это не обратил. Моя ошибка? Может быть...
Между мной и моей спутницей... Даже здесь, в своих абсолютно секретных записках я не буду называть ее имени. Все может быть! Да и вообще записки... Нет! Без них мне не обойтись! Так, между нами вновь завязался оживленный разговор, изредка прерываемый приходом официанта-японца. Она вновь выразила сомнение в приходе "его" на свидание со мной. Я успокоил ее, сказав, что помимо уже известных ей компроментирующих "его" материалов я успел добыть еще новые, касающиеся уголовных дел "этого типа". Высказав опасения о возможности какой-либо западни под видом свидания, она спросила имя "этого типа". Я сказал, но тот час вспомнил свое недавнее сомнение, и новь твердо спросил ее, знает ли она "его". И вновь она стала отрицать. И я верил и не верил ей. И от своего же бессилия разгадать ее, зверел. Когда она сказала, что нашу связь можно если не разорвать, то "разрезать", я не выдержал и, совсем не помня себя и не понимая ее слов, залепил ей пощечину и обругал ее. А через пол минуты я был, как обычно, вознагражден страстным поцелуем. В это время началось ревю и мы, посасывая через соломинку коктейль, принялись наблюдать за сценой.
В этом месте Хаяси прервал чтение письма и взглянул на машинистку.
- Амина, подайте мне папку "Серия Е", "24-В".
Через минуту секретарь вернулась из соседней комнаты и передала шефу синюю папку с указанным грифом.
- В этом седьмом письме произведите некоторую замену.
- Слушаю.
Запись этой беседы в письме замените записью этой же беседы Мацурами. Она, вне всякого сомнения, и полнее и точнее, подлинник оставим, разумеется без изменения, а копия мне нужна поточнее и пояснее.
- Слушаю.
- Сейчас я вам их передам... Вот только еще раз просмотрю сам.
Хаяси открыл нужную папку, нашел нужную страницу из донесения агента и принялся читать.
Записки Мацурами.
Ришар Что-то тихо говорит Вамп. Вамп передает заказ Химота. Он уходит.
В. - Ты думаешь, что он придет?
Р. - Безусловно! Ну, кто же откажется от такой кучи денег?
В. - А если это ловушка и там заплатят больше?
Р. - Не волнуйся дорогая. У меня есть еще один козырь.
В. - Какой?
Р. - Небольшое ограбление и парочка-другая убийств, произведенных этим типом. Его ищет вся полиция Японии.
В. - У тебя есть данные?
Р. - Самые полные и со всеми подробностями. За эти бумажки он будет наш со всеми своими потрохами (хлопает себя по карману). - Ну, а если я почувствую ловушку... (он сжал пальцы в кулаки)
В. - Успокойся, милый. Я думаю, что все будет хорошо. А как тебе удалось добыть эти сведения? Это было очень трудно?
Р. - Да,.. пришлось поработать. Ну, и помогли. Не даром же наши люди киснут в этой дыре десятки лет!
В. - Однако, ваша контора на высоте... А как зовут этого типа?
Р. - Касамура. Но я имею сведения, что его зовут... Хаяси ( Р. наклоняется к лицу В. ) - Ты его знаешь?(В. молчит и наклоняет голову) - Ну?(Р. хватает ее за плечи)
В. - Ты мне делаешь больно.
Р. - Ладно, потом поговорим... (Он отпустил ее, а потом вдруг ударил кулаком по столу) - Ты мне ответишь на мой вопрос или нет? Дрянь! Учти, тебе прийдется с ним разговаривать и если ты что-нибудь схитришь... Это тебе не Марсель!
В. - Я не знаю того, о ком ты говоришь... А если ты мне не доверяешь, то зачем втянул в это дело? Зачем ты меня таскаешь с собой? И разве я плохо на тебя работаю? Ты обращаешься со мной как с проституткой, а утверждаешь, что любишь меня. Ты холодное и расчетливое животное, а я из-за тебя между двух огней. Немцы мне не простят измены, а ты заставляешь меня идти навстречу всяким опасностям. А теперь японцы... Только их мне не хватало. Ты взвалил на меня непосильную ношу.
Р. - Ничего. Вы женщины, выносливые... кобылы.
В. - Послушай...
Р. - Ладно, не будем ссориться. Ведь мы нужны друг другу и черт связал нас крепкой веревочкой. Ее трудно разорвать...
В. - Зато ее можно разрезать... (Р. вновь ударил кулаком по столу).
Р. - Ты знаешь, что в любую минуту можешь умереть?
