возникло непреодолимое желание дотянуться до её плотных идеальной формы грудей, припасть к ним губами, целовать и сосать эти выступавшие сквозь ткань фасолины сосков, гладить её нежную бархатистую чуть загорелую кожу, видеть, как она изгибается, целиком отдавшись моим ласкам, слышать её сладостные тихие постанывания…
- Эй, Ки! – голос Хозяйки словно резанул мои уши.
Я вздрогнула и открыла глаза. Сама не представляю, как это у меня вышло, но я умудрилась наклониться, и слюна капала из моего ротика прямо на лицо Госпожи. Леди Диана соскочила с лежанки. Я вся сжалась от страха. Но в глазах Хозяйки не было злобы. Наоборот, она как-то странно улыбалась, глядя на меня.
- Ни, - сказала она, - Дай мне салфетку. И принеси мягкий кляп для Ки. Шарик ей не подходит.
Пока Госпожа вытирала своё лицо от моих слюней, служанка сбегала в дом и вскоре вернулась, держа в руках два куска белой материи. Встав за моей спиной, она ловко расстегнула пряжку ремня, а Леди Диана аккуратно, чтобы не повредить зубы, вытащила шар. Чистой салфеткой она принялась вытирать мой рот, шепча что-то нежное и ласковое.
Потом она взяла в руки кусок ткани, принесенный служанкой, и поднесла к моему рту.
- Открой ротик, - попросила она, - Я сделаю всё нежно.
- Не надо, - заплакала я, пытаясь увернуться, - Не затыкайте мне рот, прошу Вас!
- Не капризничай, рабыня, - Госпожа ласково погладила меня по щеке, - Твой ротик пока должен быть заткнут. Но, если я увижу, что ты стараешься и ведешь себя, как подобает рабыне, то разрешу не затыкать ротик. Договорились?
Не дожидаясь моего ответа, она начала заталкивать в рот тряпичный кляп. Материя оказалась мягкой, похожей на сатин, но большой. Хозяйка заправляла её в рот, но всё равно снаружи еще торчала приличная часть.
Но вот мой несчастный рот вместил всю затычку. Любовно расправив её, Хозяйка взяла второй кусок ткани и начала заматывать ею рот, а Ни придерживала мои волосы.
- Вот и всё! – объявила Госпожа и улыбнулась, - Ты стала еще красивее, моя девочка.
С этими словами она поднесла ко мне небольшое круглое зеркало. Я взглянула в него и чуть не разрыдалась. На меня глядело побледневшее лицо с расширившимися от испуга глазами, вся нижняя часть которого была замотана белым платком от носа до конца подбородка. Я попыталась что-то произнести, но у меня не получилось даже того мычания, на которое я была способна еще несколько минут назад.
Хозяйка жестом отослала Ни, а сама отстегнула меня от кушетки, усадила на неё, а сама уселась рядом, обняв меня за плечи. Её рука медленно скользнула к моей груди. Я почувствовала, как что-то мягкое и влажное коснулось моей шеи. Это были её губы: нежные и горячие. И опять моё тело задрожало и начало распаляться, подводя меня к пику наслаждения.
- Какая ты горячая, моя девочка, - шептала мне на ухо Леди Диана, лаская мою уплотнившуюся грудь, - Какая ты трепетная и нежная. Тебе нравится, как твоя Хозяйка ласкает тебя?
Я засопела и кивнула в ответ. Мне действительно нравились её нежные прикосновения, ласковые поцелуи. Меня согревало её горячее дыхание. В те минуты мне не хотелось, чтобы эти ласки прекращались. Я готова была стерпеть и заткнутый рот, и скованные за спиной руки, и затычки в моих дырочках, которые я перестала замечать. Я парила над землей, наслаждаясь сладкой истомой, в которую меня ввергла эта странная блондинка.
- Ты жива, рабыня? – услышала вдруг я тихий голос Госпожи.
Голова моя немного кружилась. Я всё так же сидела на лежанке, а меня сзади поддерживала Ни. Госпожа в накинутом на плечи коротком халатике стояла передо мной и легонько хлопала по щекам, пытаясь привести в нормальное состояние.
Я что-то промычала, и Хозяйка перестала меня трясти. Потом меня куда-то долго вели, куда-то усаживали, что-то делали с моими руками. Но я ничего не соображала. Я всё еще находилась в плену прекрасных ласк Госпожи. Потом наступила тишина.
