Дождь струился и шумел, по крыше бойко колотили тысячи капель, слетая с нее на землю, струясь по стенкам прозрачно-прохладными ручейками. Мягкий деревенский запах сена прямо-таки тек в ноздри, заставляя их расширяться от столь приятного запаха.
- Ты вся промолка! - сказал я.
Я смотрел на Олесю и видел, как под тонкой намокшей материей, пошедшей в обтяжку ее стройного тела, подрагивает кожа на ее животе. Ей было холодно. Девушка жалко улыбалась, пытаясь казаться веселой и радостной, но я же видел.. Она потерла руками своим предплечья, пытаясь согреться.. Я дрогнул и не без некоторого колебания принялся ей помогать - я тер ее руки, плечи, поглаживал по ладоням.
- Уу... Ух как хорошо! - выдохнула она. - Потри мне спину.
Я потер.
- А ты ж тоже замер! Продрог! - Олеся легко и быстро переборола мое жалкое трусливое сопротивление и принялась тереть меня.
У меня встал практически мгновенно. Олеся как-то неловко двинулась и задела бедром мой напрягшийся член. Замерла.
- Ой! - я даже в полутьме увидел, как краска залила ее щеки.
Девушка посмотрела вниз и подняла взгляд, блеснув зрачками в легкому полумраке пахнущего сеном амбара-склада..
- Ты наверное и с девочками никогда... - она замолчала.
- А ты с мальчиками? - прохрипел я.
- Пару раз. Ну, мой парень бывший... он... ну...
- Я понимаю. Что ж, завидую я ему!
- Завидуешь? - она подняла свою тонкую бровь.
- Ты красивая девушка! - выпалил я.
Она протянула руку вперед и коснулась пальцами моего члена. Эта стальная дубинка напряглась чуть ли не до треска.
- У тебя крепкий стояк! - прошептала она.
Олеся приблизилась ко мне вплотную, плавно провела рукой по моей руке. Я ощущал, как мягко давит на меня ее нежнейшая грудь. Мои руки предательски дрожали и не могли пошевелиться, словно бы их парализовало. Олеся чуть подвинула вперед бедро - так, чтобы оно уперлось мне прямо в промежность.
- Ты красивый, Вася! - вздохнула она и прикоснулась ко мне губами.
Я целовал ее как бешеный. Это был мой первый поцелуй. Она все пыталась ухватить мои губы своими, но постоянно промахивалась. Это было какое-то исступление, я ласкал ее за бока, за задницу, целовал в пухлые губы, в щеки, в нос, а когда она запрокинула свою голову в томном возгласе удовольствия, принялся лобызать ее в шею. Я даже ощущал, как трясется ее гортань, как пульсируют мощные артерии под ее тонкой бархатистой кожей. Я лизал ее мокрую от дождя шею, ушки, щеки, даже изредка покусывал их, заходясь в исступлении.
- О... О, какой ты страстный! - шептали ее губы. - Васенька!
Я даже не заметил, я как пьяный повалил ее на сено, что с мягким хрустом приняло нас в свои чуть колкие, но все же приятные объятия. Она раскинула руки в стороны, и я не выдержал - вцепился ладонями в ее грудь. Олеся коротко простонала, но скорее от боли.
- Прости! Прости меня! - зачастил я испуганно.
- Да... Да ничего, Вась. Давай! - Олеся быстренько расстегнула пуговки на своем платье. - Сейчас, Васенька, я сейчас... Сейчас!
Она расстегнула платье до самого конца, а я уже не выдержал, откинул его половинки в стороны и снова впился ладонями в женскую грудь. О, как она была очаровательна! Эти два мягких податливо-непослушных комка сырого, но жаркого теста - до чего же славно они перекатывались под моими сильными пальцами.
Олеся вдруг меня остановила, отжав меня своей не по-женски сильной рукой. Я замер испуганно, боясь, что ей что-то не понравилось и сейчас все кончится.
- Только в меня кончать нельзя! Обещаешь? - строго спросила она.
- М-м... Э-эа... Да! - выдал я, совершенно не догадываясь, как я смогу выполнить свое обещание.
- Смотри! - она еще раз окинула меня строгим взглядом и снова позволила мне терзать ее грудку.
Я сорвал ей на живот ее чертов лифчик, впиваясь в спелую мякость своими ненасытными губами, ощущая, как они скользят и вырываются из моего рта. Я ласкал и теребил ее сосочки, посасывал их, ощущая, как они быстро твердею и сморщиваются под моими ласками. Я слышал, как томно и быстро дышит моя любимая. Да, любимая! Черт возьми, я влюбился в нее с первого взгляда!
