Только правильно!
— Хорошо,— улыбнулась она. Видно было, как Ян стесняется явно смотреть на ее грудь. Катя действительно подобрала ей классный бюстгальтер. Грудь в нем была изумительно хороша, и можно было понять бедного Яна, тщетно пытающегося справиться со своими глазами, которые как магнитом тянуло вниз. Похоже, будь его воля, он, не отрываясь, любовался бы этой красотой. И уже только ради этого стоило играть сегодня. Но игра продолжалась, принимая уже другой оборот, а ведь это было еще только начало.
— Итак, фант номер тридцать четыре.— Настя закашлялась.
— Что там такое? — рассмеялся Ян.
— Да нет, просто поперхнулась,— махнула рукой немного покрасневшая Настя.— Вполне нормальный фант. Слушай.
Девушка рассказывает, какая, на ее взгляд, сексуальная фантазия является самой распространенной у мужчин, и что она по этому поводу думает. В благодарность за откровение джентльмен нежно целует ее в губки.
После этого наступает его очередь, и теперь уже он красочно описывает наиболее смелую женскую сексуальную фантазию. Если девушка не осуждает джентльмена за такие вольные мысли, то подтверждает свое согласие нежным поцелуем и заменяет пять белых фантов в колоде желтыми.
— Очень интересный фант! И в чем же ты подозреваешь мужчин? Признавайся! — Ян явно был уже слегка возбужден. Вырез Настиного бюстгальтера доходил до самого края темных кружочков сосков, а грудь в нем стояла так, что слюнки потекли бы даже у импотентного монаха.
— Янчик, не суетись раньше времени,— подколола его Настя, сама уже ерзая, видя его состояние.— Ну, хорошо, думаю, тут все предельно ясно с вашим братом.
— И что же тебе ясно, интересно?
— Те, кто еще этого не пробовал, больше всего мечтают о сексе с двумя девушками. Я имею в виду одновременно.
— Ну, расскажи, расскажи поподробнее, как это одновременно,— в отместку за ее шуточки выпытывал Ян.— Я не понимаю, что ты имеешь в виду! Как это? Поясни, пожалуйста.
— Вот гад какой! — засмеялась Настя.— Как это не понимаешь?! Все ты понимаешь, не прикидывайся! Например, одна девушка сидит сверху на члене, а вторая — на языке. Мужчина же, само собой, лежит на спине.
— Ой-ей-ей! Неужели такое может быть? Надо же!
— Перестань подкалывать! — потянувшись, шутливо хлопнула его Настя. Левый сосок радостно выскочил из-под шторки бюстгальтера.— Куда ты? Рано еще! — Настя со смехом стала поправлять белье.
— Ой, как красиво! Не прячь его, не прячь, пожалуйста! Так он мне безумно нравится. Ну, не прячь,— умоляюще сложил на груди руки Ян.
— Нет уж, чего захотел! Не было еще такого фанта. Давай лучше ты теперь рассказывай женскую фантазию.
— Подожди, подожди! Я все помню. Сначала мы должны поцеловаться.— Он наклонился к Насте.— Как мне нравятся твои губы, даже не представляешь!
Поцелуй был уже по-настоящему французским. Горячий язык Яна заполнил Настин рот. Она задохнулась, голова пошла кругом, а жар опустился совсем вниз. Руки Яна скользнули по ее спине в сторону застежки бюстгальтера.
— Нет, нет! Постой, мы так не договаривались! Это просто поцелуй.— Она сама с трудом оторвалась от его губ, судорожно переводя дыхание.— В игре все должно быть четко, как написано в фантах! Я тебя сейчас накажу за нарушение правил! Что это ты тут такое себе позволяешь?! — еле сдерживая смех, подбоченилась она.
— Все, все, все, больше не буду, честное слово! Не буду, обещаю. Извините, не сдержался, виноват,— спрятал за спиной руки Ян. Настя, не выдержав, засмеялась. Им было невероятно хорошо вдвоем!
— Буду просто рассказывать — и только. Если не хочешь, можешь даже не целовать меня после этого.
— Ну, это смотря что ты тут сейчас навыдумываешь. И что же, по-твоему, порядочным девушкам в эротических снах грезится?
— Порядочным? Порядочным ясно что. Вот с непорядочными, так с теми сложнее.
— Говори, говори, не тяни резину. Я же тебе все правильно сказала.
— Порядочным девушкам тоже снится исключительно секс с двумя мужиками. Не обязательно с неграми, конечно, хотя и такое у этих девушек бывает, но непременно с двумя. Одного им вне всяких сомнений мало! Во снах, само собой. В жизни они исключительно порядочные и ходят с кавалерами за ручку. Нужны подробности или упустить?
