моего сладкого невольника, но побольше диаметром – с обычную электрическую лампочку диаметром, выступая на улицу лишь своей таблеткой-ручкой. Как известно, без посторонней помощи лампочку вытащить никому не удавалось даже с развязанными руками. Вой, по силе равный пожарной сирене, нам удалось предотвратить, а значит – соседи нам уже были не страшны.
У Дениса от страха и ярости его белёсые глаза почти вылезли из орбит.
-Стёпа. тащи станок в ванну!
Пока Степан ходил за станком в кладовку, я принесла плётку-семихвостку – ту, со свинцовыми шариками на конце. С этим типом я церемониться не собиралась. Не дожидаясь появления Степана, я начала его обработку: плеть со свистом опускалась на тело Дениса, пока ещё не раздетого, но от боли это спасало мало. Я била его, начиная с головы, заканчивая пятками, стараясь не пропустить ни сантиметра… Денис извивался, корчился, его глаза налились кровью…но он не в состоянии был проронить ни звука, кроме невнятного мычания. Самые сладкие удары – по мошонке и промежности я оставила напоследок – когда мы его развяжем, чтобы установить в станок.
Тем временем Степан принёс то, о чём я его просила. Это оказалась лёгкая, но прочная конструкция из никелированной стали: такую не поломаешь, не разобьёшь! И она удивительным образом гармонировала с интерьером ванной комнаты!
-Развязывай его. Потихоньку. Сначала – ноги. Возьми какой-нибудь нож подлиннее. Сабли случайно нет?
-Не нужно, госпожа, я справлюсь с ним! Теперь я справлюсь с ним!
Стёпа подошёл к поверженному своему бывшему господину, сел на него верхом, лицом к ногам и быстро разрезал верёвку, завязав оставшийся конец на его талии. И поднял на меня глаза, ожидая дальнейших указаний.
-Раздевай его! Штаны, трусы – всё на помойку!
Дважды мне просить не пришлось. В полусумраке коридора белела бледная задница Дениса в кровавых полосах. Я довольно усмехнулась и взяла в руку плётку… Денис, угадав мои намерения, захотел замотать в знак протеста головой, за что получил первый удар новой серии – по тощим ягодицам.
-Встать!
Денис медлил, Степан стоял рядом, не решаясь к нему приблизиться.
-Встать! Удар плетью промеж ног заставил его подобрать их под себя.
-Встать, падла!!! Удары посыпались один за другим!
-Стёпа, растяни ему ноги!
Мгновение ока и ножные браслеты уже сжимали щиколотки Дениса. Ещё секунда ион оказался распятым посреди коридора. Ноги почти на шпагат были растянуты от одной стены к другой.
Ох, я и дорвалась!!! Я пинала его и порола!! Порола всем, чем придётся! Единственное, на что не решилась – наступить на его пенис ногой – испугалась, что после этого он уж точно годится лишь на ампутацию…
Степан смотрел-смотрел на мою вспышку ярости, потом кинулся мне в ноги, обхватил руками колени и закричал:
-Госпожа! Моя госпожа!! Хватит!!! Бейте меня! Но перестаньте бить его – Вы его убьёте! Остановитесь, мэм!!!
Как это ни удивительно – я остановилась…провела рукой по чернявой кудрявой голове Стёпы, захватила пучок волос между пальцев и оттянула их назад, заставив его посмотреть мне в глаза… В его глазах не было страха. Там застыли слёзы… Я провела ладонью по его волосам… Он схватил мою ладонь и прижался к ней губами.
-Бейте, порите, убивайте…но я поцелую Вашу руку! Сам!
-Дитё!!! – только и вырвалось у меня… Я сама готова была зарыдать…
-Фиксируй его в станке. Да не забудь всего раздеть!
-Да, мэм! – с живостью откликнулся молодой мужчина.
Через пять минут всё было готово. Денис стоял в станке на четвереньках в позе «раком» с разведенными в стороны бедрами, по которым стекали ручейки крови. Не очень большие – от кровопотери не умрёт!
-Шланг небольшого диаметра есть?
-Как клизма? Нет, потолще!
-Сейчас посмотрю!
-Давай быстрее! Мне уже надоело!
Таблетка-ручка капли оказалась аккурат напротив того места, где у меня был лобок.
Стёпа бегом вернулся, неся в руках шланг чуть потоньше садового поливочного.
-Вставляй ему в зад!
Вставил.
-Подключай воду. Можешь – холодную, но не ледяную. И – промывай!!!
Экзекуция длилась пять минут . Ещё пять минут Стёпа смывал всё в канализацию- дырка была аккурат между стеками станка.
