Строго от 18!
ПОПРОБУЙ МА - МА, ПОРОБУЙ ДЖАГА-ДЖАГА
Не скажу, что срочная служба в задрипаном стройбате была такой уж тяжелой, голодной и грустной, но домой я вернулся худым и задумчивым. Мне страстно хотелось женской любви.
Казалось бы, по праву демобилизовавшегося молодого парня, бери девушек - не хочу, но я все как-то стеснялся. И у меня их уводили, что называется, из - под носа. Это только род войск у меня был люмпенским.
Сам-то я считался парнишкой «аристократическим» - мои родители были журналистами. Погибли они. Унесло их на льдине в океан…
А в стройбат я попал по недоразумению. Да и тяжелой работой там не занимался. Так, бумажки перекладывал. Ну, это отдельная история.
Так вот, сексуальное желание росло… и, ох, с какой сладостью я дрочил в укромных уголках, насмотревшись голых, стройных ножек.
Однако такие разрядки давали лишь временное облегчение, общая же половая жажда только нарастала.
Стыдно сказать, я оставался девственником.
Выход сексуальной энергии я пытался находить в творчестве: сочинял песни и пел их под гитару, стараясь тем самым привлечь внимание прекрасной половины человечества.
Ну, девушки они ведь существа тонкие, чувствующие, интуичащие.
Вот и интуичили они безошибочно мою вечную нерешительность, и относились ко мне скорее, как к подружке, нежели как к потенциальному кавалеру.
А я лишь глуповато улыбался. А что еще?..
Помню, приехала ко мне в гости двоюродная сестра со своей сокурсницей Наташкой. Так вот, вообразите, этой Наташке понравилось мое пение. И, восхищенная, ночью она сама подлегла ко мне в постель.
А мне и хочется ее очень, и волнуюсь я страшно, аж зубы стучат: а вдруг ничего не получится?!
И членик мой от страха сжался, в тело втянулся. Наташка по нему рукой провела, все поняла, вздохнула и сошла с моей постели.
Как же мне было стыдно, обидно, досадно. Даже страшно. Что дальше-то будет?
Утром мои гостьи уехали. И я все онанировал и онанировал, представляя, как доказываю Наташке свою состоятельность и, лишь облегчившись, становился спокойным и равнодушным.
В ту пору как раз начали появляться видеомагнитофоны и вожделенная порнуха. Не помню уж, каким чудом, я купил такой магнитофон, и первая же порнокассета буквально ошеломила меня. Ах, какие хуи были у тех мужиков!
Мой и близко с ними не стоял. И я снова сладостно дрочил, осознавая свое ничтожество, и страдая от того, что порнуха, возможно, вредна (тогда ходили такие слухи), и я стану навсегда и окончательно импотентом.
И тут тоже, как и вначале, порно давало лишь временное успокоение, но моей страсти обладать женщиной, не удовлетворяло.
Я блуждал по улицам города, как чумной, жадно разглядывал девушек, в мечтах ласкал их. Но в реальности не смел. И чуть не плакал.
Мои друзья- сверстники все, как один, имели девушек. Друг перед другом бахвалились своими половыми победами. Мне оставалось лишь завидовать.
А потом я устроился в кукольный театр сценаристом. И мне дали целую комнату в семейном общежитии. То есть как бы угол в отдельной секции. В этой «квартире» всего было две комнаты и ванная. Так вот маленькую теперь занимал я, а большую – Игорь, парень лет тридцати пяти, служащий по почтовому ведомству.
Надо сказать, это был тип еще тот! Худощавый, рослый, с большими ручищами, раскосый и вспыльчивый. Почти каждый вечер он притаскивал в общагу новую девицу. Одну страшнее другой (и где он их только находил?!). И драл их ночами напролет, под их вой и стоны.
При этом тайком, а иногда и не таясь, записывал половые утехи на магнитофон и по выходным еще и в одиночестве, при высокой громкости, прослушивал эти кассеты, видимо, наслаждаясь пережитым триумфом.
Частенько, по ночам, когда он вел свою очередную запись, на цыпочках я пробирался к двери его комнаты и, жадно прилипая ухом к его двери, опять-таки онанировал, страшась себя выдать.
Я слышал, как в трахе Игорь оскорбляет своих партнерш, и, словно пришпоривая, шлепал их. И покрываясь гусиной кожей страсти, завидовал удачливому соседу.
Надо сказать, что наши отношения с Игорем как-то сразу не заладились. Он взял верх над нашей территорией и мало считался со мной и моими проблемами. К примеру, ванну все время драил я, поскольку люблю чистоту.
