спросила девушка.
- Вы ведь с Луной были подругами, - улыбнулась хозяйка, - Что она тебе рассказывала? Вспомни.
- Мы подругами не были, - рабыня облизнула пухлые губки, на которых виднелись следы запекшейся крови, - Луна ни с кем не дружила. Она сама говорила, что скоро всё закончится, и она уедет.
- Сними её и усади на стул, - приказала Луиза.
Энди, негр двухметрового роста, сильно похожий на гориллу, отпустил цепь, и девушка рухнула на пол. Её подняли и усадили на стул, заведя скованные кандалами руки за спинку. Луиза уселась в придвинутое кресло.
- Хочешь попить? – спросила она, погладив девушку по коленке.
- Там, - Мона поёжилась, - Вода соленая.
- А мы попросим, чтобы принесли лимонад, - проворковала женщина.
Энди, что-то бормоча себе под нос, вышел из камеры и через несколько минут вернулся, держа в руках поднос с большим ведром, наполненным льдом, в котором была установлена бутыль с желтоватой жидкостью, и двумя широкими низкими стаканами. Луиза наполнила один из них и поднесла ко рту рабыни. Почуяв приятный лимонный запах, девушка приникла к стакану, как к живительному роднику.
- Спасибо, госпожа, - прошептала она, тяжело дыша.
- Что еще тебе рассказывала Луна? – снова спросила хозяйка.
- Со мной она предпочитала не разговаривать, - немного отдышавшись, сказала Мона, - Но я слышала, как она шепталась с Хани. Но я ничего не поняла. Когда я подошла, они засмеялись и убежали.
- А Хани тебе ничего не говорила?
- Не помню, - девушка виновато опустила голову.
- Постарайся вспомнить, - наседала Луиза, - Ну, напрягись. Хочешь еще попить?
- Спасибо, госпожа, - рабыня тяжело вздохнула, - Я только один раз слышала, как Хани кому-то из танцовщиц рассказывала, что у Луны появился постоянный клиент.
- А имени его она не называла? – женщина по-матерински погладила невольницу по голове.
- Про имя ничего не слышала, но один раз видела, как в комнату к Луне зашел высокий мужчина.
- Так-так, - обрадовалась Луиза, - Описать его сможешь? Гельмут! Быстро сюда фотографии всех клиентов!
Через десять минут перед Моной лежал альбом с фотографиями, и Луиза терпеливо переворачивала страницы. Но девушка не указала ни на одного из посетителей, и это огорчило не только хозяйку, но и её подручных.
- Ну, что ты делаешь? – вздохнула женщина, - Опять тебя придется подвешивать, пытать, бить.
- Но здесь его нет! - со слезами в голосе ответила рабыня.
- Может, ты его плохо разглядела? – спросила Луиза, - Попробуй описать, как он выглядел.
- Как выглядел? – девушка на мгновение задумалась, наморщив лоб, - Высокий, ростом не ниже господина Гельмута, длинные черные волосы, короткая борода, усы, черные очки. Да, на нем был хороший белый костюм и очень красивые туфли на каблуке, похожие на женские. Остроносые такие, с пряжками. И скрипели.
- Ну, наплела, сучка! – взревел Гельмут, вскакивая с места, - Слушайте Вы её больше, госпожа! Она Вам и не такие сказки придумает, лишь бы выгородить подружку и спасти свою тощую задницу!
- Успокойся, идиот! – рыкнула на него Луиза, - Мне кажется, девочка говорит правду. Вот что, Энди. Отведи Мону в тихую комнату и дай ей что-нибудь поесть. Пусть отдохнет. А мы пока поговорим с Хани.
***
Утро было солнечным и ясным. Ночью немного подморозило, выпал обильный снег. И теперь он лежал белым покрывалом, искрясь на солнце. Томас, замотав шею шарфом и вооружившись щеткой, вышел во двор небольшой, доставшейся по наследству от отца, виллы, чтобы отскрести от налипшего снега свой «плимут». Эта работа не доставляла ему особой радости, но выезжать в город на грязном автомобиле молодой человек считал ниже своего достоинства.
Дом стоял на отшибе, и соседи Томаса не беспокоили своим излишним любопытством. Это и была одна из наиболее веских причин, по которой он, оставив свою городскую квартиру, перебрался в этот тихий район, расположенный на северо-западной окраине города.
Было воскресенье. Улицы пустовали. Может быть, поэтому, Томас внезапно услышал тихий голос, доносившийся снаружи. Повернув голову, он увидел привалившуюся к решетчатой ограде фигуру человека. Лица было не разобрать, короткие вьющиеся волосы присыпал снег. Но Томаса поразило то, что этот незнакомец был одет так, словно только что вылез из постели, не потрудившись натянуть даже пижаму.
