действия» будут успешными. Да еще и с двумя «малолетними». Сейчас бы кто мне это предложил, в такой же безысходной ситуации, как тогда у Андрея, я бы, наверное, повесился!
Парень, правда, крепкий попался! В темноте мне его лицо видно не было, но догадываюсь сейчас, как оно у него скривилось! Ничего он возразить не смог – наши ценности самые ценные ценности в мире! Молчал долго. Чего-то мыкал, пришлось еще по сигарете выкурить. Я понять не могу, какие технические детали его не устраивают. Все как по маслу пройти должно – основание железное, средства есть, чего ему не нравится? Ну, возразить он не сумел, но выход нашел: «А чего, завтра-то? Давай потом. А завтра давай лучше мой велик в полевых условиях испытаем». Воспоминание о велике и косвенное упоминание о совместных испытаниях (т.е. и мне, может быть, дадут даже немного проехать на чуде велосипедной мысли) моментально сбросили девчонок с их секретами, даже не на второй план, а в самый дальний чулан.
Длинное что-то предисловие получилось. Наверное, тянешь за ниточку воспоминаний, а она хоть и тонкая, но весь клубок за собой и вытягивает. И еще, говорят у графоманов с мотивацией героев туго. Так вот поэтому и хочется, чтобы в графоманы не записали, или формулировку более мягкую применили, мол, длинновато пишет. Мне кажется, автору такую рецензию приятней слышать, чем другие обвинения. Все же постараюсь покороче писать, наступлю на горло нимфе! Хотя это и мемуары!
Проснулись мы, и я Андрея умываться повел. У меня так называлось утреннее двойное форсирование водного препятствия – широкой 300-метровой реки Оки. Кстати, плавал я так с 10 лет, а родители об этом только лет через 15 узнали. Андрей не подвел! И туда и обратно вместе сплавали и на завтрак пошли. По мере завтрака определились с маршрутом испытаний. Собственно маршрута было 4: в соседний колхоз – 1,5 км по опушке леса и хорошей дороге, по грибной дороге – 3,0 км лесом, в совхоз – 5,0 км по хреновым буеракам, и на хутор – 2,0 км и лесом, и полем по песку, и по накатанной дороге. Разумеется, был выбран последний вариант.
Бабушка, как узнала об испытаниях, насильно всучила нам бутерброды и по ватрушке. А я, как солидный путешественник, солдатскую флягу с водой взял. Оделись мы, как в анекдоте, «ху@во» и поехали. Первый же километр до турбазы показал – не может даже суперспортвелик с одной человекосилой равняться со стальным конем с одной механической лошадью! Считай, на том испытания и закончились, итог был ясен – мопед рулит! Оставались мелочи, собственно «навороты» - переключение скоростей, работа тормозов и т.д. Ну, в общем, я уже и не очень на этом чуде кататься хотел. Андрей расстроился донельзя – старый «трактор» на все сто уделал его хромированный «спорт».
Я, надо правду сказать, нос задирал только до первого круга, которые нарезал вокруг Андрея, пока он пытался повысить резвость его «коня» (клячи, не более). А как увидел, что он расстроен, так и перестал насмехаться. Про жалость не помню, скорее не хотел врага нового заводить, их и так выше крыши было. Начал я причины его поражения придумывать: «Эти дороги проселочные, для спорта не правильные. Вот на шоссе мопед на равных бы шел. Велосипедист устает быстро, а мотору-то чего. Но если перегреется мотор, то клину даст и все. А в велосипеде чему ломаться-то». Последнее не в тему вышло – Андреев велик примитивом назвал, но ни он, ни я этого не заметили. Я дальше пою: «Так и весу на 25 кг больше у мопеда. И бензин надо, и ремонт». И про вес я от балды сказал, не носил я мопед свой, да и ремонтировал его, когда хотел.
В общем, вроде Андрей перестал грустить и попросил прокатиться на моем коне. Мы поменялись и дальше поехали. Ну, ему-то хорошо – мотор везет, а мне педали крутить. Так еще и седло высоко стоит (Андрей ростом 180 был, а во мне может 150 «с кепкой и на коньках»). Яйцами по раме ерзаю, из последних сил напрягаюсь. Андрей укатил вперед и уже по лесу едет. Вдруг слышу, мотор заглох – «Что такое?» - думаю – «Бензина почти бак, что случилось?». Ну, еще быстрее стал педали крутить. Наконец до леса добрался. Вот тут-то мне вся картина и открылась! Лужа неу@бенная, рядом на тропинке грязный с ног до головы Андрей и мой мопед со свернутым рулем. Как пишут в протоколах: «водитель не справился с управлением транспортного средства»!