Придя в себя, я поняла, что нахожусь в большой комнате, очень похожей на рабочий кабинет. Слева от окна перед большим книжным стеллажом стоял массивный письменный стол, на котором возвышались стопки с папками и амбарными книгами. Рядом с ним я увидела небольшую тумбочку, на которой стоял плоский дисплей, а рядом – клавиатура с "мышью". На краю стола поблескивали два телефонных аппарата. На полу лежал большой ворсистый ковер. Вдоль стен стояли шкафы самой различной формы, но создававшие определенное настроение.
Я попробовала пошевелиться. Оказалось, что наручники с меня сняли, но теперь мои руки были затянуты в плотную моно-перчатку, доходившую до самых плеч и удерживаемую двумя бретельками. Я как-то видела такую, когда мы с девчонками "гуляли" по интернету и случайно забрели на сайт, посвященный бондажу. Я еще тогда посмеялась над теми девицами, которые снимались в таком виде. А теперь сама была упакована таким же способом и вполне серьезно.
На конце этой перчатки было кольцо, с помощью которого мои руки были привязаны к сиденью деревянного кресла, в котором я сейчас сидела. Я опустила голову и увидела, что и ноги мои связаны вместе и привязаны к нижней перекладине сидения. Вдобавок, ступни были упакованы в кожаный мешок.
Открылась дверь, и в кабинет вошла Госпожа. Она была свежа и выглядела превосходно. Одета на сей раз она была в строгий деловой костюм: узкую юбку чуть выше колен, приталенный жакет и белоснежную блузку с расстегнутым воротом. Следом за ней семенила Ни, держа в руке большую черную папку.
- Положи на стол, - распорядилась Леди Диана, усаживаясь в высокое кожаное кресло, - И включи лампу.
Никакого светильника я не заметила, но когда служанка надела мне на голову что-то, похожее на шлем, я поняла, о какой лампе говорила Хозяйка. На макушке этого шлема торчал гибкий кронштейн, оканчивавшийся широким плафоном с лампочкой. Теперь мне предстояло побыть светильником.
Ни пристегнула мой ошейник к спинке моего сидения и включила свет.
- Я немного поработаю, - сказала Госпожа, повернувшись ко мне, - А ты посиди тихо.
Ни, присев в красивом реверансе, повернулась и ушла, позвякивая своими цепочками. Леди Диана разложила на столе бумаги и углубилась в их изучение. Скорее всего, Хозяйка разбиралась с банковскими документами. Время от времени она что-то смотрела в компьютере, считала на калькуляторе. Иногда звонила по телефону и с кем-то консультировалась.
Понять я ничего не могла, но у меня создалось впечатление, что финансовые дела Госпожи не такие уж хорошие. Окончательно я уверилась в этом, когда Леди Диана, набрав номер, принялась кого-то отчитывать за нерадивость. Она не кричала, не обзывала собеседника плохими словами. Она просто говорила, что не довольна его (или её) работой, и что всё надо немедленно исправлять.
Примерно часа через полтора Хозяйка сладко потянулась и повернулась в мою сторону. Надо сказать, что моё тело от долгой неподвижности затекло и неприятно ныло. Госпожа, видимо, поняла это и спросила:
- Устала, моя девочка?
- Угму, - ответила я, качнув головой.
- Потерпи, - улыбнулась госпожа, - Я уже заканчиваю.
Я с сожалением вздохнула. А что мне оставалось делать? Еще минут через сорок Хозяйка сложила все бумаги в папку и спрятала её в сейф, встроенный в книжный стеллаж.
Появилась Ни и сняла с меня шлем с лампой и отстегнула от кресла.
- Отвези рабыню Ки в мою спальню, - распорядилась Хозяйка, - Мы немного отдохнем перед ужином.
Служанка поклонилась, усадила меня в другое кресло на колесиках, очень похожее на инвалидное, и покатила по коридору. Чем теперь мне предстояло стать, я уже догадывалась. Но, странно, меня уже моё положение не пугало. Я переставала узнавать себя.
В спальне Ни пересадила меня на кровать и осведомилась, не хочу ли я по нужде. Это было вполне актуально. Развязав ноги, служанка отвела меня в пахшую фиалками туалетную комнату, а потом тщательно вымыла и попрыскала какой-то жидкостью с нежным едва уловимым запахом.
- Лежи и жди Госпожу, - сказала она, снова связав мне ноги и "обув" в кожаный мешок.
Я лежала на огромной постели своей Хозяйки и прислушивалась к своим ощущениям. И чем больше я себя слушала, тем сильнее утверждалась в том, что мне