В. - Ну и что? Я этого боюсь меньше всего. Этим меня не запугаешь! Ты уже пытался раз это сделать. (Она смеется ему в лицо).
Р. - Дрянь! (Р. сильно ударил ее по лицу). - Гадина! Эти твои штучки не доведут до добра! (Он опять схватил стул и сел). - Ладно, здесь не место. Мы еще с тобой поговорим! (В. улыбнулась, пододвинулась к Р., подставила ему другую щеку, но сразу обхватила его шею и впилась в его губы поцелуем. Через минуту Р. отталкивает ее). - Сумашедшая, нашла место! Нет, ты определенно взбесилась! (Р. Погладил ее по груди). - Ты определенно играешь с огнем! Но знай... (Дальше не слышно, играет музыка).
* * *
Хаяси изъял из папки эту просмотренную им только что запись и положил ее на прочитанные листки письма.
- Да, так. - сказал он. - В копии замените беседу этой записью. Она точна, а именно это мне и понадобится. Дальше. По возможности замените и сохраните стиль записок Ришара. Выкиньте букву "Р", то есть Ришар, а Вамп замените подлинным ее именем... Впрочем, нет! Оно известно только мне. Хот я... Теперь возможно... Нет, оставьте стиль Жерара Ришара - "она".
- Слушаю, - сказала машинистка.
- Хорошо, посмотрим дальше.
Хаяси вновь углубился в чтение записок Анри Ландаля.
* * *
Песня скелета.
...В это время началось ревю и мы, посасывая через соломинки коктейль, принялись наблюдать за сценой.
- Смотри - воскликнула она.
Занавес маленькой эстрады раздвинулся. На сцене, декорировенной под джунгли, играл небольшой негритянский оркестр. Негры старались изо всех сил извлечь из своих инструментов самые громкие и пронзительные звуки. Они были совершенно голые, не считая колец браслетов, разных побрякушек на руках, ногах и узкой, свободно свисавшей повязки на бедрах, которая при малейшем движении действительно открывала их огромные половые члены. Публика восторженно захлопала, засвистала. Послышался женский свист и визг. Оркестранты все убыстряли темп и вот на эстраду вырвались три молоденькие негритянки, потом девочки, совершенно голые, и закружились в бешенном танце. Публика неистовала. От свиста, криков, хлопков, казалось, обрушится потолок. А гибкие фигурки танцовщиц мелькали на сцене, выбивая босыми ногами бешенную чечетку. И вдруг оркестр смолк. Свет потух и только два мощных прожектора образовали на сцене сверкающий круг. Негритянок уже не было. Мысли моей спутницы, между тем, приняли весьма чувствительный оттенок и она, вплотную подвинувшись ко мне и незаметно поглаживая под столом мой половой орган, принялась рассказывать о связях своих подруг и знакомых из общества с неграми и даже высказывала совершенно откровенно свое желание удовлетворить похоть с одним из них, да еще в моем присутствии! Кое-что в ее болтовне было интересно и волнующе, но ее мысль о любви втроем, да еще с негром, мне совершенно не импонировала. Она была возбуждена, нервно мяла под столом мой полунапряженный член и готова была отдаться мне тут же и в любой позе. Однако к этому я не был расположен...
* * *
Хаяси вновь прервал чтение письма, порылся в папке с донесениями агента Мацурами и, вынув несколько листков, принялся их просматривать.
* * *
Записки Мацурами.
В. - Знаешь у них половые органы очень велики...
Р. - Откуда ты знаешь?
В. - Моя подруга рассказывала... Да вот сам погляди! Второй справа. Видишь? Какой изогнутый, длинный... А когда встанет... А? Представляешь? Этих негров можно иметь за деньги. После окончания ревю женщины берут их нарасхват. А вот, попозже, ночью, когда здесь останется изысканная публика будут специально продавать билеты на их коронный номер.
Р. - Что за номер?
В. - О, это потрясающе! Они будут исполнять танец живота. Шесть мужчин и три женщины. А потом они совокупляются прямо на сцене. Но так как женщин вдвое меньше чем мужчин, то негры дерутся за обладание ими и дерутся самым настоящим образом, до крови, до увечий, до полной потери возможности сопротивляться победителям. О, ты бы видел!...
Р. - Интересно...
В. - Подружка рассказывала, что она под негром два, а то и три раза кончила... А с мужем никогда не было больше одного раза...
Р. - Не понимаю...
В. - Погоди! А Мэри... Помнишь, та что я тебя с ней знакомила позавчера?
Р. - Маленькая, Элегантная такая?
В. - Да, да! Так вот, она с мужем взяли после
