и Айныня побежала открывать. Я неторопливо пошёл следом за ней.
- Здравствуйте, Юрочка! - Здравствуйте, Ирма Карловна! - Ну, привет, друг семьи! - радушно улыбнулся отец. - Здравствуйте, Вилис Янович! - улыбнулся я в ответ. - Ужин готов! - непринуждённо сказала девочка. - Опять готовая пицца из супермаркета? - недоверчиво спросил отец. - Па-а-ап, да ты что-о-о! - обиделась Айна, - вас с мамой ждёт целый пир. Отец, подозрительно взглянув на дочь, прошёл на кухню. - О, боже! - раздалось из кухни, - Юр, она тебе хоть немного помогла? - Конечно, Вилис Янович, даже очень помогла, - ответил я поспешно. - Тогда мойте руки и оба марш к столу! - сказала Ирма Карловна. - Ой! - сказал я, поражённый вдруг внезапной мыслью, - извините, я не могу, мне надо срочно домой... мама просила помочь. - Очень жаль, что Вы не составите нам компанию, - расстроенно сказала мама Айны. Ещё раз извинившись, я направился к выходу. Айна пошла следом, чтобы проводить меня. - Милый! - сказала она мне, целуя меня у калитки, - ты забыл свои трусики у меня в комнате, а на тебе сейчас мои, с прокладкой. - Чч-ёрт! - прошипел я.
- Да не волнуйся так! Оставь их себе, а я себе оставлю твои, - успокоила меня Айныня. Я побрёл домой, ожидая порядочный нагоняй от матери - ведь, уходя ночью, я даже не оставил ей записку... Придя домой, я увидел маму, сидящую на кухне и пьющую кофе. - Привет, мам, - робко проблеял я. Мать не ответила. Я прошёл на кухню и сел рядом, виновато опустив голову. - Записку, конечно, оставить было трудно, - тихо сказала мне мама. - Прости, я... забыл, - не глядя матери в глаза, буркнул я. - Ты, конечно, забыл, а я, придя с дежурства, ни на минутку не прилегла ещё после бессонной ночи, - продолжала мать, - а уже, между прочим, семь часов. Пятую чашку кофе дую уже, тебя жду. - Ну я вправду забыл! - твердил я. - Слушай, а ведь Айна - твоя девушка, а не просто подруга? - неожиданно переменила мать тему разговора. - Ну, не знаю... - промямлил я. - Да ладно, Юрк, у просто подруг не ночуют! - устало сказала мама.
Я вытаращил глаза. - Не надо корчить из себя невинного младенца, - продолжала мать, - ты не ночевал дома, потому что твоя кровать была застелена уже в восемь утра. А ушёл ты с Айной, потому что в твоей комнате я нашла забытую ей расчёску... Так вот, - голос матери стал очень строгим, - я хочу знать, как далеко у вас всё зашло? - Что зашло? - включил я дурака. - Наверное, тебе нравится делать из матери идиотку, но... учти, что аборт может повлечь пожизненную бездетность... особенно в её нежном возрасте. Это я тебе как врач-гинеколог говорю. В лучшем случае ты можешь сломать девочке жизнь, а в худшем... судя по тому, в каких странах девочка отдыхает, её отец - очень серьёзный человек... который, не задумываясь, оторвёт тебе башку, как только узнает про твои шашни. - Ма-а-ам, ну, не волнуйся, пожалуйста!
Мы с Айной просто целуемся, - горячо заговорил я. - Тем лучше, - ответила мать, допивая кофе, - но на будущее, герой-любовник, учти, что ночёвка у девушки только с поцелуями может вылиться не только в поцелуи... Про средства предохранения тебе рассказать? - мама ехидно улыбнулась. - Ма, ну, хорош тебе! Знаю я всё! - крикнул я, покраснев, как рак. - Я рада, что мой четырнадцатилетний сын всё уже знает... но над моими словами ты хорошенько подумай. А теперь несколько часов посиди тихо, потому что я хочу, наконец, выспаться. Спасибо, что приготовил мне поесть, - ещё раз упрекнула меня мать, уходя в комнату... Я тихонько пошарил в компьютере, сыграл несколько конов в домино и застелил диван, хотя на улице было совсем ещё светло. Выключив компьютер и забравшись под одеяло, я задумался. Какой же удивительной была эта ночь!
