из собственных брюк, сложила его вдвое и несколько раз сильно взмахнула им в воздухе – со свистом. Мне снова стало страшновато. «Ты провинился и будешь наказан. Я хочу, чтобы ты понял, в чем твоя вина, и больше так не делал.
Сейчас я начну наказывать тебя, и прекращу только если признаешься мне, в чем твоя вина», - это уже начинало походить на игру и завлекало меня. Вот только свист ремня и боль, обжегшая ягодицы, были настоящими. «Раз», - сказала Юля и, выждав несколько секунд, вновь со свистом опустила ремень на мои, прикрытые только трусами, ягодицы: «Два». Когда через несколько минут она сопроводила очередной удар словом «Четырнадцать», мне уже было совсем не до шуток – я был готов закричать от боли. «Прости,» - сказал я, стремясь предупредить пятнадцатый удар, но Юля даже не повела бровью – и вновь ремень обжег мои ягодицы. Я зашипел от боли: «Юля, прости меня! Я лапал твою грудь – прости!» Но тетка смотрела на меня не видящим взором: «Шестнадцать!». «Юлечка! Родная! Прости меня!»
«Семнадцать!» - новый удар, и первая слеза брызнула из моих глаз. «Юля! Я без спросу стал приставать к тебе! Прости меня, пожалуйста!!!» - я вложил в эти слова мольбу, однако тетка, словно не слышала меня, размеренно отсчитывала удары: «Восемнадцать, девятнадцать, двадцать». После двадцатого мои глаза уже были мокрыми, на двадцать втором я ойкал, а на двадцать пятом – заплакал. И Юля тут же отбросила ремень в сторону: «Ну же, Андрюшка! Ты неправильно повел себя и наказан, но я же твоя тетя, родная тетя. Я тебя люблю. Вставай и иди сюда». Я медленно поднимался с колен, а она продолжила: «Ты наконец-то понял, в чем была главная ошибка. Ты не спросил у меня разрешения. Но я же должна воспитывать тебя и помогать тебе – я бы помогла, надо было просто попросить меня. А теперь – иди сюда».
Когда я приблизился, Юля неожиданно обняла меня и нежно привлекла к себе: «Глупый мальчишка! Я всегда о тебе позабочусь, я хочу, чтобы тебе было хорошо». И с этими словами она взяла меня одной рукой за затылок и притянула к своему лицу: «Вот, это для того чтобы тебе было легче мне поверить».
Продолжая медленно притягивать меня к себе за затылок, Юля приоткрыла рот и немного наклонила голову влево. А когда наши лица разделяло всего несколько сантиметров, она вдруг нежно поцеловала мои губы. Еще в детстве, мама делала так пару раз – целовала меня после наказания, и я сперва не удивился. Но тут…
Взяв меня второй рукой за подбородок, тетка приоткрыла мне рот и проникла туда языком.
Наши языки встретились… Это было неописуемо – мой первый взрослый поцелуй. Совсем скоро я почувствовал сильнейшую эрекцию – вставший член уперся в Юлин живот. Но она продолжала целовать меня, и, оторвавшись от моих губ только через несколько долгих минут, спросила, указав рукой на член: «Ты ведь этого хотел, да, Андрюшка?». Я мигом сконфузился, однако она продолжала, как ни в чем не бывало: «Так надо было просто попросить меня. Я же твоя тетя».
***
Какое-то время после этого наши отношения не менялись. Вернувшиеся с охотбазы родители ничего не заметили, разве только что я стал немного послушнее. Но часто вечерами, когда их еще не было дома, Юля поцелуем и обжиманиями заводила меня до предела, и я онанировал. Она, как я понимаю, тоже – зачем же иначе и она скрывалась в ванной после наших игр? А в декабре история стала развиваться дальше.
Зарисовка пятая. Юлины губы.. Продолжение.
Тетка научила меня целоваться – как я узнал потом, весьма неплохо. Поцелуи доставляли мне огромное удовольствие, но все равно хотелось большего. Ощущения от онанизма притуплялись. Кроме того, тетка при наших играх всегда оставалась в трусах, а я думаю, не надо объяснять, как мне хотелось увидеть ее без них. Словом, с каждой следующей «игрой» мои попытки подлезть ей под трусы становились все заметнее, но Юля всегда пресекала их.
В один из будних дней Юля не пошла на занятия – осталась дома, а я прогулял занятия в школе. И вот мы вдвоем до самого вечера, часов до семи, когда должны вернуться с работы родители. Мы занимались домашними делами. Вскоре я почувствовал желание и по нашему уговору сказал об этом тетке. Только сегодня я начал по-другому – безо всякой игры, будничным тоном я попросил ее снять трусики (как я говорил, когда мы были дома вдвоем, Юля обычно одевала только трусики-панталончики и майку). «Тебе опять хочется?» - лукаво улыбнулась Юля: «иди сюда, я помогу тебе».
Но я твердо решил добиться своей цели: «Я хочу поглядеть на тебя без трусиков». «Но зачем», - снова улыбнулась Юля.. Меня было уже не смутить – за это время я привык к нашему общению в интимной сфере: «Мне интересно! Посмотреть у тебя между ног».
