взглядом поняла, что я банально сохну по другой. Но она не в обиде – я разбавил ее скудную жизнь, как она призналась, хорошим сексом и легкой романтикой, был с ней вежлив и учтив. Так же сказала, что такие, как я – просто отдушина для девушек, и что молоденьким весьма не повезло, что я не смотрю в их сторону. Высокий комплимент… Она попрощалась со мной, пожелала мне удачи и счастья. Милая женщина.
Татьяна на какое-то время пропала. Довольно надолго – больше двух недель. Я уже было подумал, что она исчезла насовсем, но вдруг…
Время после полудня, я возвращался с рано закончившихся пар. Я услышал женский голос за спиной, меня кто-то звал по имени. Это была Татьяна. Сердце екнуло, когда она обратилась ко мне по имени и целенаправленно приближалась. Она остановила меня на улице, подошла и извинилась за то, что было. Я ничего не понял, мол, с чего это вдруг, но она мне начала объяснять подробности, предложив отойти в сторону с дороги, дабы не мешать прохожим. Она волновалась, и весьма сильно, но не сводила с меня взгляда.
Ее друг жил с ней, но они были не женаты. Он не работал, она все покупала и еще деньги давала. Несмотря на все это, он ее постоянно избивал, но не сильно и без синяков, и она страшно его боялась. Потому постоянно сбегала, в том числе, как я верно сказал, на занятия по скалолазанию и даже восточным танцам – отсюда и формы. Нет худа без добра… Как он узнал, что я к ней постоянно приставал – сама не знает. План был разработан им, в том числе он даже догадался скрыть из виду свои вещи, а Татьяна должна была выполнять: заманить меня и раздеть. Ослушаться она не могла – уж больно его страшилась. А еще она отхватила за то, что увлеклась и попробовала меня. Я про себя возмутился: нефиг было так долго в шкафу сидеть.
Однако теперь, благодаря мне, нашла в себе силы дать отпор. Почему из-за меня? Просто я – единственный, кто так долго добивался от нее хотя бы взгляда. Она ощутила себя кем-то желанной не только как «дырконоска», и потому решилась вырваться из ада. В какой-то день Таня, придя домой с милиционером, дала мужлану выбор: или он уходит из ее жизни и оставит ее в покое, или она накатает на него жестокое обращение, а еще попросит меня дать заявление про изнасилование (что участковому было очень интересно, поскольку это статья уже значительно серьезней).
Она рассудила по моим лояльным приветствиям, что я по ее слову вполне бы мог состряпать подобное, и она была права (а детальки, что она где-то как-то соучастница можно было и опусти-и-и-ть…) Мужик хоть и хороший ебарь, но не для дам, а для шлюх (одной из которых мне пришлось побывать), но с ее слов ничего больше он не умел. Подтверждал ее отношения с ним факт того, что она всегда ходила одна, так что симпатии к мужчине у меня не возникли. Просто большой хер, и все, и то как должно не пользовался. Он выбрал первый вариант и уехал. Уже полмесяца от него ни слуху ни духу. Теперь она свободна, дышит полной грудью и без страха в сердце. Полмесяца она просто отдыхала… от всего и ото всех, но обещала себе первым делом, как соберется с духом и силами – найти меня. Я был рад за нее, чего не постеснялся выказать, и намекнул, что я лучше нее никого не встречал. Татьяна же хотела поблагодарить меня и извиниться лично.
Она сказала, что готова меня пригласить к себе хоть сейчас, и расплатиться за ущерб. Она дала слово, что в квартире она одна. Дела я решил отложить – они не горели – и принял ее приглашение. По дороге поспрашивала меня, откуда у меня тяга к «старым», чем конкретно она меня так впечатлила, и прочее. Я отвечал честно, что тяга к зрелым, но отнюдь не «старым», у меня очень давно, а она привлекла буквально всей своей внешностью, и мне дико интересно узнать ее не только поверхностно. Я ее просто… чуял. Под конец пути она обняла мою руку. Я кожей чувствовал, как билось ее сердце. Взволнованно и часто.
В гостиной она сразу начала раздеваться и не переставала меня уверять, что ее мучитель забыт навсегда. Но слова мне были не нужны – я носом чуял. Вот теперь ее квартира – это ее квартира целиком и полностью. Серьезность намерений она подтвердила тем, что снимала с меня одежду одновременно с собой. Я уточнил, мол, не слишком ли быстро все: сразу обнажения, притирки, нежности, и даже побеседовать ни-ни. Она, стягивая с меня футболку, а с себя лифчик, заявила, что разговоры-диалоги мы успеем, а она мечтает о моем достоинстве с тех пор, как попробовала меня тогда, перед обманом. И с тех же пор жаждет добиться прощения: и за мужлана, и за совою слабость, что не смогла воспротивиться этой мерзости.
