- подумала Луна, - Во время которого хозяин захочет, чтобы я ему всё рассказала. Не хотелось бы его расстраивать. Всё-таки, он спас мне жизнь, не дал замерзнуть. Но всё ли я ему могу рассказывать? А, будь, что будет! Выложу всю правду, а там пусть сам решает, что со мной делать.
Растрепав на лбу кудряшки, Луна решительным шагом вышла из комнаты.
***
Луиза вернулась домой лишь к концу дня. Разговор с Хани ничего не прояснил. Те же общие слова. Словно бы девчонки сговорились. Как и Мона, Хани всё время твердила про высокого бородатого мужчину, обутого в скрипучие дамские туфли. Луиза была в бешенстве и даже не остановила Гельмута, когда тот запустил свою адскую машинку. К счастью, Хани быстро потеряла сознание, и допрос пришлось прекратить.
Проходя мимо консьержки, Луиза осведомилась, нет ли для неё писем, и, получив небольшой конверт, уже собиралась скрыться в кабине лифта.
- Госпожа Позняк! – окликнула её старуха, - Конечно, это не моё дело, но Вас хотел видеть инспектор полиции Крокс. Он прислал сюда посыльного, очень приятного молодого человека…
- Благодарю, госпожа Понс, - нервно ответила Луиза, - Я приму к сведению.
Войдя в квартиру, женщина чуть не споткнулась об ногу своей служанки, свернувшейся калачиком на маленьком коврике возле вешалки. Девушка вскочила и принялась бестолково хлопать глазами.
- Что уставилась? – устало произнесла Луиза, - Сними с меня сапоги.
Рабыня осторожно стащила с ног своей госпожи обувь и стала шарить вокруг в поисках тапочек.
- Не проспалась еще? – женщина несильно шлепнула её по затылку, - Ты сидишь на них, дура.
- Простите, госпожа, - девушка вытащила тапочки и обула хозяйку.
- Приготовь ванну и свари мне кофе, - распорядилась Луиза, размыкая шейную привязь, - Я сегодня очень устала. Вымойся и жди меня в спальне.
- Да, госпожа, - рабыня поднялась с колен и мелкими шажками направилась выполнять распоряжения хозяйки.
Лежа в теплой воде, Луиза еще и еще раз прокручивала в памяти разговор с Моной и Хани. Что-то настораживало её, не давало покоя. Предположить, что обе девушки беззастенчиво врали ей, можно было с большой натяжкой. Скорее всего, они просто что-то не договаривали или искажали факты. Кем мог быть тот высокий брюнет в остроносых ботинках, похожих на дамские туфли? Почему Луна так была уверена в успехе побега? А главное, зачем она рассказала об этом своей заклятой противнице Хани?
Дверь ванной комнаты тихонько открылась. Рабыня принесла свежее полотенце и теперь стояла в углу, готовая к тому, чтобы обсушить тело хозяйки. Девушка на первый взгляд была спокойной, но Луиза хорошо изучила свою служанку. Что-то тревожило эту глупую девчонку. Это было заметно по тому, как нервно она теребит руками край передника.
- Что стряслось? – строго спросила женщина.
- Н-ничего, госпожа, - девушка опустила глаза.
- А плетки не хочешь, мерзавка? – Луиза приподнялась над краем ванны, - Я жду!
- Звонили из полиции, госпожа - тихим голосом сообщила рабыня.
- Я же тебе запретила отвечать на звонки в моё отсутствие! – взвилась хозяйка.
- Я не отвечала, госпожа - в голосе девушки появилась дрожь.
- Тогда откуда ты знаешь, кто звонил? – Луиза немного успокоилась.
- Там на определителе загорелось слово, - рабыня еще ниже пригнула голову к полу.
- Какое слово?
- Крокс, - еле слышно пропищала невольница, - Вы сами говорили, что он служит в полиции, госпожа.
- Ладно, - хозяйка вылезла из ванны, - Оботри меня и подай халат.
Лежа в постели и потягивая кофе из маленькой фарфоровой чашечки, Луиза наблюдала, как её рабыня, встав на четвереньки, осторожно водит губами по её бедру. Приятная нега начала разливаться по телу женщины. Все невзгоды, навалившиеся на неё за день, отступили, растворялись в этих прикосновениях. Луиза отставила чашку на прикроватную тумбочку и, откинувшись на подушки, запрокинула голову назад. Нащупав рукой свою уплотнившуюся грудь, она стала массировать сосок, который, поддавшись ласкам, начал твердеть.
