немного опустил голову, и уставился на мои ноги. Я сидела на кровати перед ним, а мои ножки болтались с края кровати, раскачиваясь в воздухе. Я словила этот взгляд Стаса, и решила попробовать укротить его.
- Станислав, я вам предлагаю вот что. Если вы будете умышленно более благосклонны ко мне, если вы перестанете предъявлять ко мне претензии, и более того, если вы будете выполнять некоторые мои пожелания бытового плана, тут по квартире, то я, взамен на это, буду вас радовать некоторыми прелестями из моего эротического репертуара. Идёт? Хотите поробовать прямо сейчас?
Видно было, что Стас начал сильно переживать. Он заёрзал на стуле, засопел и покраснел ещё гуще. Чтобы облегчить его неловкое положение, я продолжала.
- Вот давайте ка прямо сейчас вы отведаете на ужин то, о чём некоторые мои однокурсники только мечтают. Вот встаньте ка прямо и ровно тут передо мною. Готовы?
Стас кивнул, и встал со стула. Как только он встал по стойке смирно, я тоже встала с кровати, и отошла на один шаг назад. Придерживаясь одной рукой за спинку кровати, я резко нанесла мощный удар стопой прямо под яички Стаса.
Видимо возраст, всё таки, замедляет некоторые процессы в организме. Потому что прошло секунд десять, прежде чем Стас вдруг изменился в лице, открыл рот, выкатил глаза, и выдавил из себя ужасно противный вопль, который длился около двух минут без остановки. Стас упал как подкошенный к моим ногам, и в скрюченном положении схватился обеими руками за своё травмированное хозяйство. Было видно, что он давно не получал по яйцам. Или, если и получал, то вряд ли с такой же силой, как вот теперь. Я уже тогда знала, что чем слабее у мужчины яйца, тем хуже и болезненнее он переносит удар в пах. Про себя решив в будущем сосредоточиться на укреплении яиц Стаса, я улыбалась ему, глядя сверху вниз.
- Станислав, больше не хотите на сегодня, а? Что, яички сильно болят, да? А что такое? Неприятно разве? Немного унизительно, когда девушка вам такое делает? Правда? Или понравилось, всё таки?
Но каково же было моё собственное удивление, когда через две минуты его катаний по полу, как раз когда он перестал извергать из себя этот дикий вопль, я вдруг увидела, как у него из под халата показался кончик его мужского орудия труда, из которого медленной белой струйкой текла совсем свежая, хоть и уже пожилая, сперма! Да, Стас кончал! От удивления я подошла к нему чуть поближе, чтобы рассмотреть его орган вблизи. Он, по видимому, переживал в этот момент некую термоядерную комбинацию эмоций и ощущений, базирующихся на недавно произошедших событиях. Без сомнений, его невероятно сильно возбудил и взбудоражил как мой внезапный удар ногой по его яичкам, так и тот факт, что я, его квартиросъёмщица, вообще решилась нанести ему такую травму.
От своего этого возбуждения с ним случилась непредвиденная и неумышленная эрекция. Я понимала, что некоторые мужчины настолько интенсивно переносят боль в яичках, что эта боль является причиной их эрекции. Но чтобы мужчина прямо кончил от удара в яйца?! Такого я пока что не встречала. Я наклонилась поближе, разглядывая его пенис и яйца. Сам Стас лежал на полу почти в полном нокауте, не обращая внимания на меня, и на то, что я так близко рассматривала его органы. Я протянула одну руку вниз к его яйцам, и взяла их в свой кулачок. Слегка сдавив их своей рукой, я одновременно оттянула их вниз, смотря ему прямо в глаза. Из отверстия его пениса показалась новая струя спермы. Я снова сдавила ему яйца, ещё одна струйка покинула пенис. Стас открыл свои глаза и застонал. Я отпустила его яйца, и засунула ноготь своего указательного пальца ему в отверстие пениса. Проникнув вовнутрь на несколько сантиметров, я царапала ему мочеиспускательный канал своим ногтём. Ещё одна, последняя в этот раз, струйка спермы, вяло покинула пенис, преодолев препятствие в виде моего пальца внутри его члена. Вскоре я высунула свой палец из его пениса, и попросила Стаса оставить меня в комнате одну. Кое-как поднявшись с пола, и придерживаясь за св
ои болезненные яйца, он медленно вышел из комнаты. За его стеной ещё долго я слышала в тот вечер стоны и громкие вздохи.
