она уже была готова, а я так промахнулся!
Аня перевернулась лицом ко мне и взяла в руку всю мою суть. Наши лица были совсем рядом, но мы не целовались. Мы так легли, чтобы чувствовать дыхание друг друга. От прикосновения ее руки мне стало очень хорошо. Она стала двигать рукой, а я начал делать судорожные, беспомощные движения. Я пылал от страсти. Как же я хотел, чтобы на месте Аниной ручки было ее тело! Я знал, что скоро кончу и был близко. Боже! Как хорошо! Какое наслаждение!
-девочка моя… я сейчас… я уже близко! О! – я говорил бессвязные слова и наконец-то кончил. Сперма ударила прямо в ладошку Анюты. Она все продолжала держать меня в своих ручках.
Прошло немного времени, и Аня сказала:
-тебе было хорошо?
-хорошо, любимая, но… я хочу по-настоящему
-ты же знаешь, это запретная для меня тема, - и Анюта немного отстранилась от меня. Да, я знал, что это запретная тема, но что я мог поделать со своим желанием? Аня продолжила:
-а ты знаешь, как называется то, что мы сейчас делали?
-нет.
-петтинг.
-откуда такие глубокие познания? – шутил я
-мама сказала
-кто?
-мама!
-вот бы мне такую маму! Вы что с ней на эту тему разговаривали?
-конечно, и не раз. Она мне в подробностях рассказала про все. И про оргазм, и про петтинг, и про онанизм…
-клевая у тебя мама!
-да! Спрашивай о чем хочешь, я отвечу
-Аня!
-что?
-я же вижу…скажи правду, ты меня хочешь?
-да... Но ты сам понимаешь, я не могу
-ну, почему?
-я боюсь
-чего же тут бояться, ты же не девственница?
-не девственница. Я все равно боюсь, это как инстинкт.
-ну давай попробуем, я обещаю, что если будет больно, мы сразу же прекратим, а?
-может быть… только не сейчас.
Мне показалось, что рано или поздно Аня сама не выдержит и захочет секса больше, чем я. И я не ошибся…
Галина Долматова
Глава 5.
Вечер. Темно. Лес.
Мы с Анютой идем по лесной дорожке, наезженной машинами и натоптанной ногами сельских жителей. Тренькает соловей, мы держимся за руки. И мне хорошо. Ане тоже. Как мало нужно для счастья!
Аня сегодня распустила волосы. Ей это очень идет. Она становится похожа на русалку. Анюта почти всегда надевает светлую одежду. Ей нравится. Она – как ангел, такая же светлая, чистая, непорочная. В темноте она словно светится.
А в мозгу стучит слово «моя».
Она действительно успела стать моей. В один вечер даже так и сказала «я теперь твоя!». Как я был счастлив, кто бы мог подумать! Она моя! Я хотел сказать «а я твой», но почему-то не сказал. Но Аня и так все поняла, без слов.
Мы часто ходили на наш «островок» с лунной дорожкой и шиповником. Сидели и целовались. Но иногда Аня мне позволяла потрогать ее нежную грудь, и тогда становилось совсем кайфово. Когда не позволяла, я не обижался. Она же моя. Это значит, что я и только я могу это делать. И если сегодня не позволено, то завтра точно повезет!
-ой! Мне что-то на нос капнуло! – воскликнула Анюта. – куда ты смотришь?
-я смотрю на небо – нет ли птички?
Аня рассмеялась. Мне нравится, когда она смеется. Жаль, это случается очень редко, она часто грустит. Но я люблю ее и такую!
А капнуло не зря. Уже через несколько минут зарядил сильный дождь. Мы помчались домой, сломя голову. Но было уже поздно – мы оба промокли до нитки. Тогда я привлек Анюту к себе и сказал:
-ты когда-нибудь целовалась под дождем?
-нет! – Аня все еще улыбалась
-хочешь попробовать?
Я не дождался ее ответа и буквально впился губами в ее губы. Я страстно, жарко целовал Анюту и она мне отвечала, все теснее прижимаясь ко мне. Я положил руку на ее грудь и почувствовал, что сосок твердый (она никогда не носила лифчика). «она хочет» подумал я.
До дома мы бежали долго, то и дело останавливаясь, чтобы поцеловаться.
-пойдем ко мне, - предложил я. Мне показалось, что голос мой охрип. И это не от простуды… Аня немного поколебалась и таки-согласилась.
Мы зашли в мою теплую «обитель» мокрые, но веселые.
-мы же все сырые. Заболеем! – утверждала Аня. Я снял с себя футболку и сказал:
-нужно снять с себя сырую одежду, чтоб согреться. Давай, я дам тебе полотенце?
Я принес по большому полотенцу для себя и для Анюты. Мокрые брюки я переодел на сухие.
