Мне совершенно не верится, что истории, размещенные на этом (да и других, аналогичных сайтах), хоть кем-то воспринимаются как реальные, не являющиеся плодом воображения авторов. Что ж, я не буду уверять, что моя история правдива... может, это так, а может и нет. Решать вам.
Случилось это летом 2004-го года. Профессиональный онанист 1-го разряда; кто сомневается из девушек - забиваем стрелку и я это доказываю! Я был им, онанистом, до самого 2004-го года, до того, как мне исполнилось 24 года. Парадокс! Не самый уродливый, но я искренне, до самой усрачки боялся женщин. Для меня они были призраками, до которых хотелось дотронуться, но приходилось обходить стороной. Я не могу даже сказать, что у меня с ними ничего не получалось - я просто не пробовал даже подойти...
У меня есть брат. Старший брат. Ни на Данилу Багрова, ни на Сухорукова (фамилия-то какая, а, чистые сухие руки !!!) мой братан не был похож. Зато полная противоположность меня.. Старше на 4 года, отслужил в десанте, вернулся. Баб у него было, что называется, не в проворот! А до меня ему было как до использованного гандона - никакого дела. В смысле до моих терзаний.
И вот однажды он решил жениться. Свои шлюхи ему, видать, совершенно не нравились, и он, получив письмо от дружбана-сослуживца, собрался ехать за невестой в деревню. Щедро смилостившись надо мною, Олег (так зовут этого орла из "крылатой пехоты") взял меня с собой. Поехали мы... ну, пускай будет город Н-ск. Этот муфлон, флиртовать начал даже с проводницей в вагоне того задрипанного плацкартного коробка, который из вежливости можно называть вагоном.
К счастью девица с грудью хрен знает какого размера братана отшила напрочь. То ли у нее уже был хахаль, то ли ей попросту нужно было заниматься своими обязанностями... Нажравшись чаю, мой братан заснул, оставив меня слушать перестук колес, да изредка поглядывать на проносящиеся в туманно-черной мгле редкие огни мелких и крупных городов, провинций и бесчисленных тридевятых царств внутри российского государства. Город Н-ск встретил нас довольно теплой августовской теплынью, не жарко подул ветер вдоль пыльного вокзала. Олег поймал такси, и уже через три с половиной часа, проведя их в пути под идиотскую болтовню водилы-колхозника, возомнившего себя крутым политическим аналитиком, мы оказались в деревушке под Кукареково (вот это название сто пудов вымышленное!). В означенной деревне у нас имеется родыч - дедушка Витя, который не бросил родное Кукареково даже после смерти собственной жены..
Встретил нас дед прекрасно, по-деревенски радушно. Накрыл стол, посидели, хряпнули, поговорили за жизнь. На счет нашего визита дед Витя был осведомлен, поэтому сразу приступили к делу. В деревне Кукареково насчитывалось ровным счетом три невесты - Аня, Наташа и Олеся. Первой было 24 года, второй - 19, третьей - 20 лет. Мой брательник со свойственным ему цинизмом решил пробовать госпожу Фортуну на вкус по алфавиту, то бишь с Анны. А я, уже прикинув, где во дворике можно спрятаться и придаться практикуму по теории Онана, быстренько переоделся и по причине теплющего, только что начавшегося вечера отправился купаться на ближайший пруд.
Мне повезло, местные хлопцы числом то ли восемь, то ли десять, меня не избили и не утопили. Хотя поглядывали, будто б к ним из лесу вышел недобитый эсэсовец (партизанили тут в свое время - о-хо-хо, видать, в генах что-то отложилось). Ну, ладно. В общем, купаться так купаться. Прудище огромный, наполовину береговая черта поросла камышьем, водичка спокойная, ласковое солнышко катится под горизонт.. Я плавал минут сорок, не меньше, люблю я купаться. Выбравшись на берег я обнаружил свою одежду на месте (не знаю, быть может, местные бы ее и не украли, но я ее припрятал) и развалился у самого уреза воды на бархатистом песчанике мучично-белесого цвета, подставив вечернему солнышку свою задницу.
- Эй, ты чего разлегся? По-твоему в воду через тебя прыгать надо? - раздался вдруг чуточку досадливый, чуточку озорный женский голос.
Он заставил меня поднять лицо. И тут же раздался женский смех. Это была молодая девушка лет двадцати, как мне тогда сначала показалось; на ней было ситцевое платье в горошек, по-деревенски пуританское - до коленок. Чуть-чуть полноватые, но тем не менее женственно стройные ножки янтарно-золотистого загара, увенчанные на ступнях дешевыми босоножками. Вьющиеся каштановые волосы, ореолом ниспадавшие на худенькие плечи. Личико у нее было божественное...
