нежно в губы:
- Извини. Муж проснулся. Пора его кормить.
- Муж?
- А ты думаешь, я беременна от святого духа? Пойду хоть ополоснусь слегка. Все, пока,- она провела напоследок рукой по моему зонду и, улыбнувшись одними глазами, нырнула в кусты.
Я стоял со спущенными штанами и чувствовал себя полным идиотом. Ну почему так всегда, стоит повстречать умную и красивую женщину, она обязательно оказывается замужем? Впрочем, чего можно было ожидать от беременной красавицы, цепочка следов которой уходила от меня в кусты? Стоп. А если муж встретит ее сейчас на берегу? Догадаться, чем она только что занималась проще пареной репы, не говоря уже о следах семенной жидкости в интимных местах.
Поддернув штаны с плавками и подхватив кроссовки, я поспешил удалиться подальше от полянки, успешно сыгравшей роль кабинета врача. Выбравшись из зарослей кустарника на песчаные просторы и увидев оставляемые за собой следы, на крайний случай вошел в воду и пошел вдоль берега. Не то, чтобы я боялся встречи с разгневанным супругом пациентки, просто эта стадия Игры никогда не доставляла мне духовного наслаждения.
Короче, я удалился от флагштока километра на два, прежде чем решил скинуть с себя джинсы и окунуться. По пути мне изредка попадались загорающие, а в одном месте я встретил молодую пару с десятилетним мальчиком, резвящуюся в воде. Мне даже показалось, что никто из них не носил плавок, но они были в воде по пояс, и достоверно определить их принадлежность к нудистской тусовке не было никакой возможности.
Облепиха порой приближалась к берегу, формируя конфиденциально уютные места для стоянок и пикников. На одном из таких мест, в районе русла высохшего ручья с лежачим обрубком ствола, я и остановился для принятия водных процедур. Повесив одежду на корни топляка, разбежался и с восторгом рухнул навстречу прохладе речного моря. Минут пять я нырял, прыгал, плескался, мерил воду саженками, лежал на воде в позе звезды и умывался. Вернув себе свежесть утренней росы, я побрел к берегу с твердым намерением продолжить свой хадж в самое сердце девственной тайги.
На берегу, в моей лагуне, недалеко от бревна с джинсами стояли две длинноногие светловолосые красавицы в купальниках с одинаковыми косынками на бедрах. Приглядевшись внимательнее, я понял, что определение «одинаковый» можно было бы отнести практически ко всему, включая фигуры и волосы. Уже выходя из воды, я заметил подстилку девушек, расстеленную в глубине полянки так, что от бревна, возле которого я раздевался, ее скрывал пышный, обильно увешанный ягодами куст облепихи. Судя по всему, я невольно нарушил их уединение. По крайней мере, этим можно было объяснить недовольное выражение лица одной из девушек. При моем приближении она демонстративно отвернулась и направилась к своим вещам. Ее более дружелюбная копия смотрела на меня спокойно и, как мне показалось, даже заинтересованно. Надо было как-то исправлять положение:
- Извините, я, кажется, нарушил ваше уединение. Не заметил, что место занято. Вы не беспокойтесь, я слегка подсохну и пойду дальше.
- Ничего страшного. Берег общественный.
- Да нет. Я же вижу, что помешал. Уже ухожу.
- Я вас не гоню. Хотели обсохнуть – обсыхайте. Вода-то хоть теплая?
- Молоко. Простите за любопытство, а вы – близнецы или двойняшки?
- Даже не сестры, - улыбнулась девушка.
- Поразительно.
- Это многих удивляет. А вы что, не местный?
- Нет. А почему вы спросили?
- Так.
- Я из Питера.
- Какими судьбами?
- Даже не знаю, как сказать. Назовем это творческой командировкой,- не знаю, что заставило меня начать сочинять новую байку, наверно, интуиция..
- Сами не знаете, зачем приехали?
- Знаю. Меня Игорь, приятель мой, давно звал Сибирь посмотреть. Кстати, меня Максом зовут.
- Аня. И Вика,- моя собеседница кивнула головой в сторону своей неразговорчивой подруги. Виктория, взяв сигарету с зажигалкой, вернулась на берег и, сменив выражение лица с недоброжелательного на равнодушное, делала вид, что не прислушивается к нашей беседе. Услышав свое имя, недружелюбная копия бросила на меня бесстрастный взгляд и изобразила едва уловимый кивок. Приглядевшись внимательнее, я обнаружил, что девушки совсем не настолько похожи, как кажется с первого взгляда: у Ани были зеленые глаза и чувственный рот, а у Вики жесткую сталь серо-голубых глаз дополняли поджатые волевые губы.
