чувственное наслаждение, которого так ей не доставало все это время. Не удовлетворившись таким родом общения, мужчина снял ее со своего члена и, опустив на постель, поставил на четвереньки. Его раздувшийся, опутанный бесчисленными венами член вонзился в нее сзади, заставив застонать от наслаждения и боли. Неутомимо двигаясь внутри нее, он заставил ее дважды испытать оргазм, после чего сам излился, забрызгивая ягодицы и спину горячими каплями спермы.
Она так и не узнала его имени.
- Сейчас - свободна, - рыкнул он, скрываясь за дверью ванной комнаты. – Захочешь еще – приходи.
Кое-как, натянув на взмокшее тело трусики и лифчик, Оленька покинула негостеприимного хозяина номера, ликуя в душе. Ночью она спала, как убитая.
Утро встретило ее бодрой и веселой. После вчерашнего приключения захотелось чего-нибудь еще. Оставив детей на попечении аниматоров, Оленька снова прошлась по пляжу, бросая по сторонам не очень невинные взгляды. Вчерашнего мачо поблизости не оказалось, зато она увидела одного из местных пляжных аниматоров. Он громко выкрикивал что-то на своем языке, а затем по-русски, привлекая к себе внимание. В его руках была большая коробка с металлическими блестящими шарами.
Оленька видела, как вчера молодые ребята играли в эту игру. Задача сводилась к тому, кто точнее бросит свой шар к обозначенной мишени. Она подошла как раз вовремя. Турок уже набрал команду. В его руке оставались два последних шара. С широкой улыбкой, которую не могли спрятать густые черные усы, он протянул их девушке, приглашая вступить в игру. Красная метка полетела в песок. До нее было метров восемь-девять и не всем удалось приземлить свои шары поблизости. Оленька бросала последней. Чувствуя на себе несколько десятков заинтересованных взглядов, она бросила первый шар, и он буквально впечатал метку в рыхлый песок. Раздались аплодисменты. Она бросила второй раз. На этот раз не совсем удачно, но турок похвалил и, произведя какие-то подсчеты, объявил ее победителем. Она сияла от счастья и не отказалась от второго захода.
Минут сорок продолжалась игра. Оленька раскраснелась и в тот момент была чудо как хороша. Не все, конечно, у нее получалось, но каждый раз, после ее броска, возросшая толпа зевак встречала ее действия криками браво и бурными хлопками. В конце концов, она таки взяла приз – красную с золотистыми полосами бейсболку.
- Специальный приз не здесь, - шепнул ей на ухо аниматор, подмигнув карим глазом.
Она не поняла, но пошла за ним, будто под гипнозом. Турок прошел в конец пляжа, свернул к лодочным ангарам. Всю дорогу, насколько позволяло знание языка, он расхваливал ее выдающиеся способности в игре, бросая по сторонам настороженные взгляды. Оленька ничего не замечала вокруг, то и дело, окидывая его ладную стройную фигуру восторженным взглядом. Загорелое тело будоражило вчерашние воспоминания. Его звали Ахмед. Они вошли в лодочный ангар, который в это время дня был почти пуст. Здесь было прохладно. Среди нагромождений поролоновых матрацев, парусов, весел, она увидела в дальнем конце приоткрытую дверь, которую покрывал большой турецкий флаг.
- Приз – там, - махнул рукой Ахмед, придерживая ее за руку.
Оленька улыбнулась и позволила себя увлечь за дверь. Небольшая комната, по всей видимости, служила раздевалкой, а заодно и комнатой отдыха для обслуживающего персонала пляжа. Несколько приземистых шкафчиков, стол, большие подушки – кресла и три шезлонга у стен, покрытые матрацами и полотенцами. Ахмед достал из-под стола бутылку с цветной этикеткой, ловко откупорил ее и, наполнив светло-желтой жидкостью высокий бокал, протянул его Оленьке.
- Пей, - сказал он, увидев замешательство в ее глазах.
- А вы? А ты? – поправилась она.
- Я здесь, хорошо.
Она не поняла, что он хотел этим сказать, решив, что у него просто нет второго стакана. За задержку посуды в ее родной Одессе бьют по морде, поэтому она смело глотнула из бокала. Жидкость обожгла все внутренности, она закашлялась, поперхнулась, на глазах навернулись слезы.
- Что это? – попыталась она возмутиться, но тут голова у нее закружилась, и она вынуждена была присесть на один из шезлонгов, что бы не упасть.