Мог ли я хотя бы месяц назад предположить, что мы будем вытворять ТАКОЕ... с НЕЙ? Мог ли я хотя бы месяц назад предположить, что скромная отличница, эта девочка-пай с детским личиком, может оказаться настоящей извращенкой с богатым лесби-опытом? Конечно, нет! Но какое же счастье, что всё оказалось именно так, а не иначе! Ведь Айна - единственный в мире человек, который знает о моём странном увлечении. Ну мы с ней и дали жару сегодня! Я довольно улыбнулся, посмотрев на висевшую на стуле джинсовку, в кармане которой был диск с отснятым ночью порнороликом. Правда, до сих пор немного болит попка... О, чёрт! Я же до сих пор не переодел её трусики! Нацепив брюки, я прошёл в ванную и закрылся там. Прокладка была немного испачкана... красноватым... не на шутку меня порвала моя подруга! Я нежно помыл свою воронку с гелем для интимной гигиены, после чего одел обычные трусы и отправился спать, утомлённый удивительным днём...
На следующий день я зашёл за Айночкой после обеда. - Юрочка, Вы просто поразили вчера нас с мужем и дочерью своим кулинарным мастерством! Проходите скорее, мы с Айныней пьём кофе с пирожными, - радушно встретила меня Ирма Карловна. Бросив Айне скромное "Привет!", я уселся за стол. Отец Айны уже попил кофе, и, поздоровавшись со мной, ушёл к себе в кабинет. Выпив по чашечке, мы попросились у матери пойти позагорать на озеро, и она нас с лёгкостью отпустила... Взяв одеялко, бутылку холодного чая и бутерброды, мы вышли на улицу. Путь на озеро лежал через лесопарк. Свернув с дорожки, мы направились к зарослям кустов. Молча расстелив одеяло, мы принялись раздевать друг друга. Совершенно обнажённые, мы ласкали язычками друг друга абсолютно везде, не обращая внимания на назойливых комаров, беспощадно кусающих наши вспотевшие тела. Удовлетворив девушку орально, я вошёл в её растянутую со вчерашнего дня попочку. Скоро кончив, я выпил свою сперму из неё; она вылизала мой член.
Оттрахав меня в попу языком, девушка вылизала мне мошонку и снова заглотила мой член. Выдоив мою сперму, она жадно проглотила её, не пожелав поиграть со мной в "снежки". Ещё раз вылизав друг друга полностью, мы встали, оделись и пошли-таки на озеро. Немного позагорав для вида, мы умяли бутерброды с чаем и поспешили обратно в лесопарк, в уже знакомые нам заросли. На этот раз мы долго и нежно целовались, медленно гладя обнажённые тела друг друга. - Море, милый мой... - на глазах девушки показались слёзы, - я не представляю себе свою жизнь без тебя. - И не представляй, - растерянно пробормотал я, - вырастем - поженимся... У нас будет большой дом... на Гавайах, трое, нет... пятеро замечательных детишек... - Угу! -грустно поддакнула Айныня и всхлипнула. - Почему ты плачешь, любимая? - испуганно спросил я.
- Я... - голос девушки дрогнул, - завтра утром уезжаю... и до конца лета тебя не увижу, - прошептала Айна и тихо зарыдала. Не находя слов утешения, я просто тупо смотрел на неё и осторожно гладил рукой по волосам… Наревевшись вдоволь, Айна успокоилась. Помолчав, мы оделись и побрели к дому. У калитки я записал номер мобильного телефона девушки, чтобы позвонить ей в день рождения. Долгий поцелуй… Дверь калитки закрылась за Айной, и я, наполненный тоской, побрёл к дому… Утром следующего дня девушка уехала. Я не ходил её провожать - нам было бы тяжело сдерживать эмоции при родителях… После отъезда Айныни жизнь стала намного скучнее - утренние пробежки, зарядка в лесопарке (там есть перекладина между двумя деревьями, и мы с Серёгой после пробежки выполняли кой-какие упражнения), домашние хлопоты, компьютер, ну и… конечно, анальные забавы, которыми я занимался, просматривая наш с Айной диск.
Восьмого числа, взяв с собою побольше денег, я отправился на переговорный пункт, чтобы поздравить свою девушку с днём рождения, однако так и не смог дозвониться. Но вот… через несколько дней после этого, мне лично пришло письмо из Риги: "Здравствуй, любимый! Я знаю , что ты звонил мне в день рождения и хотел поздравить. Спасибо тебе, котёнок - я знаю, что ты мне можешь пожелать только самого лучшего. Прости меня, пожалуйста, если сможешь, но… я, боюсь, не вернусь в конце лета. Я знала это с самого начала, но не решалась сказать тебе. И потом, вряд ли бы я пошла на всё, что между нами было, если бы ты знал о моём скором переезде… В новый класс я пойду в Риге, в спецшколу с углублённым изучением английского, а ещё через год - в школу-интернат в Великобритании. Отец настаивает, чтобы я училась на финансового аналитика именно в Европе. Милый, что бы ни случилось, знай,

 Назад Вперед 

Главная