- Этого еще не хватало, - подумал молодой человек, отложив щетку в сторону, - Уже и пьяницы сюда проникли.
Подойдя к ограде, он удивленно вскинул брови. На бетонном парапете, служившем фундаментом невысокому забору, закутавшись в пеструю, но тонкую материю, сидела смуглокожая девушка и тихо постанывала. Её худое тело колотило, как в лихорадке, губы посинели, на щеках обозначились бурые пятна, красноречиво говорившие о переохлаждении. Большие черные глаза наполнились слезами, и в них читалась мольба о помощи.
- Ты кто? – Томас ткнул незнакомку пальцем в плечо, - От мужа сбежала?
- Помогите, господин, - жалобно простонала девушка, - Мне очень холодно. Я не могу подняться.
Оставлять её на улице означало обречь девушку на верную смерть. Томас поднял её на руки и быстро понес к дому. Незнакомка доверчиво прижалась своей курчавой головкой к его широкой груди и затихла. Только её глаза смотрели на парня, но в них уже не было слез, а заблестели веселые искорки. Пухленькие губки еле заметно растянулись в мягкой улыбке.
- Извините, - только и смогла прошептать она.
В комнате весело потрескивал камин. Томас усадил смуглянку в глубокое кресло и укутал толстым шерстяным пледом. Поколдовав на кухне, он подсел на подлокотник и стал осторожно поить девушку горячим чаем с изрядной порцией виски.
- Что же мне с тобой делать, - как бы размышляя вслух, произнес он, - Ума не приложу. Ладно, грейся, а там посмотрим. А как тебя зовут?
- Луна, - тихо ответила девушка.
- Как? – встрепенулся Томас.
- Меня зовут Луна, - незнакомка снова мягко улыбнулась, - Спасибо, что не оставили меня на улице.
- Думаю, тебе нужно отдохнуть, выспаться, - Томас посмотрел на девушку, - Но потом…
- Да-да, я уйду, - поспешила заверить его девушка.
- Куда ты пойдешь? – усмехнулся молодой человек, - Я хотел сказать, что потом ты мне всё честно расскажешь.
- Конечно, - кивнула головой Луна, - Спасибо Вам.
Девушка проснулась лишь поздним вечером и теперь лежала в постели, жмурясь от ощущения мягкой перины и приятного запаха чистого белья. Хозяин, видимо, куда-то ушел еще утром, и в доме было тихо. Вдруг, встревоженная собственными мыслями, она соскочила на пол и начала искать свою накидку.
- А если он пошел в полицию, - вертелось в голове, - Тогда мне конец. Скоро сюда нагрянет инспектор Крокс со своими волкодавами, меня схватят и отволокут обратно в клуб. А там Гельмут и этот придурок Энди отведут душу, подвергнув меня самым изощренным пыткам. Просто так, ради удовольствия. А хозяйка с её вечно слащавой улыбочкой на располневшей морде будет читать проповеди о том, какая она добрая и заботливая, а я – неблагодарная тварь.
- Уже проснулась, - раздался голос.
Девушка резко обернулась, забыв о том, что на ней ничего нет из одежды. В дверях стоял Томас, держа в руках какие-то вещи, и с любопытством наблюдал за своей новой знакомой.
- Ой, - Луна быстро схватила одеяло и торопливо обернула его вокруг своего тела, - Простите, я не думала, что Вы можете войти.
- Это ты меня извини, - Томас положил одежду на стул, - Мне бы следовало постучать. Это – тебе. Примерь, а потом спускайся вниз. Будем ужинать.
Он развернулся и быстро вышел, прикрыв за собой дверь. Луна села на кровать и несколько минут смотрела на одежду, которую принес хозяин дома. Она не могла понять, какую цель преследует этот высокий, сильный и, скорее всего, неглупый парень. Ходил ли он в полицию?
Вопросы остались без ответа, и Луна, как-то легко смирившись с этим, решила одеться. Нижнее белье оказалось простеньким, но вполне приличным. Девушка даже улыбнулась, застегивая лифчик. Как давно она не надевала эти, казалось бы, простые вещи. Луиза не разрешала использовать всякие «резинки», как она их называла. Следом девушка надела штаны, сшитые из мягкой холстины, и клетчатую рубашку-ковбойку, рукава которой оказались длинноваты, и Луна закатала их до локтя.
Всунув ноги в симпатичные туфельки-балетки, она подошла к зеркалу, встроенному в шкаф и осмотрела себя со всех сторон.
- Мне предстоит ужин,