- Ну ты и бумбарашка!!! - смеялась она.
- Кто? - не понял я.
- Ты себя бы щас увидел, тоже бы посмеялся.
Она бросила велосипед, который держала в руках. Велосипед "Кама" звякнул разболтанным звонком и улегся в траве.
Я провел рукой по лицу, ощущая, как из-под пальцев сыплется прилипший было к моей физиономии песочек.
- Черт! - пробормотал я.
- Ты не местный да? Из Н-ска? - спросила прелестная незнакомка.
Она совершенно меня не стеснялась: подошла к воде, присела на корточки и потрогала ее рукой. Я мысленно взвыл, оглядев ее чудную задницу, обтянувшуюся округом под платьишком. Обрисовался и ее изящный стан, чуть скрученный, но такой восхитительной стройный. Может, я и извращенец какой, но мне, помимо всех прочих женских прелестей, всегда нравилась стройная женская спинка.
- Теплая! - зажмурившись от удовольствия, изрекла она.
- Желаете искупаться? - робко спросил я.
- Точно городской! - она глянула на меня через плечико и приветливо улыбнулась. - Я Олеся.
- Олеся? - переспросил я. - Душанова Олеся?
- А ты откуда меня знаешь? - в глазах у красавицы вспыхнуло нешуточное удивление.
- Ну... Дед про тебя рассказывал, - невнятно сказал я.
- Дед? Какой дед? Чей? - не понимала она.
- Виктор Степанович Торошков.
- А-а... Так ты Торошковых внук?! - скорее утвердительно, нежели спрашивая воскликнула Олеся. - Ну, я слышала...
- Слышала? Обо мне?! - не поверил я. Но улыбнулся. Меня потрясало то, с какой непринужденностью болтала эта девчушка, она мне совершенно не напоминала моих подруг по питерскому универу. Никакой заносчивости, никакого выпендрежа, ничего подобного!
- Ну, не о тебе, конечно! Но знаю, что у них есть два брата. Так один из них, да? - девушка выпрямилась.
О боже, какая чудная обрисовалась у нее под платьем грудка. Спелые апельсинчики, обжатые бюстгальтером, беленькая, скрученная в веревочку лямка которого выглядывала из выреза на ее плечике.
- Ага. Я Вася.
- Вась, а ты мои вещи не посторожишь? - спросила она, наклоня свою прелестную головку на бок и кокетливо мне улыбнувшись.
- Да без проблем! - сразу же согласился я.
Она без малейших колебаний стянула свое платьице. Я в тот момент чуть не кончил. Изумительное тело. Не та девичья худоба, не те выпирающие ребра и трясущийся жирок городских девиц, доводящих себя до состояния "жертва Освенцима" с помощью дурацких диет.. Нет, это была настоящая богиня сельского хозяйства! Статная фигура, никаких изъянов, втянутый внутрь плоского животика пупочек, великолепная грудь третьего-четвертого размера, затянутая лифчиком, но полушария все равно едва-едва сдерживались этой тряпочкой из дешевого витиеватого материала с глуповатыми кружавчиками.
Широкие женственные бедра разделенные загаром где-то посередине. Это городские лежат голышом в солярии. А эта, понял я, раком в поле - там как раз юбка по полбедра будет, вот и загар соответствующий. Руки у Олеси тоже по-деревенски сильные, жилистые. Загар покрыт белесым пушочком, едва-едва заметным в отблесках заходящего солнышка.
- Я быстро искупаюсь, ты не уходи! - попросила она.
- Валяй! Я не спешу! - пробормотал я, ощущая, какая судорога скрутила мое хозяйство где-то внизу.
"Подрочи меня, подрочи!!!" - ныл член, колом отпирая трусы.
Я бы и вздернул бы своего малыша (17-18 сантиметров в боевом положении, но для меня все равно - мой любимый малыш), но ситуация не совсем позволяла. Вокруга нас никого. Вернее, мы с Олесей никого не видели, вокруг стеной тянулись камыши, уходящие вдоль берега в обоих направлениях.
- А-а-а!!! - с радостным визгом, подняв тучу вспененных брызг, моя новая знакомая влетела в черно-свинцовые воды пруда.
Я наслаждался, повернувшись к озеру, как она бултыхалась. Как плавала, как ныряла, на мгновение выставляя на поверхность свою упругую попку.. Я стонал, разум
