стал говорить и о том, что сестра практически сама была инициатором этого эксперимента, стоило лишь слегка подтолкнуть в нужном направлении. Мать слушала. На губах улыбка, глаза блестят, на щеках румянец.
- Так, не поняла ничего. Как это можно без хуя, прости, сын, довести женщину до безумия? Что-то вы там недоговариваете.
- Мам, ну как тебе ещё объяснить? Ну, даже не знаю.
- А ты не объясняй. ты покажи. Или с мамой зазорно?
- Ма, да ты что? Постой! Ты хочешь, чтобы я...
- Да. Чтобы ты показал, что такого ты делаешь с сестрой, что она мне ночами спать не даёт. Может и мне, старой, - мать хихикнула, - понравится. Так будешь тогда двоих ублажать. Сможешь?
Замешкался. Это же мать, не сестра. Если с той можно было и слегка опозориться, что в первый раз списалось бы на неопытность, то с мамой, да после того, что творим с сестрой, презрев практически все приличия, такое не пройдёт. тут уж надо приложить все таланты, всё умение и все силы. А мать повернулась на спину, приподняла зад, потянула ночнушку. Затем села, стянула её через голову и отбросила в сторону. Легла. Ноги пока сжаты и вытянуты. Полные груди слегка расплылись, сползли по сторонам. Розовые соски в розовом ореоле. Видны еле заметные прожилки кровеносных сосудов. Небольшой животик со следами порывов после беременности и родов. Треугольник рыжих волос, коротко стриженных. Мама подстригает их, что ли? Вполне возможно. Полные бёдра и красивые, прямые ноги. Маленькие ступни с аккуратными пальчиками. Ну, раз уж мама так хочет, то с них и начну.
- Мам, мне надо раздеться.
- А кто не даёт? Я же разделась. Давай.
Избавившись от одежды, присел в ногах. Мать заинтересованно смотрит, что же я буду делать, что же задумал. Поглаживаю ноги, разминаю ступни. Начал целовать стопы, пальчики. Посасывая и покусывая их, перебрался руками выше, массирую бёдра. Мать уже не сжимает ноги, развела в стороны. Глажу внутреннюю поверхность, стараюсь помять ягодицы. Получается не совсем, мама их прижала, но приподнимает зад, помогая. Старательно обходя мамину...Э-ээ...как-то стрёмно мамину писю называть пиздой. Ладно, пусть будет пися. Так вот, старательно обходя мамину писю, глажу, целую и поглаживаю живот, бока, бёдра, добрался до груди. Не забыл и шею с ушками. Они у мамы маленькие, не мои лопухи. Кажись нащупал точки, отвечающие за удовольствие.
Ещё раз спасибо Тамаре, век не забуду первую учительницу. И вот когда мама уже извивалась, стонала, развёл в стороны бёдра, приподнял и согнул мамины ножки, отчего писюня раскрылась, наклонился и легонько подул. Мать замерла, напряглась. Легонько прикоснулся губами к раскрытой писе, поцеловал малые губки. А у мамы приятный запах, ничем не хуже, чем у сестры. Втянул в себя эти губки и уже во рту постарался раздвинуть их языком. А потом придерживал подпрыгивающее мамино тело, целовал и лизал клитор, оказавшийся совсем крошечным. Целовал, сосал и лизал малые губки. И большие не оставлял вниманием, вылизывая их изнутри. Да, мы с сеструхой поднаторели в этом деле. Дал маме передохнуть и успокоиться после оргазма, начал второй заход. Теперь уже помогал себе пальцами, во всю лаская мамину писю внутри. А после третьего раза она уже отталкивала меня
- Уйди! Уйди! Перестань! Ну пожалуйста! Я больше не могу! Ну, оставь меня!
Повернулась на живот, крепко сжала ноги, даже скрестила их. Ну и ладно. Оседлал её бёдра, с силой развёл ягодицы и поместил меж ними головку. Начал качаться, стараясь при каждом движении проникнуть как можно дальше. Всё одно до сладкого запретного плода доберусь. Почувствовал, что головка упирается не совсем туда, куда надо. Да и мама недовольно повела попой, освобождаясь от такого вторжения. Ну и ладно, попробуем чуть ниже. С усилием, преодолевая небольшое сопротивление, вошёл в жар писи. Мама не стала дальше сопротивляться неизбежному, приподняла зад и уже нормально приняла притязания сына.
Вообще-то с сеструхой мог и дольше качаться. А тут сам факт того, что ебу...э-ээ...ну, короче, что маму, да ещё и некоторое воздержание в отсутствие сестры, привели к тому, что вскоре и разрядился. С рычанием, со звёздами в глазах, с головокружением выплёскивал в мамину писю сперму порцию за порцией. И потом ещё долго лежал на ней, отходя от пережитого. Да, такого ни с Томкой, ни с сестрой не испытывал.