Витя ещё много раз приходил ко мне домой, много раз мы были с ним близки. Но каждый раз я так и не позволяла Вите кончать. И если в тот самый первый раз я просто отказала ему в оргазме, то с настоящего момента я решила не давать ему кончать другим путём. Мы с ним условились, что перед каждой нашей близостью, мы с ним будем играть в шахматы. И если выигрывает он, то я ему делаю всё, что бы он от меня ни потребовал. Если ничья, то мы оба ничего не требуем, и приступаем к страстному сексу. А если выигрываю я, то я отказываю Вите в его оргазме. Будучи классной шахматисткой, я всегда обыгрывала Витю. Раз за разом я наблюдала, как его юношеская психика становилась всё более уязвимой и перегруженной. Я медленно, но верно, растягивала Витю наподобие лука со стрелой.
Удерживая его одновременно в состоянии сильного желания и неудовлетворения, я всякий раз получала своё собственное удовольствие на все сто процентов, и даже более. Когда мне этого показалось достаточно, я подговорила Витю отомстить за меня тому Пашке, который при всех в кафэшке обо мне грубо выразился. Взамен на мордобой, я обещала Вите сделать ему минет, и дать ему кончить мне в рот. Так и вышло. Витя основательно поколотил Пашку, и разбил ему нос. Когда я это сама увидела, в перерыве между парами прямо у входа в институт, я подошла к Пашке и сказала ему: «Получил по заслугам? А вот ещё вдогонку и на закуску, от меня лично!» С этими словами я ударила Пашку очень сильно коленкой по яйцам. Пашка тут же заорал как резаный, и упал на пол, изображая из себя раненого лосося. Окружающие нас студенты так ничего и не поняли, но с интересом и оживлением наблюдали за Пашкой, снимая его на свои мобильники, пока тот валялся на полу, и держался руками за свои болезненные яйца.
Встретившись с Витей после того мордобоя, я отблагодарила его, сделав ему великолепный минет. Витя тогда очень долго не мог кончить, настолько его эмоции перегрузили всю его психику. Он судорожно держал мою голову своими руками, стараясь как бы натянуть её на свой член. Его головка ощущалась у меня глубоко в горле. И он периодически настолько грубо и сильно двигал своим членом у меня во рту, что я то начинала задыхаться, то мне казалось, что вот-вот получу сотрясение мозга, - от таких его бешеных движений. Мне тогда пришлось взять Витю за яички, и слегка утихомирить его, сообщая яичкам определённое давление. Витя на самом деле тут же стал спокойнее и сдержаннее, но это не продолжалось долго. Вероятно тот факт, что его головка находилась у меня во рту уже более двадцати минут, дал о себе знать. Витина простата начала сокращаться. И у меня во рту появился сначала вкус пред-эякулята, а потом и сама сметанка сильными струйками стреляла мне в горло. Проглотив всё его семя, которого в тот раз было очень много, мне показалось даже, что я почувствовала в его вкусе нечто от мести, зависти, обиды. Недаром говорят, что сперма впитывает в себя все качества мужчины. Или, точнее говоря, сперма и есть концентрированная суть мужчины.
Вскоре поняв, что с Витей мне всё равно не хватает бодрости в жизни, я начала позволять другим ребятам регулярно навещать меня на дому. Особенно мне нравилось проводить время с моими тремя новыми знакомыми из Саудовской Аравии. Они всегда какие-то взбалмошные, дикие, агрессивные, возбуждённые! И потом, у них длинные, обрезанные пенисы, что мне нравится с ранней юности. Самым интересным для меня оказалось то, что эти арабы тоже злились на меня за то, что я «со всеми подряд сплю». Оказываясь со мной в комнате наедине, и чаще всего все втроём сразу, они обычно настаивали на всех основных удовольствиях сразу. Им и минет сделай, им и фут-джоб сделай, их и промастурбируй, им и в попу дай, и дай им вовнутрь меня кончить.
И, главное, всем троим сразу! Я бы, скорее всего, отказала им вообще, если бы не факт, что таких больших и красивых пенисов я пока больше ни у кого из парней не видела! С глубоким удовольствием я обсасывала им их коричневые лысые головки, едва помещающиеся у меня во рту. С радостью и упоением я проглатывала их сперму, ощущая в ней привкус некой экзотичной дикости и безумия.
