кнопку и звук прекратился.
- А теперь смотри сюда! Смотри на своё вымя…
В это время соски матери словно взорвались. Из них буквально хлынул поток молозива, наполняя емкость, которая была соединена трубками с чашечками, в которых были натруженные груди матери.
- Ну, как тебе? – засмеялся доктор, смотря на реакцию матери.
- ОООоооо…УУУУааааа… Я чувствую себя коровой… Ну… вообще… НННннн…аааа…
Емкость была наполнена наполовину и поток начал иссякать.
- Ну, вот тебе и весь фонтан… - сказал доктор. – К слову, у японок бывали надои до 120 мл за раз… У тебя с одной, считай, груди 30 мл молозива. Это оооочень хорошо, просто здорово!
- Уууффф…ффф… - дышала мать. – Ну, что… ффф…ффф… прошла я тест?
- Да, от своих слов не отказываюсь! Дарю его тебе! – и он убрал с грудей матери чашечки молокоотсоса.
Тимка обалдел! Её груди были раскрасневшиеся и они стали больше! Доктор самодовольно пошлепывал их.
- Ну, давай, иди на кресло, моя хорошая… - раздобревшим голосом произнес он. – На, возьми полотенце, вытри сиськи!
В этот момент мать зашла за ширму, за которой находилось кресло для осмотров, и Тимке ничего не оставалось, как наслаждаться только негромкими звуками, доносившимися из-за двери.
- Давай, положи ножку сюда, дорогая… Да, вот сюда, повыше. Что-то ты уже подзабыла, что-ли?
- Ну да… - смеялась мать. – Чай, не часто здесь бываю…
- Вооот… Я тебе ещё ножки пошире разведу… чтобы плотнее было. Повыше ножки тебе сделаю… ввоооттт, ттаааакккк...
- Оу… - отозвалась мать. – Я тут у тебя, часом, не рожу? Ууууффф…
- Вагину пониже… вот так, двигай ко мне, чтобы я мог… Пониже, пусть спина немного навису побудет, ногами поддерживай… Вот так, держи! Оооо!... Боже мой, какая же ты мокрая… Кто же тебя так разработал, дорогуша…
- Это мой ненаглядный… фистинг любит… а я зашивать не стала…хочу, чтобы была такая, какая есть. Не девочка, поди, уже… Фффф… Мммм…
- Да уж, не девочка… оооуууу, как горячо… шейки касаюсь… оооууу… йесс…йесс…йесс…
- Ааааййй…УУУууу… - раздалось в ответ. – Ты что, негодник, в матку хочешь войти?
- Хххааа… а ты знаешь, что, в принципе, это возможно… Ой, господи, как у тебя там горячо! йесс…йесс…Дддаааа!
- Ооооууу… Нннаааййй… - услышал он мать. – И что, ты сам пробовал?
- Что? – переспросил доктор.
- Ну… прямо в маат…кууу…
- Нннеееттт… я сссаааммм ннееттт… у друуу…гаа… ееессть… касс..еетт…тааа, на неейй… баб бере…менн…ныых… траа…хааа…ютт в маат…кууу… Могу взяяя…ть пос…мот…реть…
- ОООуууу… МММмммаааа… и что, бабам нрааа…вит…ся…ааа..? Дда…ааа…? - спрашивала мать.
Тимка внезапно осекся. Видеокассета, на которой беременных баб трахают в матку мигом отрезвила его. В голове молниеносно созрел хитроумный план. На лестнице послышались шаги. Это поднималась на осмотр очередная женщина. Тимка быстро присел на кушетку и, как ни в чем не бывало, принялся разглядывать плакаты.
Каково же было его удивление, когда на этаж поднялась та женщина, которая уже дважды встречалась сегодня. Она тоже узнала его и улыбнулась, вновь встретившись глазами. Незнакомка посмотрела на свою медицинскую бумажку, которую держала в руке и направилась к соседней двери. Она постучала в дверь. Дверь открыла врач - полная женщина лет сорока пяти.
- Здравствуйте, Марина Александровна. - произнесла пришедшая, протягивая врачу бумажку в своей руке. – Я пришла по направлению.
- А, мадам Филиппенко! – отозвалась врач, бегло читая текст. – Опять к нам? И кто же вам дал направление? Так, доктор Сидоренко… Понятно.
Врач очень смутилась и опустила руку, посмотрев на дверь, где в этот момент была мать Тимки с доктором.
- Сидоренко, понимаешь… Да… - она не находила нужных слов и активно жестикулировала при этом. – К нему бы и шли на осмотр! Ладно, подождите здесь в коридоре, я вас вызову.
Дверь закрылась, и женщина присела на кушетку, ожидая вызова. Тимка с любопытством смотрел не неё.
- Что? Нравлюсь? – спросила женщина, подняв глаза и нарушив долгое молчание.
- Н… да. – спокойно отвечал Тимка. – В роддом?