Он же запросто мог не слить в той же ванной воду (не говоря уж о том, чтоб помыть ее после себя). Да и многочисленные его подружки тоже не удосуживались убирать за собой. А ведь все эти моющие - чистящие тоже висели на моем бюджете…
Ох уж эти подружки. Выскакивали из его комнаты, порой без бюстгальтеров, а то и вообще голяком, чего-то носились по коридору, иногда я даже сталкивался с ними. Забывали в общих местах предметы нижнего белья.
До открытых конфликтов у нас с соседом не доходило. Но взаимная неприязнь нарастала.
И была у нас в театре курьер - Леночка. Где-то моя ровесница. Такая чернявая, восточного типа красавица. Так вот я сразу же запал на нее. Более того, мне казалось, что я тоже не безразличен ей, ведь в ее День рождения я преподнес ей отдельный букет, и она его приняла и, трепетно прищурившись, жадно вдохнула маслянистый аромат тех белых роз.
Я решил пригласить ее в кино. Но в тот день не посмел. Отложил на следующий. Всю ночь не спал. Был настроен решительно, до утра репетируя свое приглашение…
Однако на следующий день, так и не отважился, словно смерти страшась отказа.
Лена была скромна и начитана, и я был просто уверен, что ей понравятся мои песни.
Ничего, успокаивал я себя, еще не вечер. Приглашу в следующий раз. И с особым старанием стирал свое белье, стремясь перед Еленой выглядеть привлекательным, аккуратным и чистым.
Машинки у нас в секции не было. Стирали мы вручную, прямо в ванной.
И вот, помню, отчаянно поласкаю я рубашку, дрожа всем телом от холодной воды. И вдруг чьи-то большие, горячие руки хватают меня за ягодицы. Как-то так случилось, что я был без трусов, а дверь в ванную комнату осталась распахнутой.
Не поверите, от неожиданности я запрыгнул в ванну. Но вода была столь ледяной, что буквально ожгла мои ноги. Взвизгнув, я выскочил назад, и, оттолкнув Игоря, метнулся в свою комнату. Под гогот моего соседа.
- Тапки забери из коридора!- Крикнул он мне через дверь.- Раскидал, я не должен тут об них спотыкаться.
Я лежал, натянув одеяло под самый нос, дрожал и прислушивался.
Сосед запустил свой магнитофон, и стоны страсти снова наполнили нашу секцию.
И в следующую неделю Ленку я не решился пригласить в кино. А в выходные как-то так случилось, что я снова стирал белье голый.
Я низко наклонялся над ванной, высоко выпятив свою попу. И понимание себя голого было необычайно сладкО мне.
Иногда, вогнув поясницу, я даже поводил ягодицами, как бы медленно-медленно описывая ими круг, то по часовой стрелке, то против, при этом сердце мое зашкаливало, ведь сосед был дома. Он мог меня запасти. Я страшно боялся этого, и… страшно этого хотел!
- Э, да ты я гляжу, пидорок, - как-то словно с пониманием сказал Игорь, поймал и сжал мои ягодицы.- То-то я гляжу - у тебя девчонок нет. Ну, пойдем ко мне, я тебя полечу. Руки только вытри.
Буквально колотясь от волнения, я едва вытер руки и поплелся за ним. Хотя возбуждение мое прошло.
У себя в комнате на широкой постели он скидал подушки к головной спинке, разделся догола и, полусидя, развалился на подушках. Его хуй жестко стоял. Был он длинным с чуть набок свернутой головкой.
Такой до гланд достанет, невольно позавидовал я. Стало понятно, почему так орут его партнерши.
- Давай, соси.- Как-то очень настойчиво велел мне Игорь.
Не понимая, что происходит, я встал перед голым соседом раком. Лицом к нему. Поймал его член и стал лизать.
- О, так! - Доволный крякнул он,- та-ак. Только зубками осторожней.
Я лизнул ему под залупой, зная, что там самое сладкое место, за тем впустил головку в рот, сам при этом стремясь прогнуться, как можно глубже, как можно шире разведя ноги и медленно поводя попкой, словно стараясь поймать ею невидимую муху.
Я не знаю теперь, откуда у меня тогда взялось это умение. Ну, было именно так.
Игорь кончил быстро и бурно. Я даже не успел толком сосредоточиться на своих ощущениях.
- Иди в ванную, сделай себе клизму и приходи ко мне.- Велел он.
- А что?
- Я скоро буду снова готов. Мне захочется ебаться.
Клизма у нас действительно была. Осталась от прежних жильцов. Однако, чтобы ввести,