— Фу, фу, фу, как ты нехорошо думаешь о девушках! Как же тебе не стыдно такое говорить?! — хохотала Настя.— И это что, по-твоему, основная наша фантазия?
— Ну, снится иногда кое-что и пожестче, но эта фантазия — номер один. Угадал? Заслужил поцелуй? — потянулся Ян к Насте.
— Ну, очень, очень редко такие гадкие сны у некоторых бывают. У совсем уж распущенных девушек.— Настя, смеясь, уперлась ему в грудь руками.— Но только у таких девушек, а не у всех. Заслужил только поцелуй в щечку. В щечку, и все! — чмокнула Настя Яна, несмотря на его наигранно кислую мину.— А то я вижу, ты сейчас совсем уже загоришься, не дашь мне поиграть спокойно. На, выпей холодной водички, остынь чуть-чуть,— улыбаясь, налила она Яну содовой.— Давай, пока ты пьешь, я вытащу следующий фант. Подсматривать не буду, обещаю.— Настя взяла колоду и вынула из середины новую карточку. — Вот какое классное теперь задание, слушай.
Глядя в глаза девушке, мужчина слизывает с тыльной стороны ее ладони капельку шоколада, джема или меда. Он делает все медленно и очень эротично, искренне наслаждаясь собственной игрой. После этого девушка дает ему запить это лакомство глотком вина из своего рта и выбирает следующий белый или желтый фант.
— Какой джем больше любишь — вишневый или клубничный? У меня оба есть.
— Все, что хочешь, только скорей намазывай эту капельку! — шутливо зарычал Ян. Похоже, им обоим становилось все сложнее сдерживаться, и перерывчик с джемом был как раз вовремя.
— Ну, тогда вот тебе к вину капелька вишневого джема. От всей души, в знак нашей дружбы,— величественно протянула Настя руку Яну.
— Не хочу дружбу, хочу любовь! Можно, я ее не дружески, а с любовью слижу?
— А в задании так и написано: «медленно и очень эротично». Не нужна нам тут никакая дружба! Шуток, что ли, не понимаете, в самом деле?
Язык Яна был необыкновенно нежен. Не отрывая от Насти горящих глаз, он, растягивая удовольствие и искренне наслаждаясь, вылизывал сладкую капельку. Сначала самым кончиком языка, подбираясь его влажным клювиком к своему изумительному угощению с разных сторон, потом, накрыв сверху теплой розовой лопаточкой и прижимая ее все сильнее и сильнее, а затем, наконец, нежно-нежно высасывая, нет, точнее, выцеловывая, губами. Настя еле сдерживала дрожь. Его глаза дразнили и влекли неимоверно. Это было уже просто немыслимо. Напрягшиеся под тканью бюстгальтера сосочки изо всех сил рвались наружу.
— Вино! Дайте мне срочно запить это лакомство вином. Где оно? Сейчас я просто умру от жажды. Меня обещали напоить вином прямо из губ.— Ян протянул Насте бокал.
Набрав в рот вина, она приблизилась к его губам, подарив ему необыкновенно пьянящий терпкий глоток — один на двоих. Потом еще один, и еще... Оторваться было просто невозможно. Ян до последней капельки высосал последний глоток и жадно проглотил его вместе с пьяняще сладкой Настиной слюной. Языки переплетались и вибрировали, извивались и облизывали, ныряли вглубь и игриво прятались, дразнили и ласкали друг друга, радовались и забавлялись своей игрой. Они были то неторопливо расслабленными, то предельно нетерпеливыми, то нежно ласковыми, то беспредельно страстными, откровенно и жадно наслаждаясь друг другом. Руки Яна гладили обнаженную спину Насти, забирались под застежечку бюстгальтера, нетерпеливо теребили и щипали ее. Дрожа в нетерпеливом возбуждении, Настя сдерживалась из последних сил.
— Все! — наконец вырвалась она из этого сумасшествия.— Сейчас просто упаду в обморок! Надо же было просто угостить тебя вином. Боже, как мне нравится с тобой целоваться! Так бы и не прекращала ни на минуту.
— Ну, может, там есть еще более увлекательные задания, которые тебе понравятся,— улыбаясь, провоцировал ее Ян. Он и сам был уже словно пьяный.— Неужели выберешь и теперь белый фант? Следующий за тобой. Может, желтый?
— Не белый же, само собой! Переходим на желтые фанты.— Все еще тяжело дыша, Настя перебирала желтую колоду, выбирая следующее задание.— Ага, вот! Номер сорок шесть. Заодно и справедливость восторжествует! А то я уже две части одежды сняла, а ты — ни одной. Слушай, что тебе теперь надо делать.
Тот