- Котик! Ой, мой котик! Васятка! - постанывала она. - Хороший ты... Ой!...
Она сунула руки вниз и быстро выудила из моих штанов, из трусов мой напрягшийся член.. Я просто поражался тому, что он еще до сих пор не кончил.. Наверное, годы онанизма приучили его к выносливости, аки годы нелегкой военной службы.
- Как горячий! - Олеся стала дрочить.
Медленно, аккуратно, совсем не как в порнофильмах, которых я хрен знает (да, хрен знает - это точно!) пересмотрел за свою жизнь. Олеська умела дрочить! Нежно потягивала за ствол члена, накинув свою горячую и сильную ладонь как бы снизу, потягивала кожу до самых яиц, налитых, как казалось, бетоном 400-й марки. Она докатывалась до низа, а потом поднималась кверху, охватывала головку и снова возвращась вниз.
- Снимай с меня трусы! - скомандовала Олеся.
Я судорожно дернул руками вниз, быстро нащупал тонкую материю женских трусиков. Это было то самое убогое рубище, в котором она появилась передо мной на пруду. Ну, что поделать, нечего было иного девчонке в деревне носить! А жила бы в Питере - сто процентов моделью по подиуму бы дефилировала. На "мерсе" бы домой подвозили, баксы бы лопатой гребла.
Я стащил с нее трусы. И замер, не решаясь...
- Ну? Не хочешь меня там потрогать? - игриво спросила Олеся.. Она куснула меня за ухо и прошептала. - Смелее...
На этот раз медленно, словно сапер тянущий руку к только что найденной мине, я провел пальцами по ее волоскам, по бархатистой кожице ее лобочка, по жилам бедер, уходящим куда-то вглубь ее таза, по упругому низу живота, лишенного и намека на какой-то жир. Я чуть передвинул пальцы и нащупал ее налитые соком половые губы, они были шершавы и мягки одновременно, а кроме того они был сильно увлажнены. Я практически сразу ощутил, как Олеся потекла под моими пальцами.
- Ой, мама!!! - она застонала, когда я подвигал ее губки там, где они кверху сходились в уголок; видимо, нащупал ее клитор.
- Нравится? - спросил я.
- Ой... Ой, да! - она двинула ко мне тазом, и это было инстинктивное, не контролируемое ею движение. - Ой, как хорошо. Ва-а-ася...
Меня сводили с ума ее стоны, запах ее тела, сжатая в моей ладони женская грудь, исходящий откуда-то снизу вдоль моего живота жар, мигом покрывавшаяся потом спина.
Я неуклюже придвинулся к ней, но Олеся мне сама помогла. Она ловко ухватила мой напряженный хер и направила его в себя. Головка уткнулась во влажные губы и почти немедленно провалилась внутрь.
- Ой-ч!!! А-а!!! - коротко простонала она, укладываясь поудобнее.
Я стал двигать тазом, испытывая неизведанное доселе наслаждение. Я двигался в настоящей женщине. Влагалище с жадным хлюпом принимало меня в себя, сильные мышцы этой трубки как бы доили, посасывали мой член, будто бы пытались вытолкнуть его наружу. Они-то пытались, но я оказывался сильнее, я долбил Олесю, как отбойный молоток, слушал, как она хрипло и нервно кряхтит, охает.
Опять же, никаких ахов, как в порнухе, просто кряхтение и ойкание, когда я, видимо, причинял ей особое наслаждение.. Она обхватила мой таз своими сильными ногами, такими жаркими и нежными, ластящимися кожей по моим бокам.
- Поглубже, пожалуйста! - попросила Олеся тихонечко, когда я остановился на минутку передохнуть.
- Хорошо. - коротко ответил я и вновь взялся за долбежку.
Все хлюпало, мой живот приходил в горячее, сводящее с ума соприкосновение с теплым и нежным лоном Олеси, мои яички колотили по ней, мой живот скользил по ее лобку в обильно текущей из нее влаге, что струилась у меня по бедрам.
- Олесенька, милая! - что-то невпопад бурчал я.
Она содрогалась от толчков, постанывая и закатывая глаза от волн удовольствия, прибывавших вдоль ее тела с каждым новым толчком. Секс наш становился все более бешеным, и вот тут Олеся начинала постанывать погромче, появственней. Ее грудь колыхалась вверх-вниз, когда я выпускал ее из пальцев, чтобы поправить сползшую было ножку Олеси, полапать ее за длинное бедро, за налитую мускулой задницу, за тонкую осиную талию - а потом снова и жадно хватал за сиськи.