-Каплю!
Стёпа протянул руку и достал с полочки над входом розовую каплю такого же размера, как и во рту Дениса. Здесь я уже мелочиться не стала. Слегка мазанула смазкой её конец и с силой вбила её в анус Дениса. Из него закапала кровь. Плевать! Переживёт!
-Всё! Едем!
Наконец-то мы вышли из квартиры…
4.
Стояли удивительные, волшебные Белые ночи. Когда закат практически без передыху переходил в восход. Вот бы так мужики могли: опал-встал-опал-встал!)))
Машина Степана стояла неподалёку от подъезда. «Интересно: я сегодня вообще спать лягу или- как?» - пронеслось….нет – протянулось словно резина в уже затуманенном усталостью и всеми стрессами сегодняшнего дня мозгу. Видимо, видок у меня был ещё тот: глаза сто пудов налились кровью: они у меня резали, словно в них насыпали песка.
-Мэм, моя госпожа, умудрившись и за рулём склониться к моим ногам, заводя мотор, прошептал Степан, - ложитесь сзади и поспите немного. Давайте я приготовлю Вам постель.
Я недоумённо посмотрела на него. Вроде не служанка, не горничная… да и что, я мало ему сегодня боли и унижений причинила и сейчас причиняю? Я потянула за конец цепи. Степан немного побледнел – цепь рванула пенис. Побледнел, но не издал ни звука.
-Я не сбегу… верьте мне…куда мне бежать без документов? Всё равно найдут – ещё хуже будет… Но даже если бы не нашли – я не сбегу от Вас, моя госпожа!
«Конечно, не сбежишь! – у тебя такое жильё, дармовые бабки за твоё рабство… А коли сбежишь – ещё неизвестно куда угодишь, и уж точно всё потеряешь»,- подумала я, но вслух лишь буркнула, отпустив цепь:
-Стели!
Невольник открыл багажник и достал оттуда подушку, простынь и лёгкий плед: по-видимому спали здесь частенько… Я невольно брезгливо передёрнула плечами – неизвестно кто и с кем спал здесь, на этой вот простыне!
Степан словно прочитал мои мысли:
-Это новые простынь и наволочка. И плед – тоже только куплен.
Принюхавшись, я действительно ощутила запах свежести. Белье приятно шуршало. И манило раздеться догола – таким оно было шелковистым на ощупь… Чем-то напоминало велюр. Но, естественно, не то что до гола, но и до исподнего-то раздеваться было нельзя: как-никак, хоть и через весь город, но не в дачный посёлок отправлялись… Пришлось ограничиться тем, что разулась и сняла джинсы… Дорожные лёгкие штанишки были под ними – я вновь при выходе из дома натянула на себя всё, что было на мне в дороге. Оказалось, что не прогадала. Хотела перекинуть конец цепи через спинку водительского кресла и зафиксировать перед собой – там, сзади, был специальный крючок-карабин для фиксации. Но я побоялась, что Степан свернёт себе шею… Хватит с него пока моих издевательств. Уже свернувшись калачиком и укрывшись пледом, почти засыпая, я вдруг вскочила:
-Степан! А как ты автомобилем управляешь без документов?
-Почему без документов? – удивился тот. – У меня водительские права и документы на машину с собой.
-Фууф…это я уже устала… Всё. Сплю. Разбудишь, как будем подъезжать . Куда-нибудь свернёшь в закоулок – чтобы я себя потом в божеский вид привела.
-Да, мэм. Будет исполнено.
Я в этом ни секунды не сомневалась и спокойно провалилась в сон.
Спалось сладко и покойно. Как дома. Мягкое сиденье, лёгкий уютный плед…почти неощутимое покачивание при езде... И полный покой в многочисленных пробках… Стёпа включил еле слышимую музыку. Такую интимную…почти осязаемую…шелестящую… Снился вишнёвый сад в кипельном белом цвету. Май…аромат цветов и трели соловья из ближайших кустов сирени чувствовались так явственно, что я решила, что не сплю. А всё это происходит со мной наяву. Приоткрыла в полусне один глаз - стоим в очередной пробке. В салоне аромат вишнёвого цветущего сада с тонкой едва уловимой ноткой сирени… Стёпка, паразит, распылил освежитель воздуха и включил в плеере записи звуков живой природы! Я довольно ухмыльнулась как Чеширский кот и вновь впала в сладостное забытьё.
Проснулась от того, что почувствовала на своих стопах поцелуи Степана. Он стоял возле открытой со стороны моих ног задней дверцы нашего авто на коленях на асфальте и лобызал их, нежно, словно лепестками роз, касаясь моих
