Традиционно /МЕМУАРЫ ЧАСТЬ ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ МОСКВИЧКИ – ЭТО НЕ ЛЕНИНГРАДКИ!
медленно вытягивать из ее утробы член. Но женщина, разгадав мою хитрость, вильнула попой, желая быстрее освободиться от моего конца в себе, чтобы не соблазниться на очередной акт. Пенис вышел, но не повис, а даже вздернулся немного вверх. Женщина не видела этого, так как, соскользнув со стола и с члена, стала надевать на себя трусы и колготы. Но, одевшись, она обратила внимание и на меня, стоящего с опущенными штанами и торчащим пенисом.
- И долго ты так будешь стоять? — довольно усмехаясь, спросила она.
- А, что прикажешь мне с ним делать? Он не собирается падать! И в штанах такое не спрячешь!
- Ну, может быть, он через какое-то время успокоится, — предположила партнерша, умирая со смеха, но не отрывая взгляда от моего возбужденного причинного места.
Я под ее пристальным контролем, как мог, запихал свое «хозяйство» в трусы и штаны и только застегнул молнию на брюках, как открылась дверь и ввалилась веселая компания. Володя был еще относительно трезв, а Генке повезло меньше, хотя он и пытался держаться молодцом. Ольга со Светкой были пьяны, но не до такой степени, чтобы отдаться любому. В таком состоянии никто из вошедших не заметил моей оттопыренной ширинки.
«Впрочем, — подумал я, — еще хлопнут по рюмашке и тогда им станет «по барабану» с кем трахаться. Но трахаться им захочется непременно». Валентина, кажется, придерживалась схожего со мной мнения. Мы с ней здесь уже были лишними, если не собирались участвовать в оргии. Я посмотрел на нее, она на меня, и мы, обменявшись взглядами, стали собираться домой. Бабы нашим сборам обрадовались, Володя помалкивал, а Генка по простоте душевной попытался что-то сказать, но у него ничего не получилось, и он безнадежно махнул рукой.
К вечеру приморозило, кое-где было даже скользко. Но до метро мы добрались благополучно. В этот час, а пробило уже девять вечера, народу на станции было мало. В вагоне поезда тоже оказалось свободно. Многие либо уже отпраздновали, либо все еще продолжали отмечать, либо даже не начинали. Завтра и послезавтра еще предстояло трудиться. Однако нам такая малонаселенность вагона была только на руку. Забившись на сидение в самый уголок, начали целоваться. Напротив нас никто не сидел, не стоял. И из соседнего вагона на нас никто не смотрел, потому что мы сидели в последнем. Помимо нас в противоположном конце сидело трое — две девчонки и парень. На остановках, как по заказу, не зашел ни один человек. Поезд ехал по Кольцевой и свою станцию пересадки, увлекшись взаимными ласками, нам «удалось» проехать. Пришлось возвращаться.
Оказавшись, наконец, у Валентины в квартире, разгоряченные предварительными ласками, которые, начавшись в поезде метро, продолжались в автобусе, на улице, в подъезде и даже лифте, пока поднимались к ней на пятый этаж, мы набросились друг на друга прямо в прихожей…
Я засадил ей, не добравшись до постели, на пороге комнаты и коридора, поэтому подруге пришлось добираться до койки в полусогнутом состоянии с членом в п…де. Впрочем, ее это ничуть не смутило, а только сильно возбудило. Это я понял по обильной смазке, выделившейся из влагалища. Снова, как и в лаборатории, захлюпало. Мне это только придало азарта и страсти, и я снова «завелся». События повторились, только женщина оказалась в менее устойчивом положении. Пришлось поддерживать за бедра. Однако это не мешало, а давало возможность контролировать процесс. Когда ее попа слегка опускалась, я надавливал ей на спину и заставлял выгнуться. Задница ее автоматически задиралась кверху. А когда женщина не доводила до конца встречное движение, существовала возможность, ухватив подругу за бедра, натянуть ее под самый «корешок». И все-таки, трахать на столе мне было комфортнее…
Конечно, количество поз было ограничено, но зато я не уставал. Особенно здорово было трахать, когда партнерша ложилась на стол боком со сдвинутыми ногами! Правда, «раком» и тогда, когда засаживать приходилось спереди, между раздвинутых ног и даже когда ноги были соединены, жаловаться тоже не приходилось. И главное, во всех этих позах я мог наблюдать и четко контролировать весь процесс. Однако с некоторыми я любил трахаться и лежа. Например, с Татьяной, с Александрой, с Аленчиком и Людмилой. На боку или в позе «наездница» их большие сиськи, нависая сверху или сбоку, приятно терлись сосками по моей груди, к тому же, я мог брать их в руки и целовать, полизывая и покусывая соски, что добавляло возбуждения, как им, так и мне. Соски у них были крупными и сочно алыми. Вспоминать об этом и то было приятно! Кстати, важное добавление — не факт, что полногрудые женщины слабее ощущают ласки своей груди, чем их «сестры» с маленькой грудью. В соответствии с моим опытом, эрогенность груди также оч
ень индивидуальна, как и уши, шея, плечи спина, попа, живот и прочее.
