по клитору, от неожиданности этого поступка я вновь вздрогнула и, подняв ногу, стала гладить его ею по спине.
Тем временем он, уже помогая себе руками, начал вылизывать меня так интенсивно, что это действительно по ощущениям напоминало selfplay, другой человек, по моему разумению, просто не мог так угадывать «болевые точки» другого! Наверное, это опыт. И…увлеченности процессом, я тогда ещё так не умела «талантливо» ласкать другого человека.
Я почувствовала, как в меня проникает его палец. Медленно двигая им, он, приподнявшись на одной руке, смотрел на меня. Я молчала – была в окончательном трансе, понимая, что самое главное уже близко, одновременно боясь и желая этого. Внутрь проник второй палец, движения стали интенсивнее, он крепко держался за мою ногу – его рука была влажной…Когда попытка ввести третий палец потерпела неудачу, даже два ходили туго, Женя вопросительно взглянул на меня – я молчала, как белорусский партизан – последнее, что я могла сделать, это признаться вдруг ему, что я – девственница. По своей доброй традиций оставлять вопросительные взгляды без вопросов, мой гитарист-философ по каким-то своим соображением начал в бешенном ритме двигать во мне пальцами. Во мне будто все онемело – сначала. Затем, как мне показалось, он задел какую-то точку во мне и внутри будто ударило статическим электричеством - пробежала лёгкая волна наслаждения.
«Всё, всё…» - прошептала я.
Он, не говоря ни слова, вставая на колени, тем самым возвышаясь надо мной лежачей, взяв меня под попу, подтянул мои бедра до уровня его члена. Я инстинктивно схватилась обеими руками за железную спинку кровати, он мельком глянул на этот мой жест и вновь сосредоточился на главном. Осторожно приставив головку члена к моему входу, он начал водить ею, как я понимаю, смазывая. Я сжала ноги на его талии и закрыла глаза – от всего пережитого за время наших ласк мне захотелось испытать все эти ощущения как бы наедине с собой. «Ослепнув» я лишь чувствовала. Женя медленно начал входить в меня, не потому что он аккуратничал – просто «не шло», у меня было ощущение, будто внизу живота сильно-пресильно тянет, однако знаменитой боли не было.
Войдя, наверное, наполовину, и понимая, что что-то не так, он поступил просто – резко двинул бедрами и полностью вошёл в меня. К моему удивлению, я совсем ничего не почувствовала, кроме ощущения, что у тебя что-то внутри. Что-то большое, твёрдое и оно дарило новые и очень приятные ощущения. Оля открыла глаза. Я увидела его, широкоплечего, бритого наголо, слегка придерживающего меня руками за талию. Он явно был «в зоне» - тоже с закрытыми глазами (снова именно на него падал этот чудесный лунный свет!), приоткрытым пухленьким ртом, однако он не издавал практически ни звука.
Его ритмичные движения отдавались слабыми приятными ощущениями внутри меня, особенно, когда он прикасался лобком к клитору. Мне неудержимо захотелось самой до него добраться…Тут он поменял позицию – практически лёг на меня и стал двигаться чуть-чуть по другому. Теперь его лицо было совсем рядом с моим, и он смотрел мне в глаза, мне показалось, или в них читалось: «Ты чего мне врала, дурочка?». Не выдержав такой сладкой пытки, я просунула руку под него, он понял и, улыбнувшись, немного приподнялся, не переставая своих восхитительных движений, я, наконец-то притронулась к этому набухшему от жениных агрессивных ласк зёрнышку. Всё совпало – он начал двигаться немного медленнее – ослабевал своё напряжение, я, пару раз прикоснувшись к клитору, прочувствовала, наконец, то ощущение, за которым гонятся все люди на свете.
Испытала тот самый Оргазм. Внутри всё сжалось, он пролетел своей горячей волной, наверное, до середины живота и растворился. Отреагировала я не очень адекватно – мне хотелось перевернуться на бок, принять позу эмбриона, чтобы отойти от этого сильного ощущения. Мужчина попридержал меня, поднял бедра чуть выше и стал двигаться совсем быстро – всё моё тело сотряслось от его толчков. Наконец он хрипло застонал (почему мужской стон почти всегда во время оргазма такой хриплый? Загадка), вышел из меня, и, совершая то самое движение, которое минут двадцать назад совершала над ним я, кончил, частично попав мне на живот и на своё покрывало (о чёрт). Женя тут же лёг на меня всей тяжестью своего веса и уткнулся носом куда-то мне в ключицу.
«Ты такая узкая, с ума сойти» - выдохнул он.
Мы пролежали так пару минут, и он встал с меня, подошёл к шкафу, взял полотенце, стал стирать с меня остатки спермы, веля мне не шевелиться и не пачкать территорию вокруг себя. Я нещадно хихикала и хахакала.
Он вытирал себе шею, я голая, как была, пошла к нему и сказала, смотря снизу вверх:
«Женя, ты считаешь себя очень сексуальным, да?»
Он улыбнулся:
«Это не мне решать – другим».
«Я говорю тебе, что это так!» - карикатурно топнув ногой, я его неловко поцеловала в губы – он как раз хотел повернуться, чтобы взять одежду со стула.
Женя протянул мне трусы, и, смотря, как я их надеваю, сказал:
«Иди спать, малышам пора спать. И пусть тебе приснится олимпийский мишка».
Я не смогла найтись, что ещё сказать, и, одевшись, выскользнула за дверь.
