жизни у Анны Владимировны мне было легко произносить это слово, оно почти само слетало с языка. Брюнетка удовлетворённо кивнула:
-Вижу, Анна тебя хорошо дрессировала. Я продолжу её работу.
Я промолчала. Анна приучила меня гово¬рить лишь тогда, когда меня спрашивают. Плеть и дог очень по-могли ей в этом. И снова брюнетка кив¬нула самой себе:
-Очень хорошо. А знаешь, зачем ты мне понадобилась?
На этот раз брюнетка меня спрашивала:
-Нет, госпожа.
-Я очень люблю таких молоденьких девочек, как ты. Но, конечно, только ради тебя я на это не пошла бы. Я видела, как ты отдавалась собаке. А есть много людей, которые любят посмотреть на извращения. Ты видела стриптиз?
-Да, госпожа.
-Госпожа Милена.
-Да, госпожа Милена, - послушно повторила я.
-Но если стриптиз – разрешённое извращение, - продолжила госпожа Милена, - то случка женщины с со-бакой – запрещённое. А многие люди готовы выложить большие деньги, чтобы посмотреть на это вживую. Анна была собственницей и ни за что не согласилась бы ни использовать тебя, ни продать. А это же громадные день¬ги! Ну очень огромные. Конечно, придётся платить за помещение, риск, но всё равно, мы в накладе не останем¬ся, Кукла!
Госпожа подмигнула мне в зеркало.
-Мы натренируем собак и будем путешествовать понемногу. Несколько дней в одном городе, несколько в другом. Как тебе перспектива, Кукла?
Хоть госпожа и спрашивала меня, вопрос явно был из разряда риторических. Моё мнение явно госпожу Ми¬лену не интересовало. От открывавшихся перспектив госпожа даже начала напевать. Голос у неё оказался красивый и слух был.
Я незаметно вздохнула. Покойная Анна Владимировна запрещала проявлять эмоции. «Рабыням это не по¬ложено!» - говорила она, обрабатывая плёткой мою попку. Да ещё док рычал, клацал зубами у лица, а то хва¬тал за шею и тряс. Сначала надо мной поиздевались девки, потом эта Анна с со своим кобелем. Мало мне ока¬залось дога, так попалась бизнес-вумен, планирует устроить передвижное шоу со мной в главной роли. Но са¬мое страшное: я не видела возможности вырваться из этого круга. Ладно, решила я, буду ждать и надеяться на лучшее.
Тем временем машина мчалась в ночь. Я, убаюканная дорогой, заснула. И проснулась лишь от толка.
-Вылезай, соня! – весело сказала госпожа, тяня меня за цепь.
Машина стояла во дворе не то фермы, не то ещё чего-то, ферму напоминающего. Госпожа Милена закры¬ла машину и повела меня к тёмному дому. Мы поднялись на второй этаж. Хозяйка зажгла свет. Я увидела боль¬шую кровать занимавшую почти всё комнату, потом по привычке опустилась на колени и посмотрела на новую хозяйку. Та одобрительно улыб¬нулась, села на кровать и провела по волосам, по плечу, по груди рукой:
-Я же говорила, что очень люблю таких девочек. Но сначала… - Госпожа Милена обернула цепь вокруг нож¬ки кровати и защёлкнула замочек. – Ты можешь поддаться порыву и попытаться сбежать, Куколка. А у меня на тебя большие планы.
Ключ от замка она положила на тумбочку, куда мне при всём желании было не до¬тя¬нуться. Потом встала передо мной и сказала:
-Начинай, Кукла.
Я встала с колен и поцеловала госпожу в губы, мой язычок проник в её рот, переплёлся с её язычком, на-чал исследовать все места. Тем временем мои руки стали мять её большие, третьего размера сиськи, сжимать и теребить соски. Анна Владимировна была пассивной и я на ней очень натренировалась доставлять удовольст¬вие женщине. Теперь я применила свои знания к новой хозяйке, которая, кажись, тоже активничать в постели не любит. Помнится, на том вечере, я её тоже трахала.
Куснув несколько раз нижнюю губку госпожи, я, накло¬нив её голову, лизнула ушко и стала лизать, це¬ло-вать и покусывать шейку. Ручки тем временем расстегнули на хозяйке блузку, стащили чашечки лифчика и уже вовсю игрались с грудями. Освободив Милену от блузки и лифчика, я губами и язычком проложила путь от шей¬ки к сиськам. И надолго к ним присосалась. Я то лизала каждый сосок по отдельности, то сводила их вместе, то пощипывала, то кусала. Хозяйка изнемогала под моими ласками, она сначала села на кровать, а потом легла. Когда я села на неё верхом, и впилась в губы поцелуем, Милену сотряс сильный оргазм. Она открыла помутнев¬шие от страсти глаза и сказала:
-Ты просто чудо, Куколка!