- Хм… Нет, пока только на осмотр. – улыбнулась она. - Затянула с выбором, а теперь уже 25 недель.
– Ну и рожайте себе на здоровье! – сказал Тимка.
Женщина улыбалась, глядя на Тимку.
- Ну, а что? – наивно поинтересовался Тим.
- Да вам, мужчинам, не понять! – продолжала женщина. – Вам так легко рассуждать. А, вот, подруги осуждают, да и на работе осуждают… Просто, пиздец! Извините, конечно…
- Вообще, конечно, ваше тело – ваше дело! – улыбнулся Тимка. – Только, это, пожалуй, тот случай, когда ошибку уже не исправишь, а бед можно натворить ещё больше.
- Вот, вы единственный, кто понимает… - ответила она. – Я сама такого же мнения. Только… не все так просто.
- Да просто! Что для вас важнее жизнь безгрешного ребенка, или мнение окружающих друзей и подруг? – продолжал Тим.
Воцарилась пауза, которую нарушали только редкие шорохи убирающейся вдали уборщицы.
- Я видела вас на лестнице… с вашей женой. - внезапно произнесла незнакомка, вновь нарушив тишину. – У вас это первый ребенок?
- Нет, уже третий, - не совсем поняв вопрос, ответил Тимка.
Женщина удивленно подняла брови.
- Извините, конечно, но все-таки… - на мгновение она осеклась. - Позвольте неприличный вопрос?
- Да, пожалуйста! – с легкостью ответил Тим.
- Вы любите женщин… постарше?
- Люблю таких женщин!
- А можно спросить «почему»? – продолжала незнакомка.
- Да просто они уже опытные во всех делах и с ними можно всё! – спокойно отвечал Тим.
- Но, ведь, она годится вам в матери! – произнесла женщина.
- А это и есть моя мать… - произнес Тимка и осекся.
Он сообразил, что сейчас должна себе вообразить эта женщина, глядя на него, после его ответов и при виде беременного живота матери.
- Но… - осеклась женщина и уставилась на Тима.
Тим смотрел на неё и уже хотел сказать, что она не так его поняла, но… Он решил дальше продолжить игру вопросов-ответов и, глядя в упор на женщину, произнес:
- Да, это моя мать.
Женщина смотрела на него широко открытыми глазами, сканируя вновь и вновь в своем мозгу произнесенную незнакомцем фразу.
- Случайно? – внезапно, после долгого молчания произнесла она.
- Не совсем понял вопрос? – спокойно произнес Тимка.
- Ну, порвался презерватив, или как? – скорее по инерции, чем по своей воле спрашивала незнакомка.
- Нет, мы не предохранялись… - продолжал играть Тимка.
- И она решилась рожать? – удивилась женщина, серьезно воспринимая ответы незнакомца.
- Да, - с безразличием отвечал Тимка. – А что тут такого? Сейчас многие матери рожают от своих сыновей.
- В смысле? – не поняла незнакомка.
- Ну, у меня есть друг. Его отец крупная шишка. Он почти всегда на работе. А матери тепло и ласка нужна. Вот они и ласкали друг-друга, пока отец на работе пропадал. И доласкались, что сейчас она тоже беременна. Тоже рожать будет.
- Да вы что! – удивилась она придуманному налету рассказу Тимки.
- Ну, а у вас что? – задал в свою очередь вопрос Тим. – Муж не хочет, или залёт от любовника?
- А у меня тоже… - начала было она, но осеклась. – Нет, мужа у меня нет. Живу с двумя детьми, проблемы с работой. Старший утром в школе, а после обеда уроки делает, да с младшим сидит, а я после обеда работаю. Младший болеет, приходится сидеть на больничном. Какой начальник такую захочет терпеть на работе? Вот и прыгаю с одной работы на другую.
Она окончила фразу и опустила голову. Однако, цепкое ухо Тимки, услышав всю фразу, моментально выделило главное, а именно - её начало.
- По ночам, надо полагать, работаете? – спокойно спросил Тим. – Поэтому, «у вас тоже…»?
Женщина медленно подняла голову и пристально посмотрела на Тимку. Она сидела и молчала, изучая собеседника. Потом приподнялась и медленно пересела на кушетку, на которой сидел Тим.
- А что, действительно так заметно? – притихшим голосом спросила она.
- Что именно? – не понял Тим.
- Ну, что я занимаюсь проституцией?
- Нет, ну это понятно и без слов. Молодая, красивая женщина, которую ругает врач, у которой большой срок, что характеризует вас, как либо чрезвычайно занятую, либо, как женщину с недостатком средств.
- Ну, прямо, Шерлок Холмс! – удивилась женщина.
- Но я просек главное! – самодовольно и твердо произнес Тим.
- Что именно? – заволновалась женщина.
- Эта ваша фраза: «а у меня тоже…», которую не смогли удержать ваши уста, дала мне повод предположить, что вы тоже беременны от
