Мы подошли к крыльцу и я забыв как обычно сел на ступеньку.
- Ой, как ужаленный подскочил я.
- Что случилось – спросила Лена выходившая следом за нами.
- Я сел на ступеньку, а мои яйца прикоснулись к грязным доскам – ответил я и посмотрел на Лену.
- Я же тебе сказала, что потом отмоем.
- Ну, тогда ладно – сказал я, успокоившись и снова сел.
Мы сидели, и затяжка за затяжкой курили Димкины сигареты. Он всегда покупал с фильтром, а я не мог, на такие сигареты раскошелиться, и брал в нашем магазине простые, самые дешёвые. Мне было всё равно – лишь бы дым шёл. Мои яйца немного покачивались и прижимаясь к доскам чуть тёрлись о них. А мой крючок в виде фиги был завязан в узел и мы совсем про него забыли. Докурив, Димка развязал его, и я стал приводить всё в чувство. На этот раз мне понадобилось около часа, и когда я легонько мастурбировал, мои вытащенные яйца покачивались в разные стороны и Димка с Леной с изумлением смотрели на них. В мошонке они болтались всегда вместе, а вытащенные каждое само по себе и выглядело это так смешно и необычно.
Потом мы пошли спать и я обмотав свои яйца тряпкой, чтоб ночью случайно не повредить, так и уснул лёжа на спине и придерживая их как самое ценное своими руками.
Рано утром мы снова осмотрели мои болтающиеся яички и не нашли ничего необычного. Они уже не были такими скользкими, а тонкая плёнка, покрывающая их поверхность, подсохла и стала похожа на нежную тонкую кожицу.
- Ну что, всё в порядке – спросил я у Лены.
- Да, ничего подозрительного я не вижу – осмотрев, сказала она.
- А что мы больше не будем перетягивать ему член – спросил Димка.
- Если нет, то я пошёл в огород – сказал он вдогонку.
- Почему же – перетягивать член, сколько хотите, только мошонку не тронете – пусть заживёт шов – сказала Лена.
Мы вошли в дом и перетянули член, а потом Лена его снова раздавила своей ногой и завязала в узел как обычно. С такими гениталиями я вместе с Димкой и Леной вышел во двор. Работы было много, и мы занялись делами. Иногда я забывал про свои яйца и приседал, чтоб собрать траву или вырвать сорняки. Мои яйца ложились прямо на землю и уже к вечеру, не смотря на то что мы периодически перетягивали член и осматривали их, они были все грязные и Лена их осторожно отмыла с мылом, а потом обеззараживающим раствором и мы легли спать.
В таком режиме прошли все две недели и Дима с Леной мне здорово помогли. Практически мы сделали всю тяжёлую работу и даже спустили картофель в яму на зиму.
До отъезда оставалось два дня, и я ждал, когда Лена спрячет мои яйца снова внутрь, но она не спешила и в день отъезда, собрав свои вещи, они попросили меня проводить их до остановки. Я понял, что останусь в таком виде и немного расстроился. Увидев моё настроение, Лена и Димка подошли ко мне и взяв сумки. Сказали.
- Не расстраивайся, просто у нас нет раствора, чтоб обработать потом швы.
Я понял, что они не забыли и уже вместе с ними шагал на остановку.
Вскоре появился автобус, и они уехали. Я так и остался до следующего их приезда с вытащенными яйцами. Пришлось привыкать, и уже вскоре я легко всё делал и не боялся за свои шарики. Они болтались сами по себе и не причиняли мне неудобств.
Прошла неделя, вторая и вдруг возле дома остановился УАЗик. Это Лена приехала. Водитель с моей помощью забросили пару мешков картофеля и немного овощей и напоследок она сказала.
- Не расстраивайся за свои яйца. Приеду и всё вернём на свои места – и они уехали.