-держи! Смотри какое оно большое! – сказал я, протягивая полотенце Ане. Она его взяла, а я продолжал смотреть на ее, как лопух.
-что ты смотришь? Отвернись!
Что делать? Пришлось слушаться. Но как только я думал, что вот сейчас Аня стоит передо мной совсем без ничего, кровь приливала к голове. Но я обещал не подсматривать. Слово надо держать!
Наконец, Аня сняла свое белое платьице и завернулась в полотенце.
Мы сидели в темноте, горела только настольная лампа. В полумраке глаза Ани светились заманчивым блеском.
Я обнял ее и ощутил голое тело под махровым полотенцем. Вдруг она меня поцеловала.
-Аня!
-что?
-разденься полностью, - прошептал я, охрипшим от страсти голосом. Она покраснела
-я стесняюсь
-зачем стесняться красоты, любимая? Твое тело просто создано, чтобы им любоваться, а ты лишаешь меня такого удовольствия.
Немного поколебавшись, Аня ответила:
-ну, хорошо, - еле слышно сказала она
От таких слов я впал в ступор. Она так легко согласилась!
Аня встала прямо передо мной, примерно в 2 шагах от дивана, на котором мы только что сидели, и медленно спустила полотенце с плеч. Обнажилась ее грудь, чуть прикрывавшаяся волосами. На ней оставались лишь трусики.
Я наверное сидел с открытым от изумления ртом. Почувствовав, что «торпеда» готова, я наблюдал, как Анюта снимает свои трусики.
И вот она стоит передо мной совсем голая. Я чокнулся! Какие формы! Какая грудь! Обалденно!
Я бессовестно пожирал глазами всю эту красоту, Аня смущенно стояла передо мной. Ее сосочки на груди торчали вверх, будто призывая «ну поцелуй же меня!». То, что было под трусиками, вообще меня поразило. Лобок был чисто выбрит: ни одного волосика! Вот что значит – аккуратная девочка!
Мне стало жарко и я скинул с себя полотенце. Аня неожиданно сказала:
-что же ты сидишь? Иди ко мне!
Я снова чокнулся! Как только я подошел к любимой, то заметил, что она обожающе на меня смотрит. Она сразу накинулась на меня я стала жарко целовать. Я понял, что сегодня мне повезет…
Я робко спустил руку ниже спины и коснулся упругой кожи Аниной попки. Круто! Затем я развернул девушку в себе спиной и целовал ее шею. Какая у нее нежная кожа! Желание все нарастало, я хотел эту девушку, и она меня хотела. Я целовал и трогал ее все жарче, объятия были все страстней. Я любил ее в тот момент больше всего на свете.
-Анюта, любовь моя! Как я тебя хочу… любимая!
Аня на это только жарко дышала и уже почти стонала. Я быстро спустил штаны вместе с трусами, скинул их и снова прильнул к любимой. Теперь моя «торпеда» упиралась прямо в девичью попку, моя горячая, раскаленная торпеда!
-ого! Какие мы большие! – произнесла Аня.
Мне почему-то понравилась эта фраза.
-мы так и будем стоять? – произнесла Аня.
Намек был понят. Я положил Анюту на диван, а сам лег на нее, стараясь не давить всем своим телом на девушку. Я целовал, целовал, целовал ее, предвкушая сладостную муку, приближение секса!
Наконец я больше не мог сдерживаться и резко вошел своей торпедой в Аню. Она громко охнула, закрыла глаза. Тогда я начал двигаться в ней. Я просто не верил своему счастью. «она дала мне, дала!» твердил я про себя и слышал приглушенные Анины стоны. Мы набирали скорость, увеличивали разгон. Я, наклонившись над ее ухом, шептал бесстыдные слова. Аня, похоже, не слушала, но мне было все равно. Ничто на свете не могло нам помешать, остановить нас. Аня лежала, раскинув руки и закрыв глаза. Вот чуть-чуть, еще немножко, давай…! Она кончила. Вот это да! Что только она не вытворяла! Аня закричала, чем еще больше возбудила меня, выгнулась, как струнка, стала задыхаться и кусать подушку. Смотря на это, я кончил тоже. Первая струйка… вторая… третья…и еще чуть-чуть! Я, обессиленный, упал на Аню и умер…
Когда я воскрес, в комнате уже было светло. И я был…один. Неужели мне это все приснилось? Да не должно! Я же все помню. Помню дождь, затем полотенце, трусики и дальше… но если это был сон, то почему я голый? А вот и полотенце! Значит эта ночь не сон – явь! От этой мысли стало тепло на душе. Но куда же подевалась Анюта? Сбежала? Но зачем? Я решил пойти к ней.
Одевшись и легко позавтракав, я направился к дому Анечки. Она сидела на скамейке