Ахмед сел рядом, уставился на нее озабоченным взглядом. Оленька кисло улыбнулась, махнула рукой, стыдясь своего состояния, и тут же почувствовала, как горячая большая рука турка легла на ее бедро.
- Эй, эй! Ты чего задумал? – отстранилась от него она, но он был настойчив и, его вторая рука обняла ее за плечи.
Дальше все было как во сне. Она ощутила горячее дыхание на своих губах, колючую щетину усов, требовательный язык, буквально ворвавшийся в ее рот. Через минуту она лишилась лифчика и жадные губы Ахмеда впились в твердый розовый сосок. Его руки ласкали все ее тело, стащили узенькие трусики, но в тот момент у нее уже не было ни сил, ни желания, противиться этому. Он разложил ее на матраце, вожделенно шаря по ее нагому телу не только глазами. Повинуясь ему, она раздвинула бедра, давая возможность проникнуть пальцами в свою пещерку. Закатив глаза, она отдавалась новому ощущению, пощипывая пальцами кончики сосков.
- Эй, эй! Вазми, - донесся до нее голос Ахмеда и в тот же миг большой жилистый член турка заплясал возле ее лица.
Она попыталась вскочить, открыла рот от изумления, но тотчас же поплатилась за это. Розовая головка члена вошла в него, прервав готовый вырваться крик. При этом пальцы Ахмеда больно вонзились в мягкую податливую плоть влагалища. Оленька застонала от боли, но турок воспринял это иначе, еще глубже погружая член, доставая им до горла. Едва не захлебнувшись, девушка сделала судорожный глоток и почувствовала, что сейчас задохнется. Ахмед, между тем, медленно вышел из ее рта и тут же снова погрузился, едва не проткнув ей горло. Волосатая мошонка оцарапала щеку, но Оленьке было не до того.
Едва дыша, она вскоре все же приноровилась к своему неожиданному любовнику и вполне профессионально сделала ему минет. Густая тягучая жидкость заполнила девичий рот. Зажав пальцами нос, он заставил ее проглотить свой нектар, сверкнув в кривой улыбке белоснежными зубами. Все это время его пальцы беззастенчиво мяли ее промежность, вызывая болезненные, но в то же время сладостные позывы. Оленька с трудом проглотила неожиданное угощение и, облизнувшись, вымученно улыбнулась
- Подарка! – радостно оповестил ее Ахмед. - Приз.
Она приподнялась и тут вдруг увидела еще двоих турок. Они сидели на шезлонгах у противоположной стены и… - Оленька оторопела, – массировали в руках свои члены. Один из них тут же встал и, потрясая вздыбленной плотью, двинулся к ней. Без всяких прелюдий, как - будто все само собой разумелось, он приподнял Оленькины ноги, слегка раздвинул и вогнал в нее свое орудие. Она только ахнула от неожиданности и закрыла глаза. Какое - то время ей понадобилось, чтобы осмыслить происходящее. В голове по-прежнему было туманно, но сама еще того не сознавая, она вдруг ощутила поднимающуюся откуда-то из глубины волну чувственного наслаждения. Второй турок трудился во всю, глубоко загоняя в нее свой вздыбленный крепкий член. Оленька открыла глаза и поймала взглядом улыбающегося Ахмеда.
Но нет, это был уже не Ахмед. Третий турок, до того сидевший на шезлонге, тыкал свой член в ее рот. Он был большим и горячим. Девушка послушно открыла ротик и лизнула розовую головку. Боясь грубого вторжения, она принялась сама ублажать нового любовника, как две капли воды похожего на Ахмеда. У нее это неплохо получалось и, к слову сказать, она даже испытывала новое, неизведанное до этого наслаждение. Через несколько минут партнеры поменялись местами и она тут же кончила, забившись между ними в сильнейшем оргазме. Турки, радостно повизгивая, продолжали трудиться над ней, буравя девичье тело крепкими обрезанными членами. Поставив ее на колени, второй турок взял ее сзади, третий тут же сунул в рот своего крепыша. Все тело девушки ныло, трепетало от сладостного чувства. В своих девичьих мечтах она иногда представляла себя в такой позе, но здесь были не мечты, здесь все было реально.
Послышался гортанный голос, которым Ахмед что-то говорил своим товарищам. Оленька ничего не поняла, но оба турка сразу же вышли из нее, поставили на пол. Один их них, - она теперь и не знала, кто же, - прижался к ней животом, приподнял и насадил на свой член
