Вечером, ужиная, он поднял тост за успех будущих совместных начинаний. Спросил чего бы она хотела, вернувшись домой. Ответы Лады вертелись вокруг работы, она была сдержанна в мечтах с полузнакомым мужчиной, ещё пока сама не зная, чего ей просить и стоит ли увлекаться в этих просьбах. Он был заметно оживлен, шутил и казался признательным. Обсудив завтрашний день: посещение сына, прогулки по городку – он обыденно направился в бывшую совместную спальную молодых, бросив Ладе, что ждет её.
Помедлив, туда же отправилась и девушка.
Несколько дней до объявленного им отъезда прошли в ставшем привычным ритме: они навещали поправляющегося Максима, держа себя с ним непринужденно, совершали поездки по окрестностям, осматривали достопримечательности, до которых Р. М. был охотник, где-то обедали, возвращались в домик и ложились в постель, если у мужчины было желание; посидев вечером в ресторане с шоу-программой, заканчивали день обязательным сексом. Методическая работа Р. М. по зачатию завершилась ожидаемым успехом.
Врач клиники, обращаясь больше к говорящему бизнесмену, поздравил родителей и подтвердил благоприятные прогнозы на будущее зачатие детей, посоветовав не затягивать с этим. Р. М. светился т счастья, а Ладе казалось, что это происходит не с ней и мало её касается; она ничего не чувствовала.
Встречи с радующимся им Максимом все тяжелее давались Ладе и становились все короче по настоянию вечно спешащего отца. Парень с юмором жаловался на больничную скуку и просил поселить с ним в палате Ладу для компании. Отец заметно хмурился на эти шутки и под благовидными предлогами уводил девушку от больного. В последнее посещение Р. М., велев хмурой Ладе положиться на него и не принимать ничего близко к сердцу, сперва объявил сыну, что тот остается продолжать лечение в другой клинике, наркологической, затем добавил, что они с Ладой уезжают: у них дела дома.
– Лала, ты бросаешь меня?! – шутливо переспросил Максим, присев на кровати. Положив руку на плечо девушке и слегка прислонив её к себе, отец веско повторил, что ОНИ уезжают и ВСЁ немного изменилось, добавив, что так всем будет лучше и сын должен согласиться с общим решением. Держась обеими руками за край кровати, сидел вдруг ставший похожим на ребенка Максим, опустив голову. Перед ним на стуле сидела Лада, также боясь поднять глаза, ощущая тяжелую руку Р. М. на плече и тепло его бока.
Отец вышел поговорить с врачом, а они молчали, не зная, что говорить в таких случаях.
- Правильно, Лала, чего там, так и надо! Я бы на твоем месте так же… Он надёжнее, все тебе даст… Ты не стесняйся только… Помолчали, Лада так и не подняла головы. – А хорошо нам было, правда? – как-то жалко спросил он. Девушка с ощущением вины и пустоты в душе желала лишь поскорее закончить тягостный бессмысленный разговор, но неведомая сила удерживала её будто прибитой к стулу, а спасение из коридора все не шло. Максим взял её за руку, нехорошо улыбнулся, в глазах появился злой огонек: - Ну как он в постели?
Лучше меня? Тебе хорошо с ним? Он тебя долго уговаривал, или ты быстро все просчитала? Вошел Р. М. с сообщением, что им пора. Лада облегченно встала, её рука выскользнула из вдруг вспотевшей руки бывшего любовника. Бизнесмен похлопал сына по плечу и взял её за локоть. В спину выходящим раздался почти веселый смех рэпера: - Всё повторяется, Лала, всё это уже было!.. На ватных ногах с совершенно сухими глазами проследовала Лада к машине и, обретая спокойствие, отвечала Р. М.
Дома девушка, как ей сперва показалось, договорилась с бизнесменом насчет её отдельного проживания в собственной квартире на окраине: ей хотелось привести мысли в порядок перед началом новой жизни. Через пару дней Р. М. заехал за ней и взвешенно объяснил, что он не может так рисковать будущим ребенком и во всем положиться на неё. К тому же её ждет некая работа, да ещё вдобавок им необходимо обсудить условия соглашения между ними. Отговорки Лады он отмел сходу, добавив, что ему некогда постоянно мотаться сюда для контроля за её здоровьем и что им гораздо удобнее будет жить рядом.