Следующий приезд и два последующих были такими же короткими. Уже наступила зима, и я потерял все надежды, что мои яйца окажутся когда-нибудь на месте в своей тёплой мошонке, и я смогу ими играть. Хотя я и так ими играл и ещё более экстремально, чем раньше. Я даже завязывал канатики в узел и потом развязывал. И много всего такого, что я не мог сделать раньше. Я уже начал подумывать, а не съездить ли мне самому к ним в город, чтоб она там сделала всё как положено и начал собираться. Чтоб в мороз не отморозить не защищённые яйца, я обмотал их мягкой тряпкой и заправил в штаны. Впереди торчал бугор, и как то замаскировать его у меня не получилось. Поездка отменялась, и я снова остался с тем, что имел. В течении зимы Лена меня неоднократно кормила обещаниями и заскочив то за картошкой, то за овощами, быстро уезжала. Я не мог с ней даже поговорить ладом. Она была не одна, а с водителем. Решил оставить все свои попытки до весны. Так месяц за месяцем я уже привык к своему новому образу и к своим вытащенным яйцам и у меня стала проскакивать мысль, а не оставить ли всё так, как есть. Ведь можно и так жить и я в этом уже убедился. Эта мысль стала преследовать меня и днём и ночью и мне уже расхотелось прятать свои яйца в мошонку, а наоборот хотелось их вытащить по больше. С этими мыслями я и поехал в начале апреля к Лене и Димке. Они меня встретили настороженно.
- Как дела – спросила Лена.
- Всё нормально – ответил я.
- Яйца зимой не отморозил?
- Да нет, на месте, только проблема одна появилась – сказал я.
- Что такое – испугалась Лена.
- Да надоела мне сморщенная мошонка. Хотел бы её совсем убрать – ответил я.
Дима и Лена переглянулись и с минуту смотрели то на меня, то друг на друга. Первой не выдержала Лена. Она громко рассмеялась, и легонько стукнув Димку в грудь, сказала.
- Ты проиграл. Я же говорила, что ему понравится – ответила она.
Мне теперь стало понятно, что они поспорили смогу ли я так жить и сколько это продлится. Это было конечно не по дружески, но я свыкся с такой мыслью, что уже не обижался на них, а даже был рад тому, что они предоставили мне такой шанс и я не подозревая всего этого – выдержал и не просто выдержал, а сам захотел вообще отказаться от мошонки.
На другой день Лена познакомила меня с одним её коллегой и он, осмотрев мои гениталии, сказал, что это можно сделать без проблем. Я попросил, как меня учила Лена немного вытянуть кантики, чтоб они были длиннее.
Коллега удивился, но выполнил мою просьбу и сделал всё как подобает. Уже через три часа, я немного пришёл в себя и мы вместе с Леной возвращались к ним домой. Мошонка моя лежала у неё в кулёчке. Края в месте её отреза, были аккуратно зашиты ниже члена и только из двух маленьких отверстий выходили семенные канатики, на которых и болтались мои голые яйца. Ленин коллега довольно хорошо вытянул семенные канатики и мои яйца теперь отвисли, чуть ли не тридцать сантиметром, но двадцать пять, то было точно. Сам на скорую руку четвертью измерял и был доволен этим.
Погостив ещё день, я не стал оставаться на долго и вернулся домой. Целый вечер я не отходил от зеркала и рассматривал себя и свои новые яйца. Они так интересно качались на тонких канатиках, и можно было ими даже играть, раскачивая их в разные стороны и смотреть, как они стукаются друг о друга. На ночь, я их уложил в обыкновенный тряпичный мешочек и подвязав его к основанию члена, затягивал устье как кисет и засыпал. Просто спать с такими яйцами, которые валяются по постели в разных местах, было небезопасно – при неудачном повороте я просто мог их оторвать, придавив ногой, или если они попадут под мою задницу.
Начался май, и я уже поправился и швы заросли. Бояться, что попадёт инфекция, уже не было основания. Я свободно ходил по дому, и в огороде, и мои яйца болтались между ног, и на это было так необычно смотреть, что я постоянно возбуждался и удовлетворял себя.
Это произошло так неожиданно, что я сам был в шоке, не говоря уже про моих новых знакомых. В гости к Димке и Лене приехал сродный брат Антон с женой Викой. Он был младше её и служил в какой-то воинской части. Устав от службы, они решили просто отдохнуть и приехали навестить сестру. За столом Лена и проболталась про меня, да и Димка тоже хотел похвастаться, что у него такой друг. Ну, в общем, я этого ничего не слышал, но Вика стала приставать к Антону, а Антон уговорил Лену, чтоб они показали меня им. Получается, что я для них был как живая статуя или экспонат в музее. Я конечно на них тогда в душе обиделся, но вернуть всё назад было уже невозможно.
Они все приехали без предупреждения, а так как Дима и Лена знали секрет, как открываются у меня наружные двери, то я даже не испугался, разгуливая во дворе голым. Я обрадовался, что Димка и Лена приехали мне на помощь и направился к калитке их встречать. Я ещё не успел подойти,
