной из центральной улиц. Чертовы каблуки, чертовы каблуки! Как ни странно, но в тот момент именно эти слова громыхали в моем мозгу.
Быстрее, еще чуть-чуть. И я на полном моем хромом галопе буквально налетела на парня явившегося, на моем пути из-за угла близлежащего строения. От силы удара меня откинуло назад, и я упала в снег, а парень видимо был более подготовлен к такому обороту, поскольку умудрился не упасть, а только замысловато выругался. Пока я кое-как выползала из сугроба, преследующий меня сзади добрался до места ДТП. Еще двое вынырнули все из-за того же угла что. Меня внутри подтрухивало, но рассуждать я еще могла нормально. Деньги, серьги, цепочки и кольца явно не стоили того, что бы за них умирать.
- Ребята, я все отдам сама - я начала торопливо снимать с себя украшения и вместе с сумочкой протянула их грабителям. Они смотрели на меня немного растеряно.
- У меня в кошельке карточка, там есть деньги. Код… сейчас я вспомню…
Я лепетала все это на одном дыхании, надеясь убедить их не трогать меня.
Один, тот, что был в пуховике, хохотнул. Тут мне пришло в голову, что я вижу их лица. Божечки!
- Я никому не скажу, и в милицию обращаться не буду. Клянусь!
Теперь уже дружный смех с их стороны. Теперь то я и сама понимаю что выглядела идиоткой, учитывая что их намерением было вовсе не ограбление. Я попятилась, утопая, в сугроб.
- Пожалуйста, отпустите – слезно пропищала я.
- Заткнись шалава! Бес, тащите ее к нам – сказал высокий. У него было жуликоватое лицо с тонким и горбатым носом. Он повернулся и пошел за тот самый злополучный угол.
Остальные трое, потащили меня следом полуволоком. После пары увесистых ударов по лицу, я ощущала полную дезориентацию, головокружение и неприятный металлический привкус во рту. К тому времени как мои способности соображать вернулись, меня пнули в темный проем двери и я, пролетев три ступеньки, уткнулась лицом в грязный пол. Почему я все это время не кричала? Забыла как это делается. Да и толку то. В голове ни одной мысли, только паника. Все внутри трясется от страха. Хотя одно хорошо - чувство боли притуплено. От падения лицом на бетонный пол на щеке осталась приличная ссадина, но боли в тот момент я не чувствовала.
Далее по коридору, тускло освещенному грязными лампами. И, наконец, меня впихнули в небольшую комнату, освещенную более ярко, чем предшествующий коридор. Деревянный стол, испещренный надписями и рисунками, рядом некое подобие дивана без ножек грязного и засаленного, несколько убогих стульев, гора бутылок в углу. В одной стороне комнаты множество полок с различным хламом. На столе несколько бутылок водки, скудная закуска и воткнутый нож. От вида ножа меня замутило. Вот как я умру. Один из компании толкнул меня в спину и я, пролетев через всю комнату, грузно рухнула у сены с маленьким окошком. Трое прошли к столу, сняли верхнюю одежду и стали выпивать. Четвертый запер дверь, прошел через комнату и присел передо мной. Я, грязная и заплаканная, вспомнила что умею говорить.
- Пожалуйста… прошу Вас.. Умоляю…. Отпустите… У меня муж, ребенок…Прошу.
Серые глаза парня смотрели на меня внимательно, почти сочувственно. Примерно моего возраста и очень симпатичный, с красивыми губами, ровным аккуратным носом. Разве может красота причинять боль? У меня проблеснул лучик надежды на помилование. Он улыбнулся. И тут его серые глаза стали злые и жестокие. Он залепил мне пощечину, от которой в голове целый оркестр заиграл.
- Заткнись, соска. То, что ты умеешь размножаться, кому-нибудь другому расскажешь.- Какого хрена ты еще одета, тварь?
Еще одна пощечина. Я повалилась на бок, поджала колени к груди и закрыла руками голову. Донесся смех из-за стола.
- Мячик, оставь ее пока, пусть освоится.
Шаги от меня к столу. Цоканье рюмок. А я боялась пошевелиться. Боялась громко всхлипывать и тихо глотала слезы и вздохи. Сколько я так лежала не знаю. Мне казалось что это сон, ночной кошмар. Скоро я проснусь и буду дома, в объятьях мужа. А из соседней комнаты выйдет сын – мама, я проснулся.
Грубая рука тряхнула меня за плечо.
- Вставай, на, выпей.
Я села и взяла протянутую рюмку, наполненную до краев. Отпила, поперхнулась, но опять принялась глотать жидкость, обжигающую горло. Допив, я все не отрывала губ от рюмки. У меня ее бесцеремонно выдернули.
- Ну что, выпила. Теперь пора и с нами позаниматься.
Его руки потянулись к полушубку. Я инстинктивно отшатнулась. Тут Мячик, тот самый с жуткими серыми глазами, подскочил со стула, подошел и схватил меня за волосы.
- Бес, ты как мальчик-одуванчик. Еще букетик цветов ей придари – а затем обращение ко мне. - Ты, тварь дырявая. Будешь слушаться, и не дай бог тебе взбредет в твой кочан перечить нам. Мы говорим – ты делаешь. И стараешься. Поняла? Очень стараешься сделать все по высшему классу. Уяснила?- он больно дернул волосы. Я раболепно запричитала, что сделаю все, все что скажут. Я буду послушна. Сероглазый довольно усмехнулся. Уселся на свое место за столом. Бес присоединился к нему.
- Ну, Череп, командуй. Что нам сейчас хочется,- обратился Мячик к, судя по всему, главарю шайки.
Череп, крупный, высокий, с тонким горбатым носом производил неприятное впечатление. Эдакого жулика, хитрого и опасного. Он оторвал взгляд от стола. Оглядел меня.
- Встань!
Я, как только могла быстро, поднялась. Колени подкашивались, но жутко не хотелось спровоцировать очередные побои. На мне был некогда симпатичный плюшевый полушубок, теплые бриджи и высокие, выше колен, сапоги на каблуке.
- Раздевайся – ох и неприятный голос у этого Черепа. Я сняла шарф с шеи. Оглядевшись и не найдя куда его положить, кинула на пол. Затем сняла шубу. Она последовала за шарфом. Далее я замерла, ожидая, что будет дальше. Череп поднялся. Я непроизвольно сжалась.