Слетел Андрей с тропинки, которая от дороги в лес поворачивала. А он притормозить не смог и влетел прямо в лужу от трактора. Дальше все понятно – полет нормальный! Кроме грязи он себе колено разодрал до крови, ну штаны там же порваны. А у мопеда руль свернуло и бензобак на бок смотрит. Андрей болячку подорожником залепил, а я из глушака воду вылил, руль и бензобак на место поставил, и запустить попробовал. Завелся мопед, но Андрей хромает. Идти может, а ехать нет – нога болит и кровь идет. Грязный весь. Ну, я и придумал до хутора дойти. Там речка Осетр, вроде Сетуни московской, мимо протекала, а у ближней излучины пляж и турбаза были. «Пойдем» - говорю – «Обмоемся и йод попросим. Тут недалеко, метров 500 осталось. Домой-то 1,5 км, да еще по деревне идти».
Андрей согласился, да и то подумать, взрослый парень с прогулки побитый и грязный вернется, что за авторитет у него после будет? Прошли мы хутор и на взгорок ковыляем. За взгорком излучину уже видно. Красивый вид был, только так я его никогда и не сфотографировал. Слева на лесном косогоре домики турбазы видны, справа лес почти до нашего холма доходит, спереди речная петля от нас двумя рукавами отходит. Правого почти и не видно за лесом, а левый точно вперед от нас уходит, километра на два видно. А в рамке этой поля до горизонта. А там из дальнего леса колокольню видно.
Ну, это нам все равно тогда было, а вот в самой левой излучине пляж среди травы и валунов мареновых. А на пляже человек 20 загорают, и цветные купальники видны! Уперся Андрей: «Давай сначала помоемся. А то некрасиво так идти». Я ругаться начал, из его содранной коленки кровь течет и подорожник ее не останавливает, а он мыться собрался! Не понимал я тогда, что он как раз в тот возраст вошел, когда самец должен быть лучшим во всем и рваным или грязным быть не может – тогда он не самец!
Ну и пришлось нам лесной тропой к берегу спускаться. Там какой-то сход к воде был. Залезли мы туда и его шмотки грязные минут десять полоскали. Рожу свою и руки грязные он тоже отмыл, я ему зеркалом был: «Левее, правее. Ниже на щеке…», ну и так далее. Помылись, а тряпки мокрые! Решил Андрей в одних плавках да мокрых кедах идти. Так мы и пришли к пляжу и не по дороге, а кустами прибрежными. Хромой полуголый парень с великом и чернявый пацан с мопедом. В таком виде очередное развлечение для туристов с базы из кустов и вылезло.
Поздоровались мы, да больше ничего и не успели. Ни сказать, ни рассмотреть. Как чертик из середины отдыхающих выскочило нечто. На ногах ровных да загорелых, с плоским животом, а между животом и ногами треугольник маленький ярко-зеленый с белыми шнурками, выше два таких же, но еще меньших треугольника, на чем-то большом из стороны в сторону подпрыгивают, а сверху лицо и черные волосы до плеч! Так я впервые бикини увидел на теле, а главное, как потом узнал, на сиськах 4-5 размера. Хозяйка их шутила потом, что размер уже не имеет значения, если он больше четвертого.
«Ой!» - кричит эта чернявая – «У Вас кровь! Скорее, надо вас срочно перевязать!». Умная, блин, а то мы не за этим пришли! Я в начале на лицо ее поглядел, но как она ближе подошла, так только на грудь ее и смотрел! Грудь была вся голая, за исключением нижней части, условно прикрытой треугольниками купального лифчика. Я потом прикинул, высота треугольника была едва больше пачки сигарет «Столичные». Отвлекся опять, пардон! «Давайте я Вам помогу!» - говорит эта девушка и Андрея за руку берет – «А, Вы, мальчик, велосипед подержите. Нет, у Вас тоже кровь! Положите велосипед и свой тоже и идите за нами!». Оттарахтела она это как пулемет и «раненного» Андрея к домикам потащила. А он и не сопротивлялся, оторопел от вида ее и напора.
А к домикам по лестнице идти надо было – вся турбаза как горный аул между деревьями на косогоре стояла. Спереди у домиков сваи по метру, а сзади почти по окна в земле. Вот такой наклон почвы! Два парня поднялись – «Кать, мы поможем!». А девушка с Андреем,
