берег реки. Там никого не было, только я один. Я был противен сам себе, меня от себя тошнило. Как я только себя не называл в тот вечер! Какими погаными словами не обзывал! Зачем я так поступил? Зачем? А если она меня не простит? «Тогда я умру» подумал я и стало легче.
В то утро я сидел на лавке возле Аниного дома и ждал ее. Я приготовил речь и был уверен, что Аня меня простит. Но ее не было.
Ее не было до обеда. А я ждал. Ее не было после обеда. А я все равно ждал. И вот она наконец вышла.
«какая она красивая!» подумал я. На ней был белый кружевной топ и пышная голубая юбка. Волосы собраны в высокий хвост. И все слова, которые я приготовил на этот случай, улетучились из головы.
Она посмотрела на меня очень злым взглядом, и в глазах мелькнуло что-то недоброе.
Мне стало не по себе.
-Аня, милая, подожди, - все, что смог я вымолвить.
-какая же я тебе милая? – ответила она. – Теперь тебя Лена милее, как я посмотрю...
-Аня! Выслушай меня, прошу.
-да что тебя слушать? Я думала, что ты не такой как все, а ты…
-Аня!
-замолчи! Да ты просто скотина, слышишь? Ты – скотина!
-да, я скотина, я подлец, я самый последний ублюдок. Называй меня как хочешь…
-ты такой и есть. Убирайся!
-я не уйду, пока ты меня не выслушаешь.
-убирайся! Вон!
Я начался заводиться. Аня бы не стала меня слушать, даже если б я встал перед ней на колени, если б валялся в ее ногах.
Приблизившись к ней, я грубо схватил девушку и прижал ее к себе. Она изумленно посмотрела на меня.
-да как ты смеешь! Пусти! Пусти меня, я буду кричать!
-как ты прекрасна, когда злишься, - и я поцеловал ее, если можно это так назвать. Аня пыталась вырваться, но я крепко держал ее. Она била меня по спине кулаками. Я целовал ее взасос. Мы так еще никогда не целовались….
Однажды ночью я проснулся и мне захотелось увидеть Аню. Я надел борцовку, спортивную куртку и штаны.
Возле Аниного дома было тихо, только сверчал кузнечик. Я мгновенно нашел окна спальни Ани и подошел к открытому окну, на котором была натянута марля.
-Анюта ты не спишь?
-не сплю. А ты что тут делаешь?
-подойди к окну.
-зачем?
-не спрашивай, подойди!
-подожди, я оденусь.
-не одевайся, иди прямо так.
Она подошла к окошку и я спустил ее на руках на землю. На ней была легкая сиреневого цвета ночнушка.
Дорога была жесткая и каменистая. Анюта выскочила босиком, и мне пришлось всю дорогу нести ее на руках. Какая она легкая!
Вот мы пришли. Это место я давно приметил. Красота неимоверная!
Это был небольшой обрыв, а под ним бурлила речка. Впереди сияла огромная луна, а на воде отражалась лунная дорожка. Вокруг рос шиповник и как бы окружал островок. Аня воскликнула:
-как тут красиво, Макс!
-тебе правда нравится?
Она не ответила.
-давай присядем на траву!
Чтобы Аня не замерзла, я накинул на ее хрупкие плечи свою куртку и прижал к себе. Я скосил глаза вниз и увидел.… О боже! Я увидел ее голую грудь! Ночнушка немного оттопырилась и нежная белая грудка с розовым сосочком выглядывала из-под нее. Захотелось прикоснуться губами к ее тонкой девичьей коже. Вдруг Аня резко посмотрела мне в лицо и заметила, куда глядят мои бесстыдные глаза. Она смущенно прикрылась и снова прильнула ко мне.
-что, нравится? – спросила она. В горле пересохло, и я шепотом ответил.
-нравится.
Я не знал, что говорить дальше. Но быстро нашелся:
-можно… можно потрог-гать? – заикаясь спросил я. Наступила пауза. И она прошептала:
-потрогай!
Не было лучшей награды, чем это! Она разрешила мне потрогать ее грудь! Я был на седьмом небе.
Аня продолжала сидеть и молчать, я положил голову к ней на плечо и руку на грудь. Невероятное ощущение! Грудь мгновенно затвердела и Аня вздохнула.
Я целовал ее шею, шепча слова любви и продолжая ласкать рукой нежную грудь. Жаль, что через ночнушку.
Я неожиданно для себя осмелел и просунул ладонь под одежду Анюты. И (о счастье!) она ее не убрала! Я обнимал девушку, целовал ее уже в губы и был счастлив. Я ее люблю!
После нежных обниманий мы сидели на обрыве, свесив с него ноги. Я был благодарен Ане за те минуты счастья и видел огонек в ее глазках.