Я не успел сказать, что не виню ее, когда она уже подвела меня к дивану и начала попой притираться к моему лобку, уперев ручки в софу. Я был бы не против предварительных ласк, но Тане уж очень не терпелось. Ну и понежиться можно было и позже. Член встал, а я оставил стеснительность, видя ее энергию и решительность. Ну и кроме того… вот они, ягодки моей мечты, передо мной! Как только я обнял ее талию, коснувшись грудью ее спинки, она затихла и как-то даже растерялась. Видимо, отвыкла от ласк и нежностей. Простой механический секс мне интересен столь же, сколь и ровесницы. То есть можно, но нафиг?
Мои руки окружили ее живот и спустились ниже, до киски. Над щелкой остался маленький треугольник волос, но небольшой. Влажность и тепло, передаваемые моим рукам, означали, что Таня возбуждается. Мой палец проник между мягкими губками и чуть прошел внутрь. Она застонала и попросила поцеловать ее. Разумеется, я не отказал. Моя вторая рука мяла шикарную грудь, о которой я мечтал во сне. Не забывал я ласкать и сосочки, что со временем все сильнее набухали и твердели. Одновременно я осторожно двигал тазом, скользя членом под ее уже мокрой киской. Чувствовать на своей головке ее влагу было безумно приятно. Мечты сбываются.
– Войди же в меня… – призвала она. – Быстро, Сашенька, не осторожничай. Я хочу тебя… Сейчас!
Вот что я ждал. Таня, продев руку, раздвинула лепесточки, и мой член провалился в щелочку. Довольно просторно, но бархатно и мягко. Вероятно, ее нежное лоно еще помнило болт гиганта. Я испугался, что мой ствол будет ее едва щекотать, и она не получит удовольствия.
– Пожалуйста, двигайся, что же ты стоишь? – в нетерпении лепетала она.
Я начал аккуратно ходить в ней и шлепать пахом о ее мягкие ягодки, ранее мне недоступные. Оголенные они были еще прекрасней, чем через одежду! Я понял, что сильно ошибся: она отлично меня чувствует в себе, и ее стоны свидетельствуют о том, что мой член, хоть и не такой большой, как у того мужчины, доставляет удовольствие. Это меня поощряло все чаще двигаться в ней. Но до грубости я не опускался – ее тело и так тряслось в моих объятиях. Киска летала ко мне навстречу и принимала меня трепетно и влажно. Но я все еще ходил не полностью. Танюша это поняла и в какой-то момент на мое движение вперед она насадилась на мой стержень полностью. Головка тюкнулась в матку… что заставило нас обоих вздрогнуть и задержаться на секунду.
– Ух! – вырвалось из нее, и она кокетливо улыбнулась. – Да, Сашенька, ты достаточно большой мальчик… Продолжай, прошу.
Попа тряслась волнами, мои яички шлепали по ее бедрам, а ее стоны становились все страстнее. Я наклонился к ней, чуть замедлил темп, и стал водить носом по ее шейке и плечам, вдыхая ее столь чарующий для меня аромат. Она ощущала, как мой кончик бегает по ее коже, с шумом втягивая воздух, и млела от этого. Руками я ласкал животик и сферки, пока она не попросила ускориться, поскольку чувствовала, как дрожит в ней мое достоинство. Я выполнил просьбу, но мне пришлось распрямиться. Таня сказала мне не стесняться и натягивать ее, если я пожелаю. Оу, в этом я не смог себе отказать! Бархатистые стеночки ни на миг не прекращали обволакивать мой стержень.
Я не смог больше сдерживаться – слишком долго я желал этого, слишком долго мечтал, и все равно не мог даже приблизится к тому, как это происходило сейчас. Она попросила излиться внутрь, не боясь ничего. Я кончил, не останавливая движений, и с каждым толчком пускал в ее горячее лоно струйки семени. Сокращения стенок щелочки массировали член и сжимали его, выдавливая все, до последней капли. Она блаженно заговорила:
– Боже, как хорошо! Как ласково! Я не могу вспомнить, когда мне было так здорово…