- Ой ма-м-ма!!! - она вдруг взорвалась, моя Олеся.
Ее выгнуло дугой, я мгновенно ощутил, как задергалось в агонии ее влагалище. Оргазм был настолько силен, что я это ощущал своим членом, да и по Олесе было видно - красавицу просто дергало на меня, она инстинктивно пыталась насадиться глубже.
Я сделал еще два-три движения и бурно кончил сам.
- О... А-аа...
Сперма мощным плевком извергнулась из члена, горячей рекой заполоняя ее влагалище и хлестая в матку. Я погрузился в Олесю так глубоко, что ощущал, как оргазмирующая головка упирается куда-то, куда-то... Я закрыл глаза, запрокинув голову от внеземного наслаждения.
- Как же мне хорошо! - простонала моя любимая Олеся.
Я несколько раз двинулся вперед-назад, еще дважды долбанув членом и заставив девушку снова зайтись в исступленном стоне.
Но все хорошее имеет обыкновение быстро заканчиваться.. Оргазм ушел в небытие, словно ласковый порыв ветра потрепав мое сознание, собиравшееся сейчас в единое-целое из тех кусков, на которые его разнесло этим взрывом. Олесенька замерла, лишь изредка подрагивая своим телом. Я нежно, но уже с барской хозяйственностью ласкал ее налитые силой полушария груди, ощущая как прыгают между пальцев ягодки ее сосков.
"Мы кончили вместе! Надо же..." - додумался вдруг я. Мой брательник как-то рассказывал мне, что такое случается нечасто. То есть, муж и жена, которые трахаются друг с другом уже который год, умеют это делать - умеют подгонять себя под совместный оргазм. Но чтоб так! Чтоб с первого раза!!! Невероятно!
Я рухнул сверху на свою Олесю, даже не думая выходить из нее. Мне в ней, залитой моей спермой, такой влажной и такой скользкой, такой мягкой и такой изнеможденной - мне в ней было так хорошо... Я слышал гул дождя, треск уходящих на юг электроразрядов, сотнями мегавольт бивших родную русскую землю, слышал порывы ветра, завывавшие тонкими посвистами в дырявой крыше и стенах, я слышал умиротворенный стук сердца своей Олеси, лежавшей под мной тихо-тихо и ласково чему-то улыбавшейся.
- Неужели я у тебя первая? - спросила она вдруг тихо.
- Д-да... - прошептал я в ответ.
- Ты в меня кончил. А ведь обещал что? - спросила Олеся. Но никакой злости в ней не было. Напротив, каждая нотка ее чарующего голоска была насыщена благодарностью за доставленное удовольствие.
- Я люблю тебя! - вместо извинений, у меня вырвалось совсем иное.
- Откуда ты знаешь? - шепнула она, целуя меня в онемевшую щеку.
- Я тебя люблю! - повторил я и шумно выдохнул.
- А если у меня будет ребенок? Женишься на мне? - пытливо спросила Олеся, поглаживая меня по спине своими ладошками.
- Я в любом случае на тебе женюсь! - пообещал я уверенно.
"Что угодно! Найду работу получше! Что угодно! Выкину из квартиры брата-десантника, но ты будешь моей!!!" - думал я сердито в эту минуту, уже все для себя решив. Я не верил в судьбу. Я не верил в то, что раз в жизни, но Фортуна стучиться в двери к каждому. Но теперь...
- Я тебе нравлюсь? - спросил я храбро.
- Да, - со неуместной после всего этого скромностью ответила та.
- Милая! - я задохнулся от нежности.
Я принялся ее целовать. В губы, в шею, в замершую было в затишье перед бурей очаровательную грудь. Я гладил ее по животику, в котором, быть может, уже теплилась новая жизнь....
И сейчас, когда я дописываю эти строки, моя жена Олеся нянчит у кроватки нашего сына Алешку. Я знаю, что мы сейчас ней попьем чаю, а потом, уже нежно и умело займемся тем же, чем занимались тогда же под шорохи летнего дождя той темной августовской ночью. Она не разбирается в компьютерах, но безумно любит меня.
Возможно, я баловень судьбы, а может врун - я не буду говорить вам этого, мои дорогие читатели. Если моя жена когда-нибудь и научиться нажимать на кнопки и поймет, чем файл отличается от фаллоса, то эта история нашего с ней знакомства и первой любви давно уже затеряется на просторах Интернета...