- Интересно, вы действительно не такие уж и одинаковые, но различия между вами не бросаются в глаза, потому что они удачно дополняют друг друга. Думаю, что если бы вы жили в Питере, какой-нибудь бойкий продюсер уже давно предложил бы вам организовать группу типа «Сестер Зайцевых». Слушайте, а может вы еще и петь умеете?
Девушки переглянулись и улыбнулись. Анна прищурилась:
- Вы точно не местный? И афиш не читаете?
- Что? Вы хотите сказать, что я угадал? Вот анекдот. Ей-богу, не местный и о вас ничего не слышал. Третий день в Сибири.. Впрочем, чего вы удивляетесь? На вас достаточно взглянуть, сразу понимаешь – таким красавицам место либо на сцене, либо на подиуме.
- И все же,- вмешалась Виктория:- Вас-то каким ветром занесло в Сибирь? Что за зверь такой – творческая командировка?
- Попробую объяснить. Я – ваятель. Ну, скульптор, преподаю в Мухинке. Мой приятель Игорь все уши мне прожужжал о том, какие красивые девушки в Новосибирске, о том, что смешение народностей монголоидной расы с европейцами дало поразительный эстетический эффект. Короче, пока каникулы, я оформил в Академии творческую командировку и поехал собирать материал для будущей работы. А у Игоря неожиданно заболела мать, и он вчера улетел в Питер. Я хотел лететь с ним, но приятель уперся. Говорит, у тебя командировка, так что работай, собирай материал. Вот так я и брожу, одинокий и неприкаянный.
- Не повезло.
- В каком-то смысле, да. С другой стороны, Игорь оказался прав – процент красивых девушек в Сибири заметно выше. Вот и сегодняшнее утро прошло не впустую. Композиция «Творческий дуэт». Неплохо звучит.
- Звучит неплохо. А как смотреться будет?- улыбнулась Аня..
- Думаю, слегка загадочно, слегка эротично.
- Надеюсь, в рамках приличия?
- Безусловно.
- Хотелось бы посмотреть.
- Может и удастся. Через годик-другой выбирайтесь в Питер.
- А как скульптор собирает материал?- вмешалась Вика.
Я уже собирался соврать насчет забытого в гостинице блокнота с эскизами, но вовремя сообразил, что у девушек может оказаться под рукой бумага и перо. Поскольку мои навыки рисования находились на уровне Остапа Бендера, разделять участь автора «Сеятеля облигаций» не хотелось. Я постучал себя по голове:
- Зрительная память. Правда, один мой приятель втирает знакомым красавицам байку о фантастической памяти рук.
- И ему верят?
- Делают вид.
- Он такой красавчик?- заинтересовалась Анечка.
- Да нет. Просто нежные руки скульптора своими воздушными прикосновениями дарят им незабываемые впечатления. Какая разница, что они запомнят?
- Звучит, как поэзия.
- И ощущается также.
- Возможно, я бы не отказалась поработать у него моделью..
- Почему-то мне кажется, что вы рассказываете про себя, хотя и в третьем лице,- ехидно заметила Вика.
- Вы на удивление проницательны. Не скрою, есть за мной такой грешок.
- Вот как?- еще сильнее оживилась Анна:- И почему же вы не решились втереть эту байку нам? Или не захотели?
- Не решился. Чувствую, что Вика настроена негативно в отношении меня.
- Она настроена негативно в отношении всех мужчин.
- Зато Анюта настроена очень уж позитивно,- сердито, если не сказать, зло отреагировала негостеприимная подружка.
- А вы знаете, Вика, я с вами согласен. Мужчины в основной своей массе – грязные грубые животные.
- Но вы-то, конечно, не такой,- издевательски подхватила мужененавистница.
- Почему? Бываю и таким, несмотря на профессиональную тягу к красоте.
- А-а-а. То есть, сейчас вы – не такой.
- Сейчас – нет.
- И что же вам мешает?
- Во-первых, я только что помылся,- улыбнулся я:- причем, у вас на глазах. А во-вторых, я всего двадцать минут назад расстался с очаровательной женщиной, а потому сыт, полон нежности и великолепных воспоминаний.
- Из постели сразу на пляж?
- Да нет. Мы познакомились только что, на пляже.
- И уже успели насытиться?
- О да, это был безумный ураган страстей.
- Почему же вы так быстро расстались?
- К несчастью, она не свободна.
- Вас застукал муж?
- Нет.