«Но ведь ты уже видел, разве не помнишь, Андрюшка?»
«Тогда, в ванной?» - быстро сказал я: «Это совсем не то, Юля.. Я хочу видеть перед глазами.. Мне интересно, как вы, девочки, устроены там. И ты, моя тетя, обещала мне помогать».
***
Это сейчас я понимаю, какой бред я нес, и как играла со мной взрослая восемнадцатилетняя девушка. А тогда – все было за чистую монету. Эх, счастливое было время.
***
«Я тебе уже говорила, что лазить в трусы родной тете неприлично! Я и не сниму их! А если ты еще раз скажешь мне это – я накажу тебя, и мало тебе не покажется! Ты меня понял?!»
Но я и не думал защищаться, я нападал: «Ты же обещала! Обещала мне все рассказывать и показывать! Я должен знать, что там у девочек!»
Юля опять улыбнулась: «Ну и почему ты пристаешь с этим ко мне? Почему, допустим, не к маме?». Заметив ужас на моем лице: «Ну, я же тебе говорила – найди себе девочку из своего класса и приставай к ней!».
Но я не сдавался и продолжал напирать. И тетка неожиданно уступила: «Иди за мной! Я покажу тебе» - и направилась в комнату родителей.
Там она усадила меня на их широкую кровать, а сама полезла в шкаф. Я недоумевал, а она вынула оттуда видеокассету и засунула ее в видик, а затем уселась рядом и нажала «play». Еще минуту я ничего не понимал, а потом пригляделся к экрану: «История О». Если кто не знает, это классика эротического жанра. Очень скоро на экране я увидел – крупным планом – девушку без трусов, раздвигающую ноги. Юля нажала на «паузу»: «Вот, гляди. Ты же этого хотел?».
Я, наверное, хотел не совсем этого, но все же увиденное меня завораживало – член стоял как кол. «Ты теперь знаешь, как мы, девочки, устроены там. Мой долг исполнен?» - словно в шутку спросила она. Вместо ответа я вновь потянулся к ее трусикам: «Умоляю, покажи мне это».
«Зачем, ты же уже все видел?» - Юля явно забавлялась со мной. «Дай мне посмотреть и потрогать, Юля, умоляю тебя!». «Нет, и не проси, я же говорила тебе – неприлично видеть родную тетю без трусов, ты разве не помнишь».
Я соскочил с кровати и рухнул на колени: «Ну, пожалуйста, родная! Юлечка, умоляю тебя!!!» Видимо, эта сцена очень льстила ее самолюбию, потому что она явно затянула ее. А затем села на кровати, свесив на пол босые ноги: «Поцелуй их!».. Со срывающимся дыханием я склонился к ее ногам и начал целовать их. Это было восхитительно – такая гамма чувств.. Я целую ноги моей родной тети, старшей, моего воспитателя. А она – она научит меня всему. Только приятному. «Так и быть. Садись рядом. Посмотреть я тебе не дам – незачем, ты уже все видел по телевизору, можешь мне поверить, у меня точно там все точно так же, только волосики светлее», - Юля подняла меня с колен и усадила рядом. Взяла мою руку в свою и потащила в свои панталончики: «Пошуруй вот тут. Пощупай, изучай. Я тебе разрешаю».
Мое сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Я медленно скользил вниз пальцами, тетка же приглашающее раздвинула ноги. Трусы сильно мешали мне – но не останавливали.. Боже, какие мягкие волосы под пальцами! Вот это да… А это что такое – что за складка. Палец проскользнул в нее: влажная. А что если пошуровать им туда-сюда?
Я и не заметил сначала, что дыхание девушки стало так же сбито, как и мое. Юля выпустила мою руку и потянула с себя майку: лифчика под ней не было. Я уже немного привык к зрелищу ее грудей, но сегодня они были еще более упругими и словно стояли. «Андрюшка, поцелуй мою грудь, как тогда, помнишь», - чуть сдавленно произнесла тетка. Я припал к соску губами, не прекращая шуровать пальцами под ее трусиками. Вскоре я определил контуры щелки и принялся ласкать устье дырочки (вход во влагалище), одновременно все сильнее засасывая грудь.
Юля застонала: «Да, еще, сильнее!». Я исполнил ее просьбу, и тогда она, словно в награду, залезла рукой ко мне в трусы и плотно обхватила член. Начала водить туда-сюда – и застонал уже я, убыстряя свои движения пальцами. Свободной рукой Юля вдруг схватила меня за волосы и буквально оторвала от груди, а затем впилась в мои губы своими. Это был иступленный поцелуй, мои пальцы провалились в ее влагалище – оно начало бешено сокращаться. Юля зарычала и сделала резкое движение рукой на моем члене – и я разрядился прямо на ее пальцы, прямо в трусы.. Вот это восторг!
***
Этот первый опыт взаимной мастурбации надолго стал самым сильным ощущением в моей жизни. И потом я множество раз пытался «развести» тетку на что-то подобное, но она уже не соглашалась. Максимум, чего я добивался – это поцелуя в губы и нескольких быстрых движений ее руки, плотно обхватывающей мой член. Но это все равно было гораздо лучше онанизма.