Связанная устным договором и не нашедшая сил отказаться, переехала девушка в хорошо знакомый ей загородный дом. И поселилась в просторной комнате. Под неусыпным вниманием хозяина, прислуги и охраны.
Выполняя обещание, данное им за границей, в глянцевых журналах вышло несколько материалов о перспективном талантливом эстрадном хореографе – Ладе. Фото были сделаны в интерьерах его дома. По просьбе Лады ей была устроена фотосессия и для мужских журналов: она пользовалась последними месяцами беспечной юности. Скрывший недовольство, Р. М. критично просмотрел отснятые материалы полуголой девушки и, признав, что она необыкновенно фотоге-нична, оплатил публикации. Снялась Лада и в рекламе, вдохновенно танцуя на экране.
И присту-пила к прежней работе, гоняя танцгруппу отсутствующего БМ, заменяющую того на сцене клуба.
Бизнесмен все тянул с нотариальном оформлением их договора, отвлекая внимание Лады на приятные мелочи. Последние теплые дни осени вечерами они гуляли по тщательно выметенным дорожкам среди хвойных туй и кипарисов ; мужчина рассказывал, как он строил этот дом. Он начинал мечтать о будущем счастливом детстве здесь их детей (Лада все не находила подходящего момента объявить, что она не хочет детей, она никак не может привыкнуть, что у неё будет хотя бы один нежеланный ребенок, что она не инкубатор).
Увлекаясь, он брал Ладу за руку или обнимал, и она, с интересом слушая, шла прижатая к нему. Так, как бы незаметно для себя, она впервые оказалась в его одинокой спальной. Её запоздалую попытку объясниться и высвободиться он прервал поцелуями, и умело возбуждаемая им, она осталась, соскучившись по мужской ласке. Так она окончательно обосновалась у него в постели, как надеялась, до родов. Ничего общего с сумасбродными сексуальными схватками с Максимом, безусловно, не происходило.
Уравновешенные, скучноватые ласки сменялись столь же ровным совокуплением, во время которого можно было безмятежно лежать и ни о чем не думать. Мужчина же, имея рядом выдержанную, желанную любовницу, наслаждался нежданно пришедшим в его жизнь смыслом и покоем и не уставал строить далеко идущие планы. Раннее УЗИ выявило мальчика; обоих порадовало это известие, особенно Ладу, решившую обойтись одними родами.
Весной вернулся пролечившийся и отдохнувший Максим. Стоя перед сидящими на качелях отцом и Ладой, не сводя глаз с её торчащего вперед, обтянутого комбинезоном живота, он, стараясь казаться оживленным, шутил насчет будущих сопливых родственников. Отец, снисходительно глядя на сына, с довольным видом обнимал девушку, гладил по животу и всячески демонстрировал, что их совместная жизнь удалась. Лада механически отвечала на вопросы Максима, по-прежнему смущаясь своего непривычного статуса.
Перед уходом (парень не захотел остаться ночевать) он сказал, что был бы рад, если б Лада продолжила работать у него и они сохранили бы приятельские отношения. - Раз она теперь большая знаменитость, - прибавил он, намекнув на пиар-компанию вокруг неё. Публика была рада громкому возвращению рэпера на сцену, грамотно выстроенному массированной рекламой. Они с Ладой вновь сработались вместе последние месяцы до её родов.
За несколько недель до родов Р. М. показал Ладе предполагаемый черновой текст контракта. Изумлённая девушка прочла, что все бонусы в виде жилья, денег, пожизненного содержания, равных прав на воспитание ребенка полагаются ей только после рождения второго ребенка. Лада почувствовала себя обманутой и в западне. Сидящий рядом и обнимающий её бизнесмен уговаривал взвешенно отнестись к необходимым поправкам, войти в его положение и принять такие необременительные условия. Он вытирал льющиеся слезы с лица девушки и настоятельно рекомендовал не принимать поспешных решений, о которых она позже пожалеет.
Намек был настолько прозрачен, что безутешная Лада, понимающая свою уязвимость, дала согласие на подписание документа. Она вытерпела его поцелуи сейчас и ласки ночью. Возбудив его орально, она послушно встала на четвереньки и приняла его мокрый член в зад: так с недавних
