понимая, чего от неё хотят.
- На меня ложись.
Дошло. Перебросила ногу, легла, приподняв зад. И прямо перед моими глазами распахнулась розовая пизда, поманила своими губками. И всем прочим содержимым. И эта пизда текла. Это был просто потоп. С неё сорвалось пара капель и упала мне на лицо. Прямо на губы. Обхватил попку руками, притянул к себе. Поцеловал бедра возле пизды, потом провёл языком меж больших и малыхполовых губ. Она сжалась. Шлёпнул по попе
- Не балуйся!
И женщина расслабилась, отдалась новым ощущениям. А чтобы не особо скучать, ухватила губками то, что торчало перед её лицом. Так и лежали. Я языком поласкал малые губки, такие мягкие и поддатливые. А потом всунул язык в пизду насколько мог. И присосался к губкам. Целуя губы, работал языком в пизде. Прямо французский поцелуй. Отрывался от губ чтобы найти клитор и поласкать его, мягко втягивая в себя и одновременно то быстро-быстро, то медленно и ласково проводил, бил и облизывал его языком. Такие муки даже жена не может сдержать очень долго, а что взять с непривычной женщины, которую не то, что ласкали таким образом, ебли нормально Бог знает когда. И она взорвалась. Предыдущий оргазм был детской шалостью. Это было что-то. Извержение Везувия, последний день Помпеи, Третья мировая...
Тещина пизда, придавила мне рот, нос и подбородок. Её выделения стекали по щекам. Бёдра плотно сжали голову и не желали её выпускать. Уже не губы, зубы немного прикусили головку и я забеспокоился, как бы не откусила в порыве страсти. Да и тушка пудов в пять придавила чувствительно. Расслабившись, растёкшись по мне медузой,содрогалась. И до меня дошло, что это не спазмы оргазма, что это обычные рыдания сотрясают беднягу. Вот проняло, так проняло. Похлопав по заднице, во избежание перерастания рыданий в истерику, предложил всё же слезть с меня и отблагодарить жарким поцелуем. Она скатилась в сторону, легла на спину, выпрямив и сжав ноги, а по щекам всё так же продолжали скатываться слезинки. Собрав несколько из них губами, нарочито грубо предложил прогуляться на лоно природы. Зная с еёже слов о потребности облегчения мочевого пузыря после оргазма, пошутил, что спать на мокром будет не особо приятно. Проняло. Перестала плакать, размазала слёзы руками по щекам, взяла мою протянутую руку и выползла вслед за мной из палатки. А я тянул её к воде. Пока кувыркались и наслаждались, наступило утро. Не совсем, но уже светало. Тёплая по сравнению с окружающим воздухом водичка приняла пару тел, смыла с них пот, следы страсти, остудила. Поймав в воде тёщу, раздвинув ей ноги, со смехом принялся подмывать её, объясняя, что мне ещё её ебать по-настоящему, а не ручками-губками, так пусть будет чистенькая, отмытая до скрипа. Она шутливо отбивалась, позволяя резвиться и делать с её телом всё, что моей душеньке угодно. Дошли до палатки, голыми присели у бывшего костра, который потух, не дождавшись, пока хоть кто-нибудь подкинет дров. Извини, брат, не до тебя было. Слышал, небось, что в палатке творилось. какие стоны, крики и вопли раздавались. Тёща захотела немного выпить. Благое дело и я поддержал. А потом, закусив поцелуем, нырнули в палатку и уже не застёгивали молнию, позволяя водяному любоваться на наше совокупление. Ох и драл же я тёщеньку!
Перестояв, хуй ни в какую не хотел падать и ей приходилось стоически терпеть его повторяющиеся атаки. То спереди принимала, раскинув ноги и располагая их то на спине, то задирая к потолку, то придавливая ими меня за ягодицы. Потом становилась раком, выгибая спину и подставляя тыл. И на живот падала, устав стоять. А уж сколько раз на бок ложились! А я всё драл и драл, удивляясь сам себе. А в какой-то момент почувствовал: вот оно, вот прямо сейчас. И тёща каким-то шестым или седьмым чувством определила, что я кончаю, ускорила свои движения тазом, завертела жопой, как МИ-8 на посадке и я, зарычав, всунув на сколько мог, прижался лобком к пизде и раз за разом принялся выстреливать с тепло и темноту миллионы сперматозоидов. Плодитесь, ребята, стремитесь к матке. Авось кому и повезёт. А потом я банально уснул. Просто провалился в сон. Отключился.