И когда я добился, что Валентина кончила подряд два раза и, в конце концов, кончил сам, я устал. Как и подруга тоже покрылся потом с головы до ног. Член повис выжатой тряпочкой и в голове, и во всем теле образовалась пустота. Женщина выглядела не лучше, но пришла в себя намного раньше моего. Правда, сходив под душ, мы оба чинно и благородно улеглись на кроватку, как супруги, прожившие друг с другом, по крайней мере, лет пятнадцать. Впрочем, не совсем так. Наши руки покоились на гениталиях партнера. Она мягко касалась моего члена, а мои пальцы нежно поглаживали ее большие половые губы. Однако постепенно утихли и эти прикосновения, потому что мы оба заснули.
Хорошо, что предусмотрительная партнерша не забыла включить будильник. Иначе мы проспали бы все на свете! Но, проснувшись вовремя, мы позволили себе даже утренний секс, закончившийся в душе, где я Валентине кончил в попу. Подмывшись, умывшись, почистив зубы и даже побрившись, на подобный случай у меня в ее ванной имелась собственная бритва, отправились на службу.
В поезде метро нас попрессовали, впечатывая друг в друга, но нам после «сладкого» утра ничто не могло испортить настроения. У меня, например, оно очень даже поднялось, поскольку женщина настолько сексуально раскрепостилась, что расстегнула молнию и залезла рукой мне в штаны, благо моя дубленка была распахнута и полностью скрывала манипуляции ее рук.
- Какой ты ненасытный! — шепнула на ухо подруга, когда член соответственно отреагировал на ее «агрессию».
- А я всегда такой с распущенными женщинами, — также тихо ответил я.
- Я вся горю от желания и мокрая до безобразия! — призналась она.
- Хм, а о своих желаниях мне тебе говорить не приходится — ты держишь их в своей руке, — страстно прошептал я ей на ушко, касаясь ушной раковины.
И почувствовал, как мой член сжали крепче и стали им манипулировать. Он, конечно, закаменел. Этому способствовала и обстановка. Вокруг теснились люди, а меня лапала жадная бесстыжая женская рука. Происходящее было на грани экстрима и чем-то напомнило ситуацию в автобусе в городе Выкса.
- И как я выдержу целый рабочий день, не представляю, — проговорила с отчаянием Валентина, продолжая слегка подрачивать член. Правда, когда объявили станцию, где мы должны были сделать пересадку, руку из брюк она убрала. На Кольцевой, в вагоне поезда, народа было меньше, и женщина не рискнула повторить попытку сексуального домогательства. К моменту, когда мы выходили из вагона на своей станции, моя эрекция прекратилась. Казалось, успокоилась и подруга. Однако это так только казалось…
Рабочий день прошел достаточно спокойно, даже вяло. Время тянулось архимедленно. Делать, в общем-то, было нечего. В такие часы самое милое дело баб трахать, но и это оказалось недоступным. Юлька на работу не пришла, Наташа тоже. А сгорающую от возбуждения Валентину, наша начальница (подпольная кличка — бабка) отправила зачем-то в управление за какими-то «важными» бумагами. Подруга уехала, чуть ли не со слезами на глазах. Александра же и остальные женщины были не в моем вкусе или моей компетенции.
Из всех возможных занятий мне оставалось только курить и общаться на разные темы с коллегами, которые тоже изнывали от безделья и непонимания того, зачем они здесь находятся. Впрочем, Ольга со Светкой присутствовали, поэтому Геннадию скучно не было. Как ни странно, но Володя тоже приходил раза два в курилку. По его переглядкам с Ольгой, я предположил, что вчера между ними что-то произошло. Да и Гена выглядел