и быстро расстегнула мне джинсы. "Молния" жалобно взвыла, но брюки удержались - ремень помешал. Юля, как сумасшедшая, одной рукой пыталась расстегнуть ремень, а другую запустила в трусы и вытащила член. Я от неожиданности опешил, член так и застыл в том размере, что и был: он тоже, видимо, отказывался понимать. Тем не менее, Юля проявила настойчивость. Она взяла его рукой и начала водить туда-сюда, при этом касаясь головки губами и языком. Первый шок прошел, я расслабился, и член начал стремительно расти. Юленька ощутила, что ее усилия приносят желанные результаты и заработала помедленнее и поусерднее. Теперь она оттянула крайнюю плоть и вовсю наслаждалась головкой, то слегка посасывая ее, то касаясь язычком уздечки. Член мой стоял как дубовый, ничто не могло сломить его в тот миг. Юленька, тем временем, продолжала колдовать, до яичек ей было не добраться, но ствол был весь ее. Она проходила по нему язычком до "молнии" на брюках, затем отводила его в сторону и слегка покусывала зубками. Ощущение было фантастическим. Арсенал у Юли был очень большой(как потом выяснилось, в свои шестнадцать лет Юленька перевидела и перепробовала членов больше, чем иные девочки в ее возрасте съели сосисок за всю их недолгую жизнь). Следующим номером была "зубная щетка", как я ее называю, - она сжала зубки и ввела член за щеку. Пару движений, и я - на небесах. Под конец Юленька просто начала вводить член прямо в горло. Я с ужасом и, одновременно, наслаждением ощутил, как ее губки опускаются все ниже, а моя головка входит ей в горло все глубже и глубже. С каждым поступательным движением ее холодный нос касался моего живота. Это был конец! Но я не хотел, чтобы моя красавица задохнулась, и быстро извлек член. Неимоверной силы струя ударила ей в рот, толчки продолжались с полминуты, такого я еще не испытывал до этого. Юленька с готовностью проглотила все, что попало в рот, и облизала головку: она хотела еще. Я же знал, что мой спермомет готов к новому испытанию - он даже не склонил голову. Юля не уставала работать вновь и вновь, проявляя изобретательность( впоследствии я встретил только одну девушку, которая так любила и умела делать миньет, но это совсем другая, не менее захватывающая история). Это уже было выше моих сил. Я поднял Юлю и поцеловал ее губы в моей сперме. Не говоря ни слова, мы подошли к дереву: она оперлась спиной, я выхватил презерватив из заднего кармана, разорвал оболочку зубами и накатил его на член заученным движением. Юля наблюдала за таинством, и мне показалось, что она готова броситься на член снова. Поэтому я поднял ее красное(и классное) вязанное платье и опустил трусики до колен. Платье пришлось задрать до шеи, чтобы была видна великолепная грудь. Ее вид был совершенно потрясающ: задранное платье, спущенные трусики, белые, словно сияющие в темноте, груди и пухлые, блестящие от спермы, губки. Все, я был готов. Подойдя к ней, я взял член в руку, присел немного и направил его ей между ног. Юленька раздвинула ножки, насколько ей позволяли трусики, и я, нащупав головкой теплую дырочку, двинул тазом вперед. Член выгнулся дугой и сразу же выпрямился, погрузившись наполовину. Юля взвизгнула и обняла меня руками. "Глубже, Стасик, глубже...". Я и сам готов был, пробив ее насквозь, пригвоздить к дереву. Еще несколько поступательных сильных движений, и мой солдат вошел по всей длине. Юля выгнулась навстречу ему, а я начал яростно трахать ее, быстро и жестко. Я уже не контролировал себя, движения потеряли ритмичность, одна лишь мысль вела меня: "Глубже, Стасик, глубже...". Сколько это длилось я не помню, но под конец подумал, что у меня внутри бомба, и она должна взорваться. Взрыв был сильным и ярким. Я, потеряв равновесие, навалился на Юлю. Она к тому времени тоже была в беспамятстве, и стоны ее, наверное, были слышны и в машине. Когда все закончилось, мы стояли опустошенные: я и дерево, и Юленька между нами. Юля сняла руку с моего плеча и извлекла член. Я недоумевал: "Зачем ты это сделала?". "Чтобы сперма не попала". "Он же в презервативе?!". " А вдруг просочится?". Она не переставала удивлять меня: такое вытворять в сексе и не знать элементарных вещей.