- дядя Миша подбросил пару поленьев в печь и они оба начали смеяться.
***
Целоваться с дядей Мишей Женька не рискнул. Дядя Миша при свете категорически стеснялся, поэтому Женька погасил свет и нашел по радио подходящую музычку.
Дядя Миша разволновался слегка, и возбуждение никак не приходило, хотя он с большим удовольствием ощупывал Женькино мускулистое молодое тело. Женька был парень сообразительный, он пробежался губами по телу дяди Миши и начал поочередно облизывать и брать в рот его яйца. Дядя Миша заметил, что язык и губы очень близко повторяли то, что делала Ксюша, но член входил в рот не так глубоко – Женька все-таки делал это в первый раз!
-Хватит, Жек, нормально уже, а то, как бы…
Женька выпустил изо рта паутинку слюны и, усевшись на корточки, как он уже пробовал себе делать, после отъезда Ксюши, начал пальцами обильно мазать себе дырочку. Когда он загонял пальцы поглубже, то чувствовал, как подкатывает к паху тепло, внутри сладко ныло. Не мешкая, он вылил на руку побольше геля и намазал дяде Мише член.
- Всё по науке – удивился дядя Миша.
-Давай, дядь Миш! – Женька направил его член точно в очко.
Дядя Миша помял его крепкую задницу и надавил.
-Вот это да, как же я вставлю в такой мышиный глазок?
- Не бойся, дядь Миш, нажми порезче – Женька вспомнил, как он первый раз вошел в Ксюшину попку очень медленно и она сказала, что это лишь усиливает боль.
Дядя Миша резко надавил и проскочил по гелю довольно далеко. Женька сжал зубами край подушки: «Бля, бедная Ксюша, как она только это терпела?» Дядя Миша потихоньку двигался, задвигая все дальше. Женька почти не дышал - дядя Миша заметил.
-Жек, ты как там? Я чувствую больно тебе, бедолага! Давай не будем, а? – и он потянул член назад.
Но Женька не хотел показать, что ему больно.
-Дядь Миш, а тебе как? – спросил он, собрав всю волю в кулак, и подаваясь попкой к дяде Мише.
-Ха! Мне-то – дядя Миша обнял его сзади и прошептал – Мне просто охуительно…
- Тогда давай дядь Миш двигай задом и нечего меня жалеть!
Прошло совсем немного времени, может 2-3 минуты, и Женька почувствовал, что ему вроде и не больно и уже очень приятно. Дядю Мишу, наконец, осенило, что Женька-то у него не девушка, и он потянулся рукой к его хозяйству: погладил по яйцам и начал слегка поглаживать раскачивающийся слегка возбужденный член. Дядя Миша стал замечать, что Женька подается к нему попкой, и его нехилая елда туго выпрямилась в дядиной Мишиной руке. Словно искра пробежала от Женькиного члена по руке дяди Миши и волной отдалась в пах.
- Жека-а-а! Тебе приятно, а?
- Ещё как! – Женька чувствовал, что возбуждение приливает к телу гигантскими волнами, и потянулся за полотенцем..
- Жека, ты даё-ё-ёшь, у-уже…да?
Дядя Миша размазывал по головке Женькиного члена обильно выделившуюся смазку. У Женьки почти весь член был покрыт кожицей. В полностью напряженном состоянии, наружу выходил только самый кончик головки. Дядя Миша размазывал смазку под кожицей, иногда сдвигал её, и ему самому это было очень приятно делать..
Женька начал постанывать. Дядя Миша прямо таял от этих стонов: «Бля, надо самому так попробовать, это в зоне было нельзя, а с Жекой…!» Женькин оргазм чуть не свалил дядю Мишу с колен: и член в руке и сфинктер в такт запульсировали, Женька упал грудью на кровать, еще сильней прогибая спину, издавая протяжные низкие рыданья.
- Ох, Жека! Ка-ак хорошо! – дядя Миша начал осыпать Женьку сзади поцелуями, замедлил темп - Полежи, маненько, отдышись, я подожду…
Вскоре они продолжили и, почувствовав снова сокращения Женькиного сфинктера, дядя Миша тоже кончил ему в попку.. Они долго валялись, потом подмывали друг дружку. Дядя Миша уже и не стеснялся Женьку: « Чё там стесняться, в баню сто раз ходили, да и Жека, слава богу, не тренер по фитнессу, а простой деревенский парень, хоть и очень ладно скроенный…ах молодость…».
За чаем, Женька почувствовал, что здорово проголодался.. Он так с дороги и не ужинал вчера.
-Дядь Миш, можно я пирога отрежу, твоего знатного с рыбой?