Я молча с этим согласилась и продолжила.
Чмокнув ещё раз сосочки, я стала поцелуйчиками и язычком прокладывать дорожку вниз по животу. Как меня научила Анна, я чуть прищемляла зубками кожу и слегка оттягивала. Она мне показала это, подарив неза¬бы¬ваемые ощущения. Судя по воплям и крикам, это производило на госпожу такое же впечатление. Тщательно облизав её пупок, я двинулась к бутону страсти.
Все волосы с лобка были удалены, открыв розовые лепестки. Я с наслаждением облизала их, тщательно собрав языком весь нектар. И принялась работать языком, добираясь до самой укрытой складочки. Пальцами же я то натирала её клиторок, то щипала, то защемляла. И опять новые оргазмы обрушились на госпожу Миле-ну. Я же продолжила, сунув разом три пальца в её пещерку, а зубками прикусив клитор. Хозяйка аж захлебну-лась криком, похоже её пронзил подобно молнии оргазм. Одной рукой продолжая трахать госпожу в вагину, другой я стала натирать анус, а потом резко ввела в попу палец. Теперь я стала трахать пальчиками в обе ды-рочки. Ещё немного – и Милена бурно кончила. Такого оргазма я ещё не видела. Её тело выгнулось дугой и начала биться в конвульсиях, Милена визжала, словно её били током. Затихнув, наконец, она подтянула меня к себе, поцеловала и… уснула.
-А как же я?! – я только и смогла сказать.
Слабенький оргазмик от мастурбации помог лишь немного снять напряжение. Спать пришлось неудовле¬тво¬рённой и злой.
4. Свет рампы
Утром я вылизала госпожу Милену, доведя её до оргазма.
-Ты просто сокровище, Куколка! – хозяйка потрепала меня по волосам. – Это просто чудо, что я тебя встре-тила! - И вдруг схватив за волосы подняла мою голову вверх и посмотрела мне в глаза. – Злишься, что вчера ос¬талось неудовлетворённой? Отвечай!
-Да, госпожа Милена, - призналась я.
-А это я специально, - усмехнулась хозяйка. – Отныне, если хочешь удовлетвориться как следует, ты долж¬на отдаться собаке. Чтобы лучше собачек обучала. Мастурбировать я тебе запрещаю. Если я увижу, пороть буду до крови. Тебе ясно, сука?
-Да, госпожа Милена! – сквозь слёзы ответила я.
-Отлично! – Она замкнула мне за спиной руки наручниками, потом взяла за цепь и повела, объясняя, кто я такая: - Ты не человек, Куколка, ты животное, созданное служения людям и для удовлетворяя сексуальных по¬требностей людей и животных. В этом твоя истинное предназначение. Повтори, сучка!
-Я животное, - послушно повторила я, - предназначенное для услужения людям и удовлетворения сексу-альных потребностей людей и животных.
-Хорошо, Кукла.
Мы вошли в большое пустое помещение. У дальней стены стояло штук восемь больших вольеров. Подве-дя меня к крайнему, хозяйка открыла дверь втолкнула меня внутрь и закрыла дверь на замок. И лишь потом че¬рез сетку сняла наручники.
-Никуда не уходи, сучка, - пошутила хозяйка. – Я скоро вернусь.
И ушла, вихляя задницей. Вздохнув, я огляделась. В одном углу лежало старое одеяло, в другом стояли кормушка с собачьим кормом и поилка с водой. Пришлось опускаться на карачки и есть и пить в таком положе-нии. Так же на четвереньках я добралась до своей подстилки и села, обняв колени.
-Просто отлично, Кукла! – прозвучал вдруг голос госпожи. Я увидела её за сеткой с камерой в руках. – А теперь вставай на четвереньки и кидайся на сетку, гавкая и рыча. Давай сучка, исполняй!
Я выполнила и этот приказ. Засняв это на камеру, госпожа ушла по-настоящему. Я слышала, как завелась машина, а потом уехала. Растянувшись на подстилке, я незаметно задремала. Разбудил меня лай собаки. Гос-пожа всё-таки привезла пса! Мне самой стало стыдно, как я обрадовалась этому. Но трахаться хотелось жутко. Показалась госпожа с собакой на поводке. Это был большой доберман, мне он как-то сразу понравился. И я ему. Когда госпожа Милена с доберманом подошли к моей вольере, пёс посмотрел на меня и улыбнулся. Да-да, именно улыбнулся, а не оскалился!
-Познакомься, Кукла, - сказала хозяйка, - твой партнёр Джек. Пёс молодой, всего год и три месяца. Так что обучится легко.
-Я просунула руку и погладила добермана,