Пока мы приходили в себя, я начал соображать, что где-то же и Михалыч ведет неравный бой. В машине вроде никого не было, но когда мы подошли, то обнаружили, что они уже отдыхают, лежа на откинутых сиденьях. Я разлил остатки шампанского, и мы освежились. Михалыч выкарабкался из машины разбитый, как после пьянки. "Да, нелегко тебе дался этот раунд, как будто с Тайсоном дрался", - пошутил я. "Да какой там, Тайсон просто отдыхает, извела меня совсем. Ну, что, твоя очередь". Михалыч, конечно, догадывался, что мы не просто гуляли, но он не знал, что я успел отстреляться уже два раза. Зато Юля знала. Она посмотрела на меня вопросительно. Я сказал: "Ну что, продолжим?". Юля слегка наклонила голову в знак согласия.Михалыч и Наташка пошли в том же направлении, что и мы раньше. Мы с Юлей уселись в машину: я - за руль, она - рядом. Сиденья были опущены, сидеть было неудобно - мы и легли. Я сразу же полез Юле под платье, ее грудь не давала мне покоя. Вдоволь насладившись нежными бутончиками, я откинулся, а Юленька, надо полагать, приняла это за сигнал, быстренько дрожащими руками расстегнула ремень(учится ведь!), затем "молнию", стянула джинсы и все... я поплыл по волнам чудесного океана, имя которому "Великий Оральный". Юленька работала на совесть, иногда отрываясь на секунду, чтобы взглянуть на своих рук дело, как мастер смотрит на свое творение. Убедившись, что член сияет, обласканный ее губками и язычком, она продолжала полировать его. Я уперся ногами в днище машины и медленно загонял свой член ей в горло, она просто с ума сходила от этого. Я тоже. На этот раз быстро кончать у меня намерения не было, поэтому пришлось прервать ее райскую игру на моей флейте(к тому времени скорее уже бейсбольной бите, судя по размерам и твердости). Я отстранил Юленькину головку от моей, и мы улеглись. Платье снималось очень просто, через мгновение Юленька щеголяла в одних трусиках. Но недолго: пока я повторял трюк с кондомом, она поспешила их снять, на это раз полностью. Я повернулся к ней, оперся на вытянутые руки, опустил голову и впился ей в губы. Тем временем ее рука взяла мой член и потянула к себе, между ног. Раздвинув их пошире, она направила толстяка туда, где ему так понравилось быть еще каких-то полчаса назад. Я двинул вперед, но на этот раз медленно и нежно. Член вошел легко и плавно. Сделав несколько движений, я замер, прислушиваясь к ощущениям. Теперь мне хотелось подарить ей нежность и ласку. Я опускался с каждым движением вперед и целовал ее сладкие губки, затем отрывался и извлекал член почти полностью, но, уже со следующим движением вперед, вводил его снова. Лицо Юленьки отображало блаженство: глаза ее были закрыты, губки полуоткрыты, с них то дело срывались нечленораздельные звуки. Не останавливая движений, я поочередно просунул руки ей под колени, она поняла и положила ножки мне на плечи, упершись пятками в крышу. Теперь, когда я загонял член на всю длину, он касался чего-то внутри. В момент касаний Юленька вздрагивала и постанывала громче, чем обычно. Члену тоже явно нравилось целовать шейку матки. Я был еще далек от конца, но Юля готова была взорваться в любую секунду. Я опустил ее левую ножку, тем самым высвободив свою правую руку, и просунул ее к тому месту, где мой член входил во влагалище. Губки были нежные, влажные и очень горячие. Поиграв немного с ними, я нашел небольшой бугорок, от прикосновения к которому Юленька застонала и... заплакала. Я от неожиданности остановился. "Нет, нет, Стасик, продолжай, я хочу...". Что именно она хотела, я не успел узнать, потому как снова коснулся клитора, и Юленька снова заныла. Еще чуть-чуть и все: Юля просто расплакалась. Она дрожала и плакала. Я был на волоске от оргазма, но ее конец сбил меня с ритма. Я опустил палец еще ниже и ввел его в дырочку, не извлекая члена, ограничив таким образом свободу его движений. И уже через минуту я разрядился. От первого толчка в моих глазах пошли красно-зеленые концентрические