Утро красит нежным светом...Проспал я немного. Видимо отключка дала мозгу возможность передохнуть. Рядом, положив мне голову на грудь, уютно сопела тёща. Мы были даже прикрыты одеялом. Выбрался из тёплых объятий. Пора и сети проверить. Когда принёс улов к палатке, тёща уже проснулась, но ещё не выползала на свет божий и подслеповато щурилась, разглядывая улов.
- Наверное, водяному наш концерт понравился. Вон сколько рыбы.
- Очень понравился. Просил повторить на бис. А рыба ещё в лодке есть. Это так, на жарёху. Вставай, соня!
- Уж кто бы говорил. Вчера испугалась. Думала, что помер мужик от перенапряжения. На мне уснул, не вынимая. Еле выползла из-под тебя. Боров.
- Кто бы говорил. У самой попа в палатку еле влезла.
Задохнувшись от возмущения, тёща выскочила из палатки
- Ах, ты!....Я тебя!...
Со смехом перехватил такую грозную воительницу. Тепло голого тела практически мгновенно возбудило. Да что же это такое? Или просто свежак так действует? Повалил тёщу на траву, навалился сверху. Она взвизгнула
- Нет! Не на траве! Жучки всякие!
Не на траве, так не на траве. Но и в палатку ползти - кайф обломать. И я перевернулся на спину, позволив женщине оседлать меня. Не успел ничего сделать, а она уже стянула с меня одежду, ловко вставила в себя торчащий ствол и села, поймав ритм, закачалась, то сползая с кола, то насаживаясь на него.
Титьки болтаются перед лицом и я стараюсь поймать губами сосок. Она нарочно, дразня, то проводит этим соском по губам, то выпрямляется, отодвигая его на недосягаемую высоту. Что-то я сегодня скор. Прихватив попку тёщи, прижал её к себе, уронил грудью на грудь и мы заскакали в бешеном темпе. Сегодня я кончил хоть на чуток, но раньше милочки.
Помылись, приготовили покушать, поели. Уха без водки - не уха. Наелись, лежим, выставив животы на солнышко. Лениво разговариваем. Так же лениво ласкаю пипочку тёщи, запустив пальцы под трусы купальника, который она надела, утверждая, что днём кто-нибудь может приехать в этот заповедный уголок. Разморило на солнышке-то. Надо срочно искупаться. Потянул женщину к воде, на самом берегу стянул с неё купальник, затащил в воду. И что с ней случилось? Будто ей не пятьдесят, а пятнадцать. Плавает ныряет, играет со мной в догоняшки. Залезла на плечи, ныряет с меня, поднимая фонтаны брызг. А визгу-то. Вроде детсад на прогулку вышел. Накупались, устали, выползли на берег. Тёща лежит на спине, заложив руки за голову, я разместил свою мокрую голову у неё на животе, к пизде поближе. Тянет туда, откуда на свет белый вышел. Перебираю волосы на лобке, изредка ныряю рукой меж ног, раздвигая губки и нащупывая клитор. Она вздрагивает, напрягается, начинает терять смысл разговора и начинает путаться в словах.
- Слушай, а почему бы тебе не побрить лобок?
- А зачем? Это шлюшки бреют.
- Ты глубоко заблуждаешься. Не совсем приятно целовать пизду, когда волосы в рот лезут.
- Да? Приеду домой - побрею.
- А чего ждать? Бритва есть, станок есть. Пошли поближе к воде и проведем сеанс ухода за такой прекрасной булочкой с начинкой.
- Ты что, собрался меня брить?
- Почему нет. Твоей дочурке пизду подбриваю, могу и маме. Цирюльник - высший класс.
Хорошо стало жить. Помню отец мылом морду намыливал, опасной бритвой скоблил. А сейчас пенки, гели, станки разные безопасные. Брею тёщин лобок, обильно намылив пенкой для бритья. Посередке оставил полоску волосиков для красоты. Пока брил лобок, всё было нормально. А вот когда дело дошло до губок, возникли проблемы. Надо пальцами губки раздвигать и держать, а тёщенька от моих манипуляций, не смотря на серьёзность момента, начала возбуждаться. Особенно сильно потекла, когда пришлось вставлять в пизду палец и придерживать краешек губок. Но справился.
- Повернись и встань на четвереньки.
- Зачем?
- На попе есть волосики, сбрить надо. Не эстетично. Такая файная дама и волосы на попе.
- Они мне не мешают.
- Мне мешают. Вдруг захочу попу твою поласкать, а там волосы.
- В смысле поласкать? Ебать, что ли, собрался?
И даже сжалась, уже стоя на карачках и выставив попку.
- Не бойся. Не сейчас и только лишь с твоего разрешения.
