что вот так прямо про запах я заявлять не стал – это странный комплимент, и ему свое время. А то, что я восхваляю ее фигурку – она и так знала по прошлым моим приставаниям и комплиментам, а заявление про фантазии само собой вытекало. Татьяна чуть посмеялась, даже с ноткой грусти, и сказала:
– Ладно уж, во сне ты меня видишь! Почему я тебе нравлюсь? Смотри, сколько красивых и молодых девчонок вокруг, а они только это и хотят!
Я заявил, что все девчонки ей не доходят и до пяток, и что они не способны удовлетворить меня априори. А она – опытная и просто прекрасная женщина. Пальчики свидетельствуют о упорной тонкой работе; они же, вкупе с весьма крепкими сухожилиями без особой мускулатуры на руках, – о спортивных занятиях вроде скалолазания. Хотя этим она не занималась продолжительное время – об этом говорили плотные ноготки, а ни одна скалолазка не позволит себе отращивать ногти. Когда я застал ее в шортах до колен – я не заметил варикозных вен. Ягодки подтянуты, значит образ жизни довольно активный.
Одежда своим видом, качеством и разнообразием говорила о приличном доходе и финансовой стабильности, при том, что она явно не страдала «шопинизмом» (или как это там называется), а более того – о хороших вкусах, прислушиванию к моде, но как к ориентиру, а не закону. После, как я все это выложил тоном Шерлока Холмса, ее взгляд переменился, хотя лицо не дрогнуло. Я заметил, но понять и прочесть эту деталь не сумел. Возможно потому, что мелькнуло слишком много: от радости и мягкости до ужаса, отчаяния и сожаления. Но что я произвел впечатление – это однозначно. И произошло чудо. Она похвалила мои наблюдательность и логику и спросила какие у меня планы часа в три. Прикинув время, я ответил:
– Вроде, свободен.
– Прекрасно! – сказала она. – В три встретимся здесь, и мы пойдем ко мне. Я живу за квартал отсюда.
Мы попрощались. До назначенного времени я уже стоял на месте встречи. И вот она шла в моем направлении такой же красивой походкой. Я мог видеть, как обширный таз колебался из стороны в сторону в узких джинсах, а прекрасная грудь чуть подскакивала и тряслась каждый раз, как ее ножка касалась земли.
Я зашагал навстречу, мы поздоровались и отправились к ней. По дороге она диалога не заводила, хотя явно хотела о чем-то спросить. Но я вытягивать не стал. Действительно, ее квартира была рядом, на третьем этаже. Она открыла дверь, и мы вошли. Большой зал с красивой мебелью с ярко выделяющимся диваном, выход в еще одну комнату и справа длинный коридор где была еще комната в конце, и двери, как я понял, в ванную и туалет. Кухня была слева. Получалось, что зал – это одновременно и прихожая.
Одна деталь показалась мне странной, и мне следовало обратить на это внимание. Ее квартира не пахла ей. Освежителей при беглом осмотре я не заметил, но и не придал просто этому значения.
Я сел на диван, а Таня ушла в коридор, но быстро возвратилась. Я старался держаться вежливо – я больше романтичен, чем груб, тем более с такой красавицей. Когда она вернулась, она позвала меня за собой и провела, как я понял, в спальню. Большая кровать, по бокам две тумбочки с каждой стороны и шкаф у дальней стены. Задел под мужа? Но она всегда была на улице одна. Да и будь где мужчина – в квартире бы были следы его присутствия…
Я сел на край кровати, и она попросила меня раздеться. Я проглотил возникший вопрос и сделал это, даже несколько торопливо, но не теряя такта, стараясь не показаться похотливым кобелем. Она села передо мной на колени, не раздеваясь, сразу принялась мять мое достоинство. Я было заметил, мол, не слишком ли поспешно, на что она парировала, что я уже чуть ли не два месяца безустанно к ней пристаю с непрозрачными намеками, так что на попятную идти как-то по-детски, и более того – она имеет право тоже меня разглядеть. Подумав, я решил не вмешиваться, тем более, что ей, по виду, нравилось. Вскоре мой член окреп. Должен сказать, я слежу за опрятностью. Излишняя волосатость меня раздражает, хотя я не против пушков на лобках у женщин.
Очень нежно кончиком языка она изучала мой твердый ствол. Особенно много внимания уделила головке. Только я хотел уже полностью отдаться этим чувствам, как… Шум открывающейся двери за мной заставил меня дернуться, а она остановилась. Я повернул голову и застыл. Мужчина, высокого роста и широкими плечами, вошел к нам, а вылез он, видимо, из шкафа в дальнем конце комнаты. Она посмотрела на него, потом на меня, а я не мог ничего сказать. Лишь немой вопрос к ней.
Мужик был совершенно голый, и его член, хоть и не совсем стоял, был весьма большим. Во всяком случае раза в полтора больше моего. Он не следил за внешностью и весь оброс. В общем он – мой полный антипод. Мои мысли крутились с большой скоростью. Я, грешным делом подумал, неужели Татьяна такая извращенка, что хочет, чтобы мы с ним ее жарили вместе.
Он подкатил молча, и Татьяна отошла в сторону. Неуловимым мне движением он повернул меня на месте, поставил на колени на пол и придавил торс к кровати. Татьяна ему дала тюбик какого-то крема и только тогда до меня дошло. Он будет меня трахать.
Вообще хорошая тактика: отделаться от навязчивого ухажера с помощью парня-мужа-отца-самца путем изнасилования. Для меня это не будет таким уж унижением, но она этого не знала. Я не перестал думать о Татьяне, но если уж я не буду с ней любовно двигаться, то хоть этот гигант сделает доброе дело. Этим я себя успокоил.
Татьяна перешла в другую сторону кровати и схватила мои руки. Видимо, чтоб я не рыпался. Действительно цепкие пальчики. Я даже пожалел, что не мог ухватиться в ответ. А гигант был сзади и приставил свой столб к розе. Я чувствовал, как его головка пристраивалась к дырочке. Член мужчины весьма хорошо надулся, но меня это не пугало. Попа у меня адаптируется ко всему. Мой сфинктер легко принял массивную головку. И тут он протолкнул болт глубже – где-то на треть. Он начал шлепать мои округлости довольно сильными ударами, и я услышал его голос. Все же, это ее парень.
– Это за то, что не даешь покоя моей девушке, сука. Ты ее хотел ебать, но я тебя буду ебать на ее глазах.
Очень странная постановка слов. Не, смысл я уловил, но серьезно, кто же так предложения строит? На вид не заграничный…
Татьяна не говорила, но держала мои руки, чтобы я не двигался. Еще один толчок, и вот весь член уместился во мне. Некий дискомфорт, но без боли, и по привычке я начал подмахивать попой. Гигант заметил и… при-ка-зал Тане меня похвалить за это. Она начала меня поощрять и подбадривать, мол какая я шлюха, но как-то… искусственно. Ненатурально. Но по ее лицу я не мог сказать, что ей это нравится, а взгляд она отводила. Сдается мне, это не ее идея. А гигант только и повторял, как зацикленный, что я хотел трахнуть его девушку, а теперь, какая незадача, ебут меня. Плевать, телесное удовольствие я все равно получу. Не убьет же он меня, в самом деле!
Ебал он меня, сразу скажу, довольно бодро и хорошо. Я не сопротивлялся, но и не выказывал симпатий. Я подмахивал, но обрабатывать внутри член не хотел – слишком много чести такому мужлану. Когда он кончил, Татьяна отпустила мои руки. Я не получил того удовольствия, за которым пришел, но это тоже в какой-то степени неплохо. Чуть ли не голышом мужик вытурил меня на лестницу и выкинул в лицо одежду. Когда я одевался, я слышал, как за дверью шел разговор на повышенных тонах. Я постоял еще какое-то время, искренне сожалея, что такие красавицы, как Таня, делят ложе со столь грубыми мужланами. Впрочем, вкусы… Я, в какой-то степени, тоже… непонятен.
Я решил больше не приставать к этой женщине, по крайней мере пока что. Она, видимо, находилась в каком-то переломном моменте своей жизни. Мы даже больше не разговаривали при наших дальнейших встречах, но продолжали просто здороваться. Я всегда пытался приветствовать ее как можно мягче, всем видом показывая, что не обижен и что не злюсь, и проявлял полную лояльность. Так продолжалось месяца три. За это время я сделал несколько попыток найти партнершу, но я всякий раз невольно сравнивал их с недосягаемой мной Татьяной. Просто… она идеальна. Сверстницы меня абсолютно не интересовали в плане секса, а прочие девушки «в возрасте» просто были далеки от ее форм.
Но у меня даже получилось переспать с одной одинокой дамой, однако не сложилось – она опытным