Лежали молча, обнявшись и лишь руки гладили спины, попы, бёдра, куда доставали. Мокрые, в поту. В комнате витал запах пота, запах женских выделений, запах свежей спермы. Короче, запах страстной ебли.
Мама встала с кровати, покачнулась, ухватилась за спинку
- Мам, ты чё?
- Чё? Чё? Он ещё спрашивает, паразит такой! Довёл мать, ещё и спрашивает. Ноги не идут, вот чё. Помоги, проводи до туалета, а то вдруг упаду.
Засмеялась
- Кто бы сказал - не поверила бы. Сын мамку заебал до полусмерти. Штормит и качает, как пьяную. Ну что стоишь, веди. А то сам полы мыть будешь.
Дошли. Мама сидит на унитазе, говорит
- Думаешь мне хоть капельку стыдно, что тебе дала? Или осуждаешь меня? Нет? И правильно делаешь. Я ведь вам всю свою жизнь отдала. Не привела в дом чужого мужика, не бросила вас на произвол судьбы. Всё вам, всё для вас. Я бы даже и не подумала про такое, но вот как вы с Людкой начали концерты устраивать, так и сорвалась. Ещё немного и я даже не знаю, что бы сделала. Напрочь голову снесло. И если бы ты мне сегодня отказал, то я бы тебя просто изнасиловала. Если бы надо было, то и связала бы. Дура я старая! Ну скажи, что твоя мать дура!
Присел перед мамой на корточки, взял её лицо в руки, целую лоб, щёки, губы, глаза. Она тоже взяла моё лицо, тоже тычется губами. Целую, торопливо говорю
- Мам, ты не дура! Ты не можешь быть дура! Ты - лучшая мама на свете! Ну, мам, перестань, не плачь!
- Я не плачу. Они сами текут. А что люди скажут?
Выпрямился.
- Мам, мне лично насрать на всех людей и на их молву. Что ж они молчали, когда мы подъедали корочки хлеба? Кто их них помог хотя бы добрым словом? Они только осуждали тебя за твою гордость, за то, что не принимаешь в дом мужика. да пошли они куда подальше! У нас есть семья. Нас трое: ты, я и сестрёнка! А остальное шло бы и ехало!
Мать улыбнулась, утёрла слезинки тыльной стороной ладони
- Да я не плачу. Это от счастья. От счастья ведь тоже плачут. А скажи-ка, сын, сестричка тебе так делает?
Пока риторствовал, не заметил, что конец болтается прямо перед маминым лицом. И вот теперь мама завладела им, взяв в руку, поцеловала, лизнула головку и взяла её в рот. Слегка потеребила, прижимая губами, сильно втянула в себя. Затем вынула, облизала и начала целовать весь ствол, периодически проводя по нему языком. Снова взяла в рот. Прижимая губами, языком облизывала, гладила, старалась попасть в дырочку на самой головке. Ну куда же в такую маленькую язык всунешь? Свободной рукой играла яичками, перебирая их, поглаживая мошонку. Когда хуй налился, окреп, начала сосать. И не просто сосать, а, взяв меня за ягодицы, направляла в рот, заставляя двигать задницей. Получалось, что я маму в рот еб...э-ээ... короче, это самое с маминым ртом делаю. Прекратив занятие, слегка наклонила голову, снизу вверх искоса посмотрела на меня, прищурив глаза
- Твоя сестра тоже так делает? А кто лучше: она или я?
- Нуууу, мам...Ну, это...
Мать засмеялась.
- Не старайся. И сестру обидеть не хочешь, и маму тоже. Но всё же признайся, что мама лучше. Просто сестра твоя по молодости ещё не смогла стать мастером в этом деле. Хуй сосать тоже надо уметь.
- Мам, а ты где научилась?
Вырвалось нечаянно. А вдруг мама обидится? Нет, не обиделась.
- Если ты не забыл, так я за твоим отцом замужем была. Вот и научилась.
- Мам, не обижайся, если спрошу.
- Спрашивай, какие обиды.
- Мам, а папка тебе это...как его...ну...
- нет, сын. Вот пизду он мне не поцеловал ни разу. ты первый. Сладенький ты мой. ну всё, дай я встану. Тебе-то обсосала и подмываться не надо, а мне наспускал полную пизду.
- Мам, а почему ты так про свою писю?
- А что это по-твоему? Пизда - она пизда и есть, как ты её не назови. А писи у девочек. так что и ты про мамину лоханку можешь говорить, что это пизда.
- Мам, а почему лоханка?
- Так вон какая разъёбанная, не то, что у твоей сестры. У неё, поди, узенькая.
- Мам, а у тебя вовсе и не лоханка. Я очень хорошо её чувствовал.
- Да? И правда. Я ведь тоже