- Давай я тебе сам отрежу, на вот – дядя Миша разрезал весь пирог на четыре куска и один вручил Женьке. – А хочешь, у меня гусь копченый есть? Щас я принесу…
- Не, дядь Миш, не ходи ты никуда и пирога хватит… - Женька шустро поглощал пирог, дядя Миша смотрел на это с замиранием сердца.
***
- Жек, 4 часа! Представляешь? А мы еще и спать не ложились – дядя Миша покручивал бутылочку с гелем – Ты Жек устал наверно, вчера ездил в райцентр?
- Да ну, у меня сил вагон, дядь Миш, я могу и не ложиться уже, все равно скоро вставать – Женька как дома, по-хозяйски вытер со стола и ополоснул тарелку от пирога и кружки.
-Жень, а ты смог бы мне тоже вставить?
-Дядь Миш, ты это серьезно? – Женька вытер руки и взял из рук дяди Миши смазку. – Дядь Миш и со смазкой тоже больно сначала, да у меня еще и в штанах не свистулька…
- Это точно! Бля, как мне елду твою гладить приятно было, как будто сила твоя молодая в мое тело вселялась, как в сказке. Я у тебя сил не отнял случайно?
-Дядь Миш, наверно эта сила-то и давила мне на яйца целый месяц, аж до боли, и я её просто в ведро сливал… - улыбнулся Женька. – Ладно, давай я пальцами подольше подвигаю, а как ты расслабишься, тогда если захочешь, попробую потихоньку…
- Да, Жек, у тебя ведь опыт есть с Ксюхой…- дядя Миша улегся на живот и подмял под себя одеяло. – Надо расслабиться, да?
- Хорошо бы, у меня не очень-то получилось…- Женька обильно намазал пальцы и начал потихоньку вводить один палец.
Уже совсем рассвело. Женька уже шуровал в попке дяди Мише четырьмя пальцами. Пальцы были у Женьки длинные и довольно тонкие для деревенского парня. Он легко доставал до простаты и ласково разминал её подушечками пальцев. В своей попке ему было неудобно так орудовать, он мог лишь едва коснуться этого уплотнения, сидя на корточках.
Дядя Миша тащился на полную катушку.
- Чё я дурак, раньше не пробовал, ох-хо-хо…ведь на этих комсомольских стройках было полно возможностей…ребят было до кучи, девок не хватало на всех… а-ааа-ах … Васька мне намекал, помню, я отмахнулся, не понял… у-уу-у, с ума со-ойти-и!
Женька наклонился к дяде Мише, чтобы проверить его эрекцию и коснулся своим вздыбленным концом, его бедра.
-Загоняй Жек, я почувствовать «его» хочу там, пусть «он» погладит эту железу волшебную!
Особой боли дядя Миша не ощутил, очень основательная была подготовка. Так немного дернуло самый вход, когда Женька вогнал головку, которая была у него потолще самого члена, неприятные ощущения быстро прошли, и они долго наслаждались вместе, пока Женька, устав притормаживать и терпеть не кончил, падая на дядю Мишу со стонами.
***
Когда дядя Миша проснулся, доходило 12 часов дня: «Ох, Никита, наверно, Жеку костерит там, алкашом называет…и спящей красавицей. Странно, а почему Жека ко мне пришел, а к молодому, тоже наверно, измученному стояками, брату не обратился?». Дядя Миша повернул Женьку, скидывая с себя его ногу, и погладил снова точащий Женькин член: «Да, Жек, я тебя понимаю, с таким темпераментом, кулаком работать пол дня уйдет». Он раздвинул Женькины ноги и разместился между ними.
- Всё, бля, уже встаю… - проскулил Женька, не открывая глаз..
Дядя Миша, совсем осмелев, решил попробовать своего любовника на вкус, он не торопясь, ласкал вокруг головки, уздечку, то заглатывал его член, то по губам гладил головкой.. Это доставляло ему самому массу удовольствия.
Женька проснулся только, когда кончил в рот дяде Мише. Его здорово дернуло, и голова провалилась мимо обеих подушек. Женька смотрел в деревянный резной потолок, понимая, что он не дома, и улыбался..
***
Никита, после ухода брата, нажрался до беспамятства. Пока он глушил стакан за стаканом, слезы градом лились у него по щекам. Он жалел, что так обошелся с Женькой. «Можно было наверно найти другие слова или даже пойти на уступки. Бля, и пососать ему можно было, ой нет, а вдруг бы он мне целый рот наспускал. Эта блядина, Ксюша, глотала его малафью как сгущенку. Однажды присосалась ко мне, даже рот не вытерла после отсоса.…А, хрен с ним! Может ему там Петрович, за стаканом мозги-то вправил уже, а я тут расхныкался » - это были последние мысли, которые помнил Никита, проснувшись в 9 утра от того, что ему было холодно. Рядом за перегородкой хрюкал боров, недоумевая по своей