Служанка, услышав дыхание хозяйки, придвинулась ближе к промежности, осторожно, словно боясь спугнуть, отодвинула в стороны полы короткого халатика госпожи и приложилась влажными губками к раскрывшейся щели, уже начавшей истекать соками. Её горячий язычок мягко, но настойчиво раздвинул половые губы и медленно проник внутрь разгоряченного лона.
Луиза тихо застонала и прижала голову рабыни к низу живота. Повинуясь нарастающему желанию, она раскинула ноги и выгнулась, будто пыталась встать на «мостик». Её глаза затуманились, губы приоткрылись, а из груди вырвался протяжный долгий стон, похожий на плач младенца.
- Глубже, сильнее, - взмолилась Луиза, - Не останавливайся.
Девушка обхватила немного рыхлые ягодицы госпожи обеими руками и с силой сжала пальцы, принуждая партнершу больше открыться её ласкам. Протолкнув свой язычок в самую глубь пещерки, она накрыла ртом всю щель и начала неистово сосать нежную кожу, при этом прикусывая зубами края половых губ.
- Ах! Ох! – стонала госпожа, извиваясь под ласками рабыни, - Ещё! Ещё!
Служанка выпустила из своих цепких пальцев ягодицу, к тому времени ставшую мокрой от выступившего пота и просочившейся смазки, окунула указательный палец в образовавшуюся лужицу и осторожно надавила на мышцу заднего прохода. Анус, словно ожидая команды, расслабился и впустил его в горячее тело. Луиза взвыла от наслаждения, приподняв свой немного тяжелый зад, чтобы дать рабыне больше простора.
Девушка помогла хозяйке перевернуться на живот и вскоре сама уже сидела на её бедрах, ритмично всаживая и вытаскивая ставший скользким палец, массируя заднюю дырочку, блестевшую от испускаемой жидкости. Луиза вцепилась зубами в подушку и начала яростно её кусать, порыкивая при этом, как голодная собака, разрывающая кусок жилистого мяса.
Но вот она затихла. Тело её обмякло, отяжелевшая голова упала в подушки. По спине, покрывшейся красными пятнами, тонкой струйкой стекал к поясничной ложбинке пот. Рабыня склонила голову и слизнула слегка солоноватую жидкость. Потом приложила губы к плечу госпожи и замерла на пару секунд.
- Слезь с меня, рабыня, - тяжело дыша, прошептала Луиза.
Девушка отползла к спинке кровати и улеглась, свернувшись клубком. Хозяйка медленно перевернулась на спину и посмотрела на невольницу. На её располневшем лице появилась счастливая улыбка. Ткнув девушку ногой в плечо, госпожа поманила её к себе пальцем. Рабыня с готовностью ринулась в объятья своей хозяйки, но Луиза остановила её.
- Скоро в моём доме появится новая служанка, - тихо сказала она.
- А как же я, госпожа, - глаза девушки расширились от ужаса.
- Ну-ну, не пищи, - успокоила её Луиза, - Будете вдвоём мне служить. А сейчас иди на своё место. Я спать хочу.
- Да, госпожа, - рабыня сползла с кровати и улеглась на коврик, подтянув коленки к животу и подложив под голову кулачок.
***
- Так что же произошло с тобой, Луна? – Томас отодвинул тарелку в сторону, - Что заставило тебя в такой холод выскочить на улицу в чем мать родила? От кого ты бежала?
- Чтобы ответить на все Ваши вопросы, мой господин, - девушка исподлобья взглянула на парня, - мне придется рассказать Вам всю мою жизнь. Хотите ли Вы этого? Со своей стороны обещаю, что мой рассказ будет предельно честным, но и не слишком приятным.
- Что ж, я готов выслушать твой честный, но неприятный рассказ, - ответил Томас, - Но у меня есть к тебе одна просьба: не называй меня господином. Вообще, держись попроще. Кстати, меня зовут Томас.
- Постараюсь, Томас, - девушка одарила собеседника очаровательной улыбкой, - С чего же начать?
- С того, как ты появилась на свет, - подсказал ей молодой человек.
Луна несколько мгновений собиралась с мыслями, потом глубоко вздохнула и начала рассказывать.
- Я родилась в маленьком городке, каких много по всему побережью. Отца своего не помню, а мать никогда про него не рассказывала. Думаю, что он был одним из её клиентов. Судя по тому, что у меня кожа не такая темная, как у неё, можно предположить, что папаша был белым. Мать, как ты уже и сам понял, занималась проституцией. К нам в дом всё время приходили мужчины. Иногда большими шумными компаниями. Они усаживались за стол, орали, много пили, часто до беспамятства, потом, кто мог, заваливался в постель к матери, а я, лежа в своей коморке под лестгицей, всю ночь слышала дикие вопли и стоны.
Когда