Мы держались за руки. Анина ладошка была такой маленькой, что две ее могли поместиться в одной моей. Я любовался Анютиной неповторимой красотой, длинными черными ресницами на чистой линии щеки, маленьким ушком.
-смотри, Аня! У тебя мизинцы длиннее даже чем мои.
-верно. Значит я самолюбивая.
-а я?
-а ты больше думаешь о других, чем о себе.
-скорее о тебе, чем о других.
Мы немного помолчали. Затем я сказал:
-я люблю тебя!
-ты мне уже говорил об этом, - улыбаясь, сказала Аня
-еще раз скажу, я не устану повторять!
-не верю. Докажи! – она продолжала улыбаться
-шутишь?
-шучу! – смеялась она
-а я все равно докажу!
Я достал из кармана раскладной ножик.
-посмотри: острый?
-да. Очень острый. Ты что меня зарезать собрался? – все продолжала шутить Анюта
Но мне было не до шуток. Я обхватил рукой лезвие ножа и сжал руку в кулак. Я зажмурился, было больно.
-Макс! Что ты наделал?
Я разжал руку, вся ладонь была в крови.
-Аня, я клянусь, что никому тебя не отдам. Никогда!
Вдруг Аня очень быстро выхватила у меня нож и резко провела им по своей руке.
-Ой!
С ее руки покапала кровь.
-аня! Глупая! Зачем?
Она ничего не ответила, только взяла мою порезанную руку в свою, и сцепила их в замок.
-давай поклянемся, что никогда не расстанемся. Что будем вместе всегда!
-давай!
Мы не расцепляли наших рук всю ночь.
А потом целую неделю ходили с забинтованными руками. Она с левой, а я с правой! Все не могли понять: почему мы порезались в один день, да так сильно.
Галина Долматова
Глава 4.
Настал август – последний месяц лета. Комары стали уже потихоньку исчезать, а мухи наоборот – появляться.
Однажды Аня предложила мне сходить с ними в поход. Вся наша компашка решила собраться в лесу на пару дней, отдохнуть, пообщаться. Как я мог отказать?
И я собрался. Взял котелок, что-то из еды, покрывало, двухместную палатку.
Мы с Аней шли позади всех. Она сегодня надела короткую обтягивающую футболку, шорты и смешную панамку, которая ей очень шла. Рюкзак она мне не отдала, сказала, что сама в силах его донести.
Солнце нас разморило и пришлось устроить привал. Мы обустроились на ближайшие пару часов под березами в тени. Аня присела на бревно, я рядом с ней. Она очень устала, это было видно по ее мокрому лбу и тяжелому дыханию. Футболка прилипла к ее вспотевшему телу, и вырисовывались контуры груди. Я не мог оторвать глаз от этих волшебных холмиков.
Вечерело. А мы уже были в назначенном месте. Тут была рядом река и поляна, чтоб было где расположить палатки. Сразу всем стало ясно, что Аня будет спать со мной, и никто не спорил.
Ночью мы все собрались в круг возле костра. Колян взял с собой гитару, так что скучать нам не пришлось. Мы пели песни что-то типа «как здорово, что все мы здесь сегодня собрались», «все пройдет и печаль, и радость» и много чего еще. Аня сидела рядом со мной и ее голова покоилась на моей груди. Пела она хорошо, а вот я фальшивил.
Атмосфера была романтичной и некоторые парочки уже целовались и обнимались. Я тоже обнимал Аню. Я смотрел на ее светлые вьющиеся волосы, тонкие руки, полузакрытые глаза и думал «неужели она меня в самом деле любит?». Аня появилась в моей жизни совершенно случайно. Нет, она не вошла, она ворвалась!
Как же Бог ее наградил фигурой и умом, и как обидела судьба…
Вдруг я понял, что хочу ее. Я впервые захотел секса с ней. Наклонившись над ее ушком, я прошептал:
-не пора ли нам баиньки?
-наверное, пора.
Мы быстро «слиняли» из круга, пока нас никто не заметил, и пошли в палатку. Почти сразу я начал обнимать и целовать любимую.
В палатке было очень темно и не видно ничего вообще. Аня стала жарко дышать. Мои ловкие руки не знали покоя. Я трогал ее берда, груди…
Затем Аня легла иначе. Она перевернулась ко мне спиной и я снова обнял ее. Трогать грудь стало удобнее. Я шептал ей в шею какие-то нежности, а другой рукой спускал свои штаны и отправлял на волю «торпеду», которая должна была вот-вот взорваться. Наконец она (торпеда) уперлась в попку Ани. И она прошептала:
-не надо!
-почему? Ты меня не хочешь?
-не в этом дело. У тебя есть резиночки?
Какие резиночки? Ах, эти!
-нету.
-сегодня без них никак нельзя.
Какой же я лопух! Как я мог так промахнуться? Она почти дала мне,