- И чего вас, мужиков, на женские задницы тянет? Ну ебите друг друга. У баб иное для ебли.
- Ещё в детстве слышал такую байку, что если женщину в задницу выебать, привяжется к тебе, аки кошка и любить тебя будет безумно.
- Я тебя и так люблю. А в попу больно.
- Это если грубо, без подготовки, без разогрева.
- А сам-то пробовал?
- Ага. С твоей дочкой.
- Нет, не понял ты. Самого ебли?
Рассмешила до слёз.
- Да нет, большевик я.Ни меня, ни я мужиков.
- А что, дочка тебе даёт? Туда даёт?
- Особенно когда накосячит чего. Тогда разрешает во все дырки. И не возникает.
- Ты же порвёшь ей там всё. Вон у тебя какой.
- Маменька, молчите. Лезет в одну дырку, пролезет и в другую.
Так препираясь закончили бритьё. Грешен я, но вид тёщи, стоящей раком с выставленным задом, возбудил меня и я, едва отложив в сторону станок, навалился, пока она была в подходящей позе и начались скачки со стонами и оханьем. Намыленная да ещё и промокшая от возбуждения пизда, принимала гостя с азартом, хлюпала, выделяла пену то ли от геля, то ли от того, что сбивали сметанку, превращая её в масло. Потом вновь водные процедуры.
- Откуда у тебя столько берётся? И встаёт раз за разом, и спермы много.
- Честно? Сам не знаю. Нашло что-то. Не могу спокойно на тебя смотреть. Сразу встаёт.
Днём варили обед, купались, загорали, снова купались и ели. К вечеру, устав, надев для защиты от комаров плотные вещи, сидели у костра. Обняв тёщу за талию, прижал к себе, рукой мял попу, запустив её под резинку штанов. Тёща умница, совет восприняла правильно и под спортивку ничего не надела. Да всё равно снимать. Полезли спать в палатку. Начал пристраиваться к телу.
- Может поспим? Устала я. Да и что ты там нашёл? Мёдом, что ли,помазано?
Макнув палец в пизду, попробовал на вкус, дал попробовать тёще.
- Неа, мёдом даже не пахнет. Но вкусно.
Рассмеялась.
- Иди уж, ненасытный.
И привычно раздвинула ноги, сгибая их в коленях.
- Может не так лечь?
- Лежи.
Лёг на бок, лобком к попе, закинув тёщины ноги на свои бёдра. И вот она, пизда, которая сама накололась на гвоздик. Тёща пятками давит мне на задницу, прижимает плотнее к себе, загоняя хуй как можно глубже. Хорошая поза. И на партнёршу не давишь, и пизда раскрывается полностью, и руки свободны,да и клитор не прикрыт ничем. Вот им и занялся, раз руки свободны. Хуй в пизде, палец на клиторе. Вот тёща и выстрелила. А потом, пока я гонял, ещё раз. Да так и уснула с хуем в ней.
Утром стали потихоньку прибирать вещи. Решили, что после обеда пора ехать домой. К вечеру жена должна вернуться. В обед пошли искупаться на дорожку.
- Тёща, а ведь мы грех большой совершили.
Та рот разинула, глаза выпучила
- Два дня у воды, перепробовали везде, а в воде ни разу. не потешили дедушку водяного. Непорядок. И мы исправились. Дедушка был доволен. Тёща обвила меня ногами, повисла на плечах. Благо, в воде вес не так ощущается. А вот ощущения другого рода ничуть не хуже, чем на берегу. Даже приятнее, поскольку новее.
Вечером, едва отмыли дорожную пыль, встречали жену. А ночью...Не знаю, что там делала тёща, слушая концерт, который выдавали мы с женой. Вначале она фыркала, мол, мама спит в соседней комнате. А потом, когда мои губы нашли клитор, отозвалась на ласки и через некоторое время уже так стонала и мычала, прикусив подушку, что не только мама, соседи искончались, слушая этот кошачий концерт.
Утром милочка кормила мужа завтраком. Слегка помятая, но довольная и счастливая. Халатик на голое тело не скрывал прелестей и руки сами хватались за попу, за писю и прочие вкусные места. Она шутливо шлёпала по рукам, косясь на дверь комнаты, где спала тёща. Не думаю, что маменькка проснётся раньше обеда. Продрал я её по-царски, на все двести процентов. Жаль, в зад не засадил. Обещал без её разрешения не тыкать туда. Ну ничего, время будет. А раз тёщенька пока спит, притянул жёнушку, задрал ей халатик и посадил к себе на коленки. Не идти же на работу с полными яйцами.